Долг жизни (СИ)

Мужчина с интересом принял листочки и стал изучать, а я продолжила.
— Я не понимала, почему мама хранит множество статей, связанных с вами. У нас дома несколько коробок, забитых этими листочками, — после этих слов Виктор довольно улыбнулся.
— Чуть позже я нашла это, — и протянула их совместное фото.
— Так она нас не забыла! Ольга, Ольга. Глупая девочка, — шептал он, проводя пальцем по фото мамы. — Но если она серьёзно ранена, как ты узнала обо мне?
— Отсюда! Это мамин дневник, я прочла его! — и показала книгу в кожаной обложке. — Там было всё с момента, как она спасла вас. Я знаю, что я долг жизни, и вы возможно не хотели меня, и… — договорить не дали медвежьи объятия, в которые меня утянули.
— Глупая девочка, моя девочка! Ты не была долгом жизни, ты была ребенком, зачатым в любви! Родная моя, я так тебя любил все эти годы, хоть и не видел, но ты всегда жила в моём сердце. Моя малышка, моя маленькая, любимая и храбрая малышка! — говорил он, обнимая меня и целуя в висок, и я впервые почувствовала любовь отца. Эх мама, как ты могла лишить меня такого?
Но все хорошее кончается, в моём случае прерывается, так как в кабинет влетел Сергей и застал вот такую картину. Я на руках его бизнес-партнёра, который не только меня обнимает, но и целует, говоря слова любви. Вот это ПОПАЛА ТАК ПОПАЛА!
— Так вот, какого папика ты искала! Я, дурак, подумал, отца ищешь, а ты искала спонсора побогаче. Что, я не устроил? Не так богат?! — Кричал он, гневно смотря на меня, а за его спиной стоял удивленный Владимир.
— Сергей, прекрати! Ты пугаешь Надежду! — прорычал Виктор, обнимая меня ещё сильнее.
— Тварь, шлюха! А какая актриса, я купился! Аплодирую стоя! — каждое его слово било наотмашь, слишком больно. Да и как он мог такое подумать, я ведь была с ним честна на все сто! Неужели он так просто готов отказаться от меня? А послушать меня, как же моё право слова!
— Сереж, постой! Я всё объясню! — начала я, но на меня посмотрели таким испепеляющим взглядом, что оправдываться вмиг перехотелось.
Он уже все решил и судил меня без защиты. Существует лишь его мнение, а я не важна, и похоже, не была важна никогда.
Он хотел тело, и я чуть не продалась.
Раз так, то мне и терять нечего.
Поворачиваюсь к отцу и обнимаю его за шею.
— Пусть он уйдет, — шепчу тихо и стараюсь сдержать слезы обиды.
— Охрана. Сергей, вас проводят, — ледяным голосом говорит отец, начиная поглаживать меня по спине.
— Тварь, гоните её в шею, пока она не променяла вас на кого посолиднее, — успевает кинуть он перед тем, как покинуть кабинет.
— Дочь, а что это сейчас было? — решает спросить отец, после того как голоса за дверью стихли.
— Это называется «без меня меня судили». Ну и ладно, раз он считает меня шлюхой, пусть так и думает. Надеюсь, я больше никогда его не увижу, — сказала перед тем, как заплакать. Слезы все же потекли, и я не смогла сдержать всю боль обиды, которой оказалось так много!
— Не успел стать отцом, как уже утешаю, — хмыкнул Виктор, укачивая меня в объятиях.
— Простите, я сейчас успокоюсь и все расскажу.
— Знаешь, а давай поедем домой! Олег, заканчивай и присоединяйся. Кстати, а где Рома? Он так хотел увидеть сестрёнку! — и как по заказу, дверь открывается, чтобы явить нам возмущенного братца.
— Отец, это что сейчас было? Я только что Сергея увидел, и такого разгневанного, мы же подписали договор! В чем про… — и тут его взгляд падает на меня, и все повторяется.
— Ты отбил у него деваху? — удивляется Рома, рассматривая меня, как какое-то чудо.
— Нет, Надя сама пришла, — убойный ответ!
— Так она променяла его на тебя, и ты согласился? Чем она взяла, минетом, или ты уже её трахнул и она прям огонь? — начал сыпать доводами этот паршивец, и мне расхотелось оправдываться и перед ним. Вот кто я в глазах мужчин — сука!
Дальнейшее я сказала не знаю, как, и я даже не знаю, чем я думала.
