Под грифом «секретно» (СИ)

Внутри штаб-квартиры нас ждали два брата-охотника.
Это Семён и Денис Обрезовы. — представила нам их Баффи после того, как назвала нас.
Сэм. — протянул руку тот, что повыше.
Дин. — поздоровался более коренастый.
Вы действительно Обрезовы? — удивился я.
Да, показать? — ответил Дин.
Не стоит, поверю на слово. — успел я его остановить.
Обсудив затем немного детали предстоящей операции, прерываемые постоянными выяснениями отношений этих братьев, словно видавшая виды семейная пара, где всё сводилось к тому, как они друг друга любят, и именно поэтому они что-то постоянно скрывают, обманывают и подставляют друг друга, мы выдвинулись в путь…
Внутрь правительственного здания мы попали без проблем, лишь шикнув на двух оборотней, охраняющих вход, демонстрируя при этом накладные клыки. Поднялись по роскошной мраморной лестнице с позолоченными перилами на второй этаж и подошли к двери кабинета Пердежковой, которую где-то отвлекали братья Обрезовы, и я очень надеялся, что они как-нибудь аккуратно и тихо прибьют вурдалачку, а не просто заболтают. У входа стоял огромный тупой огр Холуев, преградивший нам путь:
Нельзя! Приказ. Никого не впускать!
Всё в порядке, нам можно. — ответила Катя, поднимая верхнюю губу и обнажая клыки.
Нет!
Послушай, тупой здоровяк, я Кэт, а это Виктор, про нас же тебе ничего не говорили? Вот… так что пропусти и охраняй вход от «никого» и дальше, как тебе и было приказано.
Ррраргх! — рыкнул огр. — Моя твоя не понимать!
Я Виктор, а это Кэт, наши имена не «никого». И за твою преданность вампирам и вурдалачке тебе полагается награда. — медленно проговорил я, чтобы эта орясина уловила смысл, вытаскивая из-под полы начищенный и сверкающий медный слиток — план Б.
Стоило ему увидеть слиток, как он раскрыл от жадности рот, хаотично повторяя «Дай! Золото! Люблю! Попу! Продам!»
Как только пропустишь нас внутрь. — продолжил я так же растягивая слова, когда он немного успокоился.
Ррраргх! — опять зарычала эта каменная башка, и секунду спустя он отошёл от двери.
Молодец, Тузик! Охраняй!
Ррраргх!
Надо будет передать Баффи, что всех огров можно просто подкупить медью, думаю это им поможет. — высказал я свою мысль Кате прямо при этом остолопе.
Рада видеть, что ты осваиваешься в этом мире. — улыбнулась она.
Внутри мы провозились от силы пару минут, проставляя на подготовленные заранее документы печати и подписи вурдалачки. Покинув кабинет, я вручил огру медный слиток, на что он неожиданно развернулся и оголил свою задницу. Борясь с тошнотой и смехом одновременно, мы с Катей быстро ушли в закат. Теперь нам предстояло найти секретаря для передачи ему бумаг. Усатого секретаря-упыря мы нашли быстро — он давал очередное интервью похожей на жабу гоблинше Свиноян с госканала, чей супруг, по словам Баффи, также из кожи вон лез, клепая сомнительные передачи и лебезя перед хозяевами на другой программе, чтобы заслужить лакомство — гоблины как и оборотни чахли над златом:
… нет, мы не в курсе ни о каких вампирах и вурдалаках в правительстве. Если узнаем — сразу вам сообщим, ведь наша общая задача — бороться с нежитью и социальной несправедливостью… — говорил разодетый упырь, поглядывая на дорогущие часы «для статуса».
Дождавшись, наконец, окончания «интервью», мы передали ему бумаги «от вурдалачки» и ушли восвояси.
Задание выполнено. Вернитесь к Баффи за наградой.
Ваша награда. — произнесла Баффи, протягивая Кате мешочек, когда мы воротились. — А высшего вампира с приспешниками не спасёт и их «неприкосновенность» от закона — метровый кол в задницу любого упокоит…
Награда составила тысячу жетонов, которые Катя сразу же разделила пополам, и увеличение репутации с неписями — сейчас уже она возросла до «симпатии».
В следующем магазине, куда мы всё-таки дошли, нас встретила очередная притягательная непись, у которой я купил пиво, чипсы и, на всякий случай, колу для виски. Но главное — за 200 монет я приобрёл заветный кошелёк, и теперь мог выступить в открытое противостояние со своими обидчиками. Катя же нагружала под завязку свой рюкзак всевозможными сладостями.
 
