Избранное (СИ)

– Добрались! – услышала Шура и отвлеклась от мрачных мыслей. – Добрались!
Отряд зашумел, люди бурно выражали радость – повезло вернуться целыми и невредимыми, а усталость – ерунда, главное, живы остались!
– Вон он, Холм, – показала ей Нитмайя. Она, в отличие от остальных, не особенно веселилась, будто ждала какого-то подвоха. Впрочем, женщина и вообще была нелюдима и резковата в обращении, так что Шура не удивилась. – Впереди.
Шура прищурилась, присмотрелась против солнца и невольно разинула рот – Холм оказался колоссальным! Его вполне можно было принять за приличных размеров гору, вулкан какой-нибудь, например: форму он имел конусообразную, издалека похоже… Холм оказался густо облеплен какими-то строениями, на макушке красовался самый настоящий замок, над которым реяли знамена (Шура не разглядела, что на них изображено).
Однако отряд не стал подниматься на вершину, а остановился у подножия Холма. Вперед вышел Джамдир, помолчал, будто сосредотачиваясь, потом плавным жестом раскинул руки в стороны, а затем свёл ладони перед грудью. Он произнес что-то – слов было не разобрать, – и вдруг зеленый склон дрогнул, в нем открылся широкий проход…
«Холм, зеленый холм, растворись, – невольно припомнила Шура какую-то старую сказку, – впусти всадника… как там? Всадника молодого, какого-то там коня… и меня!»
Отряд вереницей втянулся под холм, и огромная дверь бесшумно затворилась.
Внутри оказалось довольно светло: на стенах потрескивали факелы, но основное освещение давали не они – с потолка будто лилось мягкое сияние. Видно было, куда идешь, одно лишь плохо: этот странный смешанный свет скрадывал пропорции и расстояние, и никак было не понять, за десять ты шагов от впереди идущего или вот-вот уткнешься носом ему в спину!
Шура, оглядевшись, невольно поежилась: неприятно было ощущать над головой этакую каменную махину! Остальные, однако, ничуть не тревожились, и она заставила себя перестать думать об обвалах, землетрясениях и прочем в том же роде.
Куда-то увели возил, разошлись по боковым проходам почти все их спутники, остались только Тиррук да Нитмайя. Ну и Джамдир, само собой, – это он вел изрядно поредевший отряд вперед. Они поднимались всё выше и выше по спиральному проходу, пока не оказались в большом светлом зале – тут уже не было факелов, только волшебные светильники.
– Идем, – сказал Джамдир Саше, и мальчик послушно подошел к нему. Маг посмотрел на остальных и добавил: – Я должен представить Избранного Совету Холма. Вы можете пока отдохнуть – в дальнейшем времени на это у вас уже не будет. Нитмайя, Тиррук, вы знаете, куда идти и где найти ночлег и ужин. Позаботьтесь о девочке, меня же ждут иные заботы…
Он увел Сашу, а Нитмайя повернулась к Шуре.
– Пойдем, – позвала она, – тут есть, где поесть и помыться. На Совет нас всё едино не позовут, кто мы такие, чтоб нас спрашивать? Так что, пока они там болтать будут, мы с тобой себя в порядок приведем…
– А меня Совет видеть не захочет? – спросила Шура. Не то чтобы она всю жизнь мечтала предстать перед мудрыми магами или кто там заседает, но хотелось бы узнать, к чему готовиться, из первых уст, а не из краткого пересказа Джамдира и сбивчивого – Сашки. – Я же тоже из другого мира…
– Но ты ведь не Избранная, – пожала плечами Нитмайя, увлекая девочку за собой. – Что им до тебя? Давай лучше найдем какую-нибудь дыру, где можно помыться и поспать!
«Дыра» нашлась очень скоро – похоже, на одном из ярусов внутри Холма было оборудовано настоящее общежитие… или казармы – множество маленьких комнат. Всё это здорово напоминало улей, но Шура полностью примирилась с теснотой, узнав, что здесь имеется такая роскошь, как горячая вода! Правда, раздеваться при Нитмайе она не стала, дождалась, пока женщина уйдет на поиски чего-нибудь съестного, и тогда только рискнула снять верхнюю одежду, а потом и одежду из травы кьян.