— Ты не бойся, оценил и понял, что я лучшее, что было в его жизни. Теперь мы почти семья, правда, папуля? — и так нежно посмотрела на отца, который и не знал, что делать. Он и мне вроде как улыбается, да ещё так нежно, а с другой стороны, надо опровергнуть слова сына.
 
— Отец, ты точно себя хорошо чувствуешь? Она же младше меня, а ты её уже и замуж позвал? — чуть ли не прокричал братец.
— Рома, всё не так. Надя мне дорога и …
— Не хочу больше ничего слышать. Совет вам, да любовь, только на долго ли? — зло усмехнулся он и вышел, на прощанье хлопнув дверью.
— Да я, оказывается, тварь со стажем уже, — усмехнулась, вставая с колен отца.
— Надя. Я поговорю с Ромой и всё ему объясню!
— Нет, не надо. Пусть все будет, как есть. Знаете, мне кажется, мама не просто так уехала. Да и все эти годы она не говорила о вас по той же причине. Не стоит Роме знать правду, а то привяжется, а отпускать всегда тяжело.
— Ты уедешь? — недовольно спрашивает Виктор.
— Я побуду, пока мама в больнице, а потом поеду к ней. Если она захочет, мы приедем, и я ей скажу, что знаю правду.
— Это, конечно, похвально, но ты уже большая девочка, и сама можешь решать. Надя, не уезжай, Рома всё поймет. Честно говоря, я сам удивлен его поведением, он редко вот так вспыхивает.
— Давайте об этом поговорим чуть позже, мама важнее. Врач сказал, что время пошло чуть ли не на часы. Если вы готовы помочь, то прошу, начните немедля!
— Да, конечно! Говори, где она и что надо. Олег, запиши и начни работу! — отдал указание Виктор, поднимаясь с дивана и идя к столу.
— Спасибо, я очень благодарна! — поблагодарила его.
— Это я должен сказать тебе спасибо. Теперь у меня есть второй шанс, и я услышу ответ на свой вопрос, заданный твоей матери двадцать лет назад, — с каким-то предвкушением сказал он, довольно смотря на меня.
— А что за вопрос? — об этом в мамином дневнике не было.
— Скажем так, отпускать я вас больше не намерен! Двадцать лет — приличный срок, и теперь я сделаю всё правильно! Олег!
— Я позабочусь! — довольно отозвался помощник, и с каким-то счастьем посмотрел на меня. И чего я опять не понимаю?
— А мама? Я могу поехать к ней?
— Я сегодня же все решу, но тебе пока стоит побыть в моём доме. В больнице будет не до тебя, да и в реанимации она скорее всего будет лежать. Обещаю, как только ей полегчает, мы тут же полетим к ней вместе и привезем её обратно здоровую!
— Правда? — с надеждой спрашиваю его.
— Правда! Ольга будет с нами! — уверенно произнёс он, и я поверила. Папа не обманет, он спасёт маму, во что бы то ни стало.
Дальше я отдала больничный лист и передала номер врача, с которым связались при мне и расспросили о здоровье и состоянии пациента. После часа обсуждений и манипуляций с компьютером, я поняла, что мама улетит в Швейцарию уже через пару часов. Хирург уже на месте и будет её ждать. День-два, и будет проведена операция!
— Поехали домой, дочка, мне так хочется с тобой поговорить. Как вы жили, что делали, как складывается своя судьба? — начал заваливать меня вопросами отец, когда мы выходили из его кабинета.
И вот тут было забавно смотреть на помощницу, которая даже чашку уронила, когда увидела, как нежно меня обнимает её начальник. Охрана тоже была в шоке, но молчала. Но их косые взгляды я так и ловила на себе.
Когда мы вышли из здания и шли к машинам, я успела заметить Сергея, который садился в свою машину. Почему он ещё здесь? Прошло больше часа с расставания и его беспочвенных обвинений.
— Надя, всё хорошо? — настороженно спросил отец, открывая мне дверцу.
— Да, я просто засмотрелась. Красивый у вас город.
— Обещаю экскурсию, но чуть позже. Прости, но мне надо будет решить пару важных дел, — с сожалением сказал он, сжимая мою ладошку.
— Я все понимаю. Появилась из ниоткуда, да со своими проблемами. Я могу и дома посидеть!
— Не стоит, я найду тебе провожатого. Нечего такой молодой в четырех стенах киснуть! Да и за мной должок перед тобой. Хочешь сходить по магазинам? — И этот туда же!