Он же лопнет. — заметил я ей.
А ты закрой и отойди.
В них добавляют что-то запрещённое?
Скорей уж тогда не добавляют — в них отсутствует пальмовое масло, не говоря уже о том, что здесь еда не скажется на фигуре.
Да… вот если б можно было насытиться здешней едой… а то у нас «пальму» кладут во всё, даже в детское питание, а не только в дорогущие торты, не снижая при этом цену ради получения сверхприбыли, наживаясь на здоровье сограждан… капиталистические ублюдки.
Угу. — хмыкнула она. — Как отменили единые стандарты производства, альтернатива осталась только в собственноручном выращивании и производстве. Ведь на наших полках стоит дешёвый продукт с пальмовым маслом, и его дорогой аналог с ним же… и везде химия.
Всё компания «Эфкал», в технической «пальме» само правительство заинтересовано — иначе будут пустые полки и бунт, что проще, чем возрождать сельское хозяйство, ведь для себя у них есть премиум-товары.
После этого Катя убежала за «деликатными покупками» для своих подопечных, что и было основной целью её похода, я же остался потягивать пиво на лавочке у магазина, где она меня и нашла через несколько минут. Перегрузив несколько пакетов со сладким ко мне в рюкзак, она внаглую поменяла наши рюкзаки, взяв себе мой лёгкий — я не возникал, так как и сам бы это предложил, даже если бы она и не была офицером, но наглость её меня разозлила.
А ты бы разве не предложил девушке понести её тяжёлый рюкзак? — хитро спросила она, глядя на моё недовольное лицо.
Уже не узнаешь.
Эх… — притворно вздохнула она. — А ты мне показался джентельменом… ну давай тогда мне тяжёлую ношу — чего не сделаешь, раз мальчик устал…
Держи, конечно — не в моих привычках отказывать девушке в просьбе. — вручил я его замершей с открытым ртом Кате.
Вместе с демонстративно пыхтящей позади Катей, мы вернулись через пару минут к первому магазинчику и расположились на обшарпанной лавочке, поджидая остальных. Катя обиженно отворачивалась, вызывая мою улыбку — ухмыльнувшись, она ткнула в меня кулаком:
Обратно ты его несёшь.
Ладно, так и быть — уговорила. — осклабился я.
Почти сразу появились остальные, в не лучшем настроении — оказалось, что они, прибыв на пустующее место боя, разбежались по окрестностям в поисках уцелевших, но так никого и не нашли.
Я требую немедленных объяснений вашему дезертирству, и где Коргин? — начал Самойлов.
А я требую объяснений по поводу этих грязных инсинуаций. — громко воскликнула Катя.
Вы сбежали перед боем, какие, к чёрту, инсинуации?
Мы спокойно ушли в город, чтобы не тратить время. Разве отряд численностью в тридцать человек под руководством такого офицера не способен справиться с десятком мародёров?
Дело не в их количестве, а в факте…
Ой всё…
Издеваешься?! Я буду вынужден доложить о произошедшем Рымову.
Да ради Бога.
И, не добившись желаемого, Самойлов ушёл разозлённый.
От Рымова-то не достанется?
Пфф… если б меня это волновало… да и не должно, ведь всё в порядке. До города мы дошли? Дошли. А уж то, что пару сотен метров прошли отдельно от основного отряда сущие мелочи. Я, как-никак, офицер, вы же меня сопроводили, обеспечив безопасность. Да и что он мне сделает? Пожурит, что дисциплину разваливаю, да и только.
Не хотелось бы, чтобы у тебя были из-за меня проблемы.
Почему из-за тебя? Я ведь сама не хотела уподобляться мародёрам, просто наши интересы совпали. Да и мой кошелёк потяжелел, а за это можно и послушать нравоучений… чуть-чуть. — улыбнулась она.
 
Где-то через час, который мы, как и многие, не желающие искать квесты, проводили сидя в теньке и попивая пиво, появился Юра со своей продавщицей.
Как успехи у Ромео? — спросил я его после того, как он вышел из магазина, проводив свою непись.