Решив, что здешняя вода вполне сойдет за проточную, Шура прополоскала травяные одежки под мощной струей теплой воды, разложила на просушку, и залезла под горячий душ (откуда подавалась вода и каким образом нагревалась, она не имела ни малейшего понятия, да ее это и не интересовало). Такого блаженства она не испытывала уже давно, но слишком долго наслаждаться было нельзя: Нитмайя могла вернуться в любой момент. Так и вышло: едва Шура собралась заканчивать водные процедуры, как та вломилась в комнатушку, открыв дверь ногой, – руки у Нитмайи были заняты припасами.
 
Пискнув, Шура сгребла в охапку одежду и кинулась в угол.
– Ты чего такая скромница? – хмыкнула женщина, пристраивая на грубом столе свою добычу – ковригу хлеба, что-то непонятное в узелке и флягу с неизвестным содержимым. – Я ж не мужик!
Шура пробормотала что-то невнятное, пытаясь натянуть одежду на мокрое тело.
– Чего?
– У нас не принято вместе купаться и вообще, – сказала девочка первое, что пришло в голову, когда справилась с рубашкой. Трава кьян здорово выручала – сама уже высохла и влагу с кожи тоже впитала. – Это считается неприличным, особенно если не с родственниками, а так…
– Глупости какие, – фыркнула Нитмайя, но деликатно отвернулась. – Натягивай давай своё шмотье, ужинать будем!
Трапеза много времени не заняла: долго ли умять немного сыра да чего-то наподобие колбасы, запивая травяным настоем? Поев, стали устраиваться на ночлег, а Шура попыталась расспросить Нитмайю о том, что же собой представляет Холм. Увы, та и сама мало что знала…
– Говорят, – сказала она, вытянувшись на узкой постели и заложив руки за голову, – тут когда-то была крепость. Очень давно, когда тёмные маги были в самой силе. Это теперь они не очень-то суются в эти края, а тогда что ни месяц – жди налёта! Ну вот, решили спрятаться под землю, враг долго додуматься не мог, откуда же отряды противника выходят! А тут хорошо, тут речка подземная начало берет, воды вдоволь, склады огромные: при нужде весь верхний город под Холмом укроется. Ну, с тех пор и повелось… Эта крепость ни разу не пала, вот и стала, считай, стольным городом. Здесь Совет тринадцати собирается – это по всяким важным магическим делам, здесь наместник с рыцарями свои дела вершат…
– Совет тринадцати? – переспросила Шура, уже начавшая задремывать.
– Ну, великих магов тринадцать, – пояснила Нитмайя, зевая. – Кстати, наш Джамдир-то в Совет не входит. Он так, на посылках у них. В смысле, маг сильный, но еще молодой слишком, чтоб заседать и решения принимать, вот и носит его по лесам да болотам!
По мнению Шуры, Джамдир был далеко не молод, но кто разберет этих магов! Может, у них в этом возрасте жизнь только начинается!
– Но он у них на доверии, – добавила женщина, – по важным поручениям посылают, так что… Самим-то недосуг, да и годы своё берут, а Джамдир тут как тут. Говорят, как только место в Совете освободится, так непременно он туда и проберется! Хоть его многие и не любят, однако ж полезного он много делает и Тёмных ненавидит, как никто другой…
– Понятно… – протянула девочка. Хотела спросить еще кое-что, но Нитмайя снова протяжно зевнула, поворочалась, устраиваясь поудобнее, и ровно задышала – заснула.
«Интересно, когда надо будет отправляться? – думала она, уткнувшись носом в сгиб локтя. Трава кьян пахла своеобразно, но приятно, вспоминалось солнечное утро в Брогайхе… – Надо б разузнать, что к чему, прежде, чем куда-то идти. А то они скажут! Сашку спрашивать смысла нет: наверняка перетрусил на этом Совете и половины не запомнил! А Джамдир… Вот как понять, правду он говорит или придумывает? Такой всегда важный, такой серьезный… Только, ясное дело, Сашку он беречь будет до тех пор, пока он ему нужен. А я так вообще ему не сдалась! – Шура тяжело вздохнула. – Затесалась, понимаешь… Только если Сашка ничего не сделает, мы тут оба и останемся. Была им охота силы на нас тратить, домой отправлять! Мечтать не вредно! Значит, надо эту Вещь добыть по-быстрому, а тогда уж…»
Вот только знать бы, с чем они столкнутся по пути? Что из баек Джамдира правда, а что выдумки? Увы, узнать это было неоткуда, разве только Нитмайю расспросить, но она особой разговорчивостью не отличалась.