Ты мой слэм-данк (СИ)

У меня мотор работает с пробуксовкой. На чистой силе воли держу себя в руках. Больно, жесть!
— Пиздец, — выпрямляюсь, опуская голову.
— Я бы, может, и свыкся с мыслью. Паша же всегда был рядом, но твоя мама винит себя больше, чем я ее. Так и живем. День перемирия и неделя скандалов, — он снова смолит.
— Кончай хуйней страдать! — выхватываю из его рук сигарету и выкидываю. — Не кури. Это не поможет.
— А что поможет, сын? — поворачивается ко мне.
Что ответить? Как поддержать?
— Ты же Голицын, — пихаю его плечом. — Что было — не исправить, как говорит Раечка. Жить надо, пап. Сейчас и каждую минуту. Уверен, что Пашка бы не одобрил обидки. Сам говорил, что не без греха… Так что…
Несу, бля, бред. Потому что сам сейчас обижен на мать и на весь белый свет. Хочется пойти и бросить в лицо женщинам этого дома самые мерзкие обвинения. Только что это изменит? Брата уже нет.
— Ладно. Пойду спать. Завтра совещание с утра, — отец встает и треплет меня по голове, как в детстве. — Ты тоже ложись. И не злись на мать. Прав ты, моей вины не меньше. Найди я ее тогда…
— Не загоняйся. Это тупиковое направление.
Мы киваем друг другу, разрушая стену отчуждения. Я понимаю его. Пытаюсь понять маму и Раечку. Мысленно прошу прощения у Пашки, сожалея, что не он остался с родителями. Может, все бы было иначе?
В полной мере пока не переварил информацию. Она и радует, и грызет мучительно. Мы с ним столько раз братались, а оказалось…
Да, бля, это мысли в никуда.
Поднимаюсь и ухожу вслед за отцом. Надо выспаться. Подумаю обо всем завтра.
  
Глава 32
 
ЕЛИЗАВЕТА
Загородный комплекс, который Влад назвал турбазой, впечатляет. Огромная закрытая территория, утопающая в заповедном лесу. Мощеные дорожки, прогулочные зоны, велосипедные треки. Сауна, русская баня. Искусственный прудик с беседкой.
Центральное двухэтажное здание отделано серой плиткой. Справа и слева от главного строения в отдалении шикарные таунхаусы по типу “шале” с острыми крышами, отделанными темно-коричневой черепицей. Каждый с зеркальными панорамными окнами. Есть зона для активного отдыха: волейбола, баскетбола и даже тенниса. В трехстах метрах ухоженный песчаный пляж. На лужайках разбросаны разноцветные кожаные кресла-мешки. Грамотно организована мангальная зона и барбекю. С навесом, на случай дождя, и широкой верандой.
Погода не подкачала. Жара неимоверная. Однако в этом месте пекло не напрягает. Дышится легче.
Бросаю сумку около кровати и осматриваю домик. Ничего особенного: бежевые стены, много дерева, тюль и тяжелые шторы, небольшой столик в углу с телевизором, крохотная софа, на полу ковролин. Общая цветовая палитра от песочного до красно-коричневого. Смотрится неплохо.
Подхожу к зеркалу. Поправляю бейсболку, белую футболку на плечах и чуть подтягиваю шнуровку на черных спортивных штанах. Беру ключ-карту и выхожу на улицу.
Слева от меня заселяются студентки. Киваю, улыбаясь, и шагаю к административному зданию. Соседство меня не радует. Стены тонкие, а молодежь явно захочет веселиться до утра. Обзавидуюсь, в общем.
— Лиза, ты пока прогуляйся, а я порешаю все вопросы, — неожиданно радует Лобанов, едва подхожу к его машине. Он в ярких шортах и красной футболке смотрится забавно. Непривычно. — Через час встретимся на завтраке.
Киваю и сразу же направляюсь в лес. Хочу вдохнуть запах листвы, коры, земли… первозданного покоя. Люблю бывать на природе. Раньше могла уехать за город и бродить в одиночестве часами. Наблюдать, как проворный ветер ласкает кроны деревьев; как сквозь листву пробивается солнечный свет, стараясь заглянуть в спрятанные от него уголки; как местные жители проворно снуют между кустов, раздражаясь на незваных гостей… Вот и сейчас задираю голову и гляжу на магические нити, свисающие с неба, на кропотливо сплетенную местами паутину, упрямую траву, неугомонных муравьев и широкие стволы деревьев.
Неспешно брожу по тропинкам, любуюсь и дышу. Словно до этого не расправляла легкие.
 
