Будь моим хранителем (СИ)

Я вылезла из ванной и обернулась полотенцем, на ходу посмотрев на свое отражение. Мне многое не нравилось в своей внешности. Кожа была слишком светлой. Веснушки покрывали не только лицо, но и почти все тело. Я перепробовала массу средств, чтобы от них избавиться, но попытки оказались тщетны.
Иногда меня сравнивают с американской актрисой Кэмерон Диас. Может между нами и есть что-то общее в чертах лица, и мы обе блондинки, но, пожалуй на этом все сходство заканчивается. Мой рост был далеко не голливудский. Я едва дотягивала до 165 сантиметров. Была худой и угловатой.
Если в восемнадцать лет грудь не больше первого размера, это навсегда?
Я начала сушить волосы. Это займет много времени. Волосы были длинные, а мне хотелось еще и выпрямить их утюжком. Раздался телефонный звонок. Это была Яна.
— Маша, привет! Ну, ты не думай, что мое аудио-сообщение в чате это и все мое поздравление. Я готовлю тебе нечто особенное. Кстати, мне звонил Макс и спрашивал какие розы ты предпочитаешь на высоком стебле или на среднем? Я сказала, что без разницы. Главное внимание.
— О! Спасибо. — мои щеки сразу же вспыхнули при упоминании Макса. — Мне до сих пор не верится, что он будет там. Я так волнуюсь.
— Маша, ну, ты чего. Я уверена, что он будет сражен твоей красотой! И вообще! Вы же идеальная пара. Как футболист и болельщица из какого-нибудь американского фильма.
— Если б это было так, то мы бы уже давно встречались…
— Все впереди, подруга. Ну что? В девять в «Проснись и пой»?
— Да, до встречи. — сказала я, потом быстро добавила: — Судя по звукам, ты отмокаешь в ванной?
— Дааа! Лежу уже полчаса, лень вставать. Но к девяти вечера я точно вылезу, обещаю! — и она рассмеялась.
— Смотри мне! — и я положила трубку.
Вечером, когда я уже ждала такси, вернулась мама с работы. Она была уставшая после смены и сказала, что, поужинав сразу ляжет спать. Приобняв меня, она пожелала мне хорошего вечера и отметила, что я шикарно выгляжу. Я сегодня действительно блистала: на мне был стильный белый комбинезон, с открытой спиной, который я дополнила бежевыми лодочками и лаконичным клатчем-конвертом.
Такси быстро домчало меня до популярного в нашем районе караоке-бара «Проснись и пой». Уже на подъезде к заведению, я увидела Макса с огромным букетом красных роз.
Сердце сладко заныло и заколотилось с удвоенной скоростью. Я расплатилась с таксистом, распахнула дверцу автомобиля и тут же передо мной появилась мужская рука, помогая мне выбраться из машины. Макс… Я приняла руку и как во сне последовала за своим ухажером. Он вручил мне розы:
— Я хотел подарить тебе цветы, такие же красивые как и ты. Но это просто невозможно. Ты затмеваешь своей красотой любые цветы.
— О, Макс, спасибо, очень приятно.
— Вот она, наша красотка! С днем рождения!!!! — к нам подошли остальные друзья во главе с моей подругой Яной. Яна — полная моя противоположность: смуглая кожа, черное каре и серьга в брови. Она держала в руках связку воздушных белых шаров, на которых были разные комичные надписи, типа: «Я здесь только из-за торта», «Капец ты старая», «Ненавижу тебя меньше всех» и так далее.
— Яна, ты как всегда в своем репертуаре. — я засмеялась, — Ну, что, ребята, пойдем сотрясем стены этого караоке?
— Да! Да!
Наша небольшая компания отправилась ко входу караоке-бара. Макс был очень галантен. Он поддерживал меня за руку, помогал нести шары и подарки. И при каждом прикосновении и его взгляде мое сердце вздрагивало.
Время летело быстро. Мы впятером спели почти все хиты Арии, Майкла Джексона и Земфиры. Воспользовавшись паузой, пока пели остальные столики, мы с Яной удалились в уборную, чтобы привести себя в порядок. Я достала из сумочки красную помаду и стала обводить губы. Из-за двери доносились пьяные песни наших соседей по столику.
— Ну как дела, подруга? — Яна подмигнула мне через отражение зеркала, — я смотрю Макс не отходит от тебя весь вечер…
Я повернулась, чтоб ответить ей, но вдруг свет погас и стало очень тихо.
«О, нет…» — я узнала это чувство: голова снова кружилась.
 