Организаторские способности Лобанова впечатляют. К моменту моего возвращения он заселил студентов, оформил документы, согласовал мероприятия для досуга. Мама бы Влада одобрила в женихи.
В целом до обеда все проходит в штатном режиме. Студенты приехали не все, что ожидаемо. И все равно их много. Разбрелись по комплексу и куда не ткнешь — кругом знакомые лица.
Я, Влад и Любочка устраиваемся после завтрака в беседке. Помощница ректора ни одну поездку не пропускает.
— Хорошо-то как, — секретарша откидывается на ограждение, закинув ногу на ногу. — Но я все равно хочу в отпуск на море.
— У тебя отдых каждые три месяца, — усмехается Лобанов, облокотившись на деревянные перила и осматривая территорию турбазы.
— Лиз, поехали вместе? — поворачивается ко мне Люба.
— Не, я к своим поеду. В деревню, — вытянув ноги, упираюсь ладонями в лавку.
— Фу, скука какая, — морщится, переключая внимание на ректора. — Влад, а ты не хочешь поехать? Можно по горячему туру, как прошлый раз.
Плечи Лобанова напрягаются. Какая прелесть, наша Любочка. Вот так спалить себя и начальника. Красотка! Хотя, все закономерно. Похотливый товарищ ни одной юбки не пропускает.
— Язык у тебя, как помело, — цедит Влад, более чем красноречиво глядя на секретаря.
— Ой, да брось. Это же Лиза. Она своя, — отмахивается Люба. — А где спортсмены, кстати?
Божечки, да я расцеловать ее готова за этот вопрос. Меня он мучит последние три часа.
— Николаич сказал, к вечеру будут или завтра с утра, — ректор кладет руки на поясницу и выгибается назад.
— Пойду-ка я купаться, — встаю, поправляю задравшуюся штанину.
— И мы! — тут же вставляет Люба. — Я пошла переодеваться. Увидимся на берегу.
Чтобы не находиться под постоянным прицелом оценивающих взглядов студентов, прячемся подальше от пляжа. Туда, где с одной стороны нас закрывают кустарники, а за спиной лес. Расстилаю плед, достаю солнцезащитные очки из плетеной сумки и собираю волосы на макушке. С розовым купальником я погорячилась, конечно. Надо было взять черный, но что теперь-то сожалеть?
Любашка сразу бежит купаться, попискивая рассекая воду. Лобанов не спешит. Раздевается, оставаясь в пляжных шортах, и присаживается ко мне.
— Лиза, намажь меня кремом, — лыбится как придурок.
Встаю на колени и выдавливаю на ладони белую субстанцию, быстрыми движениями растирая на плечах Влада.
— Не знала, что у тебя чувствительная кожа, — хмыкаю, убирая предплечьем, выбившуюся прядь. Надо перекрутить волосы, а то распадется чудо-прическа.
— Зато есть повод почувствовать твои нежные ручки, — мурлыкает гад.
— Главное, чтобы Любочка не приревновала, — поддеваю ректора очевидным фактом.
— Это было давно и неправда, — пожимает плечами. — Лиза, давай попробуем построить отношения? Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Мы будем идеальной парой…
— Влад, я не люблю тебя, — хорошо, что не смотрим друг на друга. Не хочу видеть обожание, коим он меня одаривает постоянно.
— Лиз, нам не по восемнадцать лет. Моих чувств хватит на двоих, — Лобанов разворачивается, ловит мои запястья. — Забудь все, что было в прошлом. Давай попытаемся.
— Нет. Лучше оставим все как есть…
— Погуляем вечером? Думаю, самое время во всем разобраться.
— Я подумаю…
Выдергиваю руки и поднимаюсь. Хочу купаться. В общем, хорошо, что поехала. Пора расставить все по местам и жить спокойно. А еще, надо было тройной тариф выпрашивать. Причем, нагло.
  
Глава 33
 
ДЕМЬЯН
— Демьян! — окликает меня Романов Борис Сергеевич, тренер основы. Торможу и оборачиваюсь. — Больше без эксцессов. Это понятно?
— Конечно, — киваю, цепляя взглядом время на электронных часах вестибюля Департамента спорта города.
Меня с утра пригласили на повторную комиссию. Если бы не тренер, наверняка пришлось бы до конца года сидеть на скамье запасных.