Где-то слева тускло горел свет. Я обернулась в ту сторону. Маленькая лампа около кровати, освещала угол небольшой комнаты. На постели лежала девочка лет 10. Она спала. Даже с таким тусклым освещением, я увидела, что щеки девочки пылали красным цветом.
Рядом на стуле лежали всевозможные лекарства: баночки, таблетки, чайная ложка, термометр, стакан с водой.
Мой взгляд заскользил по комнате: большой темный шкаф, окно, задернутое плотными шторами, письменный стол. За моей спиной стена, полностью украшенная детскими рисунками.
Я закрыла футляр с губной помадой, который так и остался у меня в руках, и подошла поближе к рисункам. Вот радуга и кирпичный домик, а вот человечки с подписями «Мама» и «Карина»; всевозможные единорожки, герои разных мультфильмов и компьютерных игр.
Девочка вздохнула во сне и стала что-то бормотать:
— Мама… мммм… мне… плохо…
Я тихо подошла к постели. Коврик на полу заглушал стук моих каблуков.
Нагнувшись над девочкой, я вгляделась в ее детское личико. Сомнений не было, у ребенка был жар. Я приложила свою ладонь ко лбу девочки. Очень горячая…
Надо исследовать остальные комнаты. Может быть я разбужу родителей? Но в квартире кроме нас с девочкой никого не было. Я быстро обошла все комнаты и снова вернулась в спальню. Девочка спала беспокойно и стонала.
Сердце сжалось. Надо было что-то делать. Я осторожно приподняла ее руку и поставила термометр. Цифры на табло стремительно росли и приближались к отметке в 39 градусов.
Я отправилась на кухню в поисках какой-либо емкости. Набрала теплую воду в чашку, взяла полотенце и вернулась к больной.
Не знаю, сколько прошло времени и как долго я обтирала эту девочку влажным полотенцем. Но я делала это снова и снова. Я рассматривала эту девочку. Карина, так ведь ее зовут, если верить детским рисункам?
У нее было круглое личико, светлая челочка, которая сейчас была влажной и спутанной из-за сильного жара; маленький аккуратный носик с веснушками-крапушками.
Через некоторое время ее дыхание стало глубоким, тело обмякло и Карина крепко уснула. Я вновь померила температуру. 37,6. Совсем другое дело.
В этот момент лязгнул замок входной двери. Я испугалась. Резко подскочив с кровати, я метнулась к окну. Залезла в своих туфлях сначала на стол, потом на подоконник. Задернув длинную штору, я остановила ее, чтобы не выдать своего присутствия.
— Кариночка, котеночек мой, — я услышала нежный женский шепот, — я дома родная. Приехала, как только смогла. Как ты, доченька?
— Мамочка… — слабый детский голос, — Тут была красивая девушка… В белом, как ангел…
И видимо тут же ребенок уснул.
— Спи, солнышко. Мама рядом…
Я сидела тихо, как мышка, боясь даже дышать.
А потом почувствовала, как какая-то сила потянула меня прочь из этого места. Голова кружилась, меня замутило.
— Маш, ау! — Яна стоит там же, около зеркала. — Как дела у тебя с Максом?
Я стояла перед раковиной в туалете караоке-бара «Проснись и пой». Голос подруги доносился до меня как-то приглушенно, как будто я была под огромной толщей воды. Яна пощелкала пальцами у меня перед лицом.
— Ээ, слушай, — мой голос был таким слабым, — Мне что-то нехорошо. Я наверное вызову себе такси.
— Маш, ты чего? Заболела? — Яна удивленно посмотрела на меня.
— Да-да, кажется я заболела. Голова кружится, морозит.
Но на лице Яны было явное сомнение:
— Ладно, попрошу Макса, чтоб проводил тебя.
— Нет, что вы! Веселитесь дальше! — я судорожно замахала руками перед собой.
 
— Маша, это твой день рождения! Как мы будем веселиться без тебя? — потом посмотрев на меня внимательно, Яна добавила: — Выглядишь ужасно… Ты такая бледная.
Чувствовала я себя еще хуже. Меня потряхивало, все тело покрылось липким потом. Я подхватила какую-то смертельную болезнь! Точно! Вот и симптомы. Галлюцинации, озноб, чувство потери реальности, паника.