Избранное (СИ)
Примерно это я и изложила Сашке.
— Ну, тогда вроде вполне логично, — сказал он. — Слушай, но это как же надо было ненавидеть человека, чтобы решиться отомстить ему подобным образом? И даже о ребенке своем не подумать, я уж не говорю о муже!
— Очень сильно, Саш, — тихо сказала я. А еще — как надо было его любить, чтобы эта любовь смогла перерасти в такую черную ненависть?.. — Очень.
— Да… история… — протянул Сашка. — А что, вполне жизненно. Наин, ты что, детектив решила написать?
— Если бы… — вздохнула я. — Это, Саш, не детектив, а история из жизни. Хочешь — верь, хочешь — нет.
— Но эту Марину в конце концов поймали? — резонно поинтересовался Сашка.
— Пока нет, — хмыкнула я.
— Что значит "пока нет"? — Судя по голосу, Сашка встревожился. — Так, погоди… Наина, это имеет отношение к тому убийству вашей студентки, о котором ты рассказывала?
— Угу… — сказала я. — Это оно и есть.
— И ты в это влезла?! — Сашка был воплощенное негодование. — Ты с ума сошла!
— Да не заводись ты, — сказала я. — Это только мои домыслы, и я о них никому не рассказывала.
— И не вздумай! — Сашка определенно рассердился. — Если только в милиции, ясно тебе? Мало ли…
— Мало ли — что? — поинтересовалась я.
— Ну… — Сашка замялся. — Ты же рассказывала, какие сплетни о тебе и этом мужике ходят. А если эта Марина и о них узнает? Ты соображаешь, во что ввязалась?
— Хм… — сказала я. В Сашкиных словах был резон. Сейчас, когда страсти вокруг убийства немного улеглись, у студентов дойдет дело и до других сплетен, и тогда Марина точно услышит обо мне. А может, уже услышала…
— Может, поживешь пока у меня? — предложил Сашка озабоченно. — Пока все не уладится…
— Саш, вот только тебя не хватало впутывать в эту историю, — вздохнула я. — Не волнуйся, я могу за себя постоять. А если вдруг что… Знаешь, между двумя боевыми магами лучше не становиться, даже если один из них недоучившийся.
Сашка молчал, видимо, только сейчас начал осознавать, что специальность у меня не слишком мирная.
— Я, к тому же, немножко приболела, — осенило меня. В доказательство я покашляла в трубку. — Не хочу тебя заразить, так что лучше пока нам не общаться.
— А, ну тогда конечно, — заметно обрадовался Сашка, очень трепетно относившийся к своему здоровью. — Лечись как следует, я завтра позвоню. И поосторожнее там!
— Ага, — сказала я. — Непременно.
Я бросила мобильник на стол — батарейка почти совсем разрядилась, надо все-таки разориться и купить новый телефон, стыдно уже с такой рухлядью ходить, — легла и привычно уставилась в потолок. Н-да… А ведь Сашка определенно обрадовался тому, что можно не приезжать, а также тому, что эту идею высказала я сама.
"А ты, Чернова, наверно, хотела, чтобы он примчался, прорвался мимо вахтера и начал о тебе заботиться? — поддела я себя. — Или, еще того лучше, забрал к себе, приставил охрану на всякий случай и заботился уже там?"
А что, может быть, и хотела. Только, видно, не настолько у нас были близкие отношения, а постель — еще не повод для знакомства, все верно…
"Да, Чернова, — хмыкнула я. — Похоже, один мужчина тебя никак не удовлетворит, придется завести гарем. Один будет о тебе заботиться, другой развлекать, а третий… хм-м-м…"
Мне внезапно вспомнилось: когда я однажды заболела ангиной и температура скакнула под сорок (а в таком состоянии заниматься самолечением совершенно невозможно), Игорь немедленно засунул меня под одеяло и взялся лечить сам. Медик из него, если честно, как и из любого боевого мага, просто ужасный, а если учесть, что параллельно с лечением он еще битый час читал мне лекцию о вреде неумеренного потребления мороженого и хождения по холоду нараспашку, то удивительно, как я от такой заботы не скончалась. "А ведь он правда о тебе заботился тогда, Чернова, — поняла вдруг я. — Уж как умел, и не его вина, что умел он плохо…"
Думать об этом было неприятно. Да что уж теперь…
Я встала и вытащила из тумбочки пакет с фотографиями, выбросить которые не поднималась рука, хотя и пересматривать их не тянуло. Надо же, какая я была всего год назад, до этой конференции, которая что-то во мне перевернула… Физиономия бледная, не накрашенная, взгляд исподлобья, а еще этот серый свитер, который Игорь почему-то особенно ненавидел и однажды просто выкинул. Хороший был свитер, теплый и уютный… Фотографий Давлетьярова у меня было всего две или три, он фотографироваться очень не любил, а застать его врасплох у меня ни разу не получилось. Вот он курит на балконе, а вот сидит за компьютером, в обоих случаях вид совершенно отсутствующий, о чем думает — непонятно. А снимок, где имелись мы оба, вообще был только один. Кажется, на улице проводилась какая-то рекламная акция, нас щелкнули «полароидом», а потом долго приставали с просьбой заполнить анкету. Игорь тогда быстро дал интервьюерам от ворот поворот, но фотографию я все-таки утащила. Надо же, вот так, со стороны если посмотреть — более неподходящих друг другу людей и представить трудно. Рослый, подтянутый, стильно одетый Игорь и я, вечно в этих дурацких (права была Мирей!) потертых джинсах, которой всегда было наплевать на свой внешний вид. А если учесть, что оба мы были замкнутыми и нелюдимыми, и легкостью нрава не отличались, то вообще сложно понять, как это мы умудрились столько времени провести вместе.
"Если считать, что женщины похожи на цветы, — всплыла вдруг в памяти реплика, произнесенная хорошо знакомым голосом, — то ты больше всего напоминаешь кактус. Прежде чем дотронуться — десять раз подумаешь, а стоит ли?" В общем и целом, это было чистой правдой.
"Сама-то хороша, — сказала я себе. — Только и знаешь жаловаться, что тобой не интересовались, а сама-то ты по-другому поступала, что ли? Вот только не надо прикидываться, будто ты боялась, стеснялась и не находила времени о чем-нибудь спросить! Просто тебе так удобно было, вот и все. Ты и с Сашкой точно так же себя ведешь, и радуешься, что он особенно к тебе не лезет с задушевными разговорами, а значит, и тебе вроде как можно его делами не интересоваться. Хм-м-м… А что это ты, Чернова, вдруг задумалась об этом? — спросила я себя сурово. — Ты же вроде бы решила все раз и навсегда? Решила же? Так что давай, дорогая, выкинь эти фотографии в помойку, а если уж не можешь, то запрячь подальше и выброси из головы дурацкие мысли!"
Заверещал предусмотрительно включенный в зарядное устройство мобильник. Кого это разобрало в такую поздноту? Неужто Сашка решил все-таки проявить благородство и приехать к «больной» подруге? Но номер на дисплее высветился незнакомый…
— Алло? — сказала я.
— Наина! — раздался знакомый голос. — Привет! Не спишь еще?
— Маргарита, ты? — изумилась я. — Что случилось? И откуда у тебя мой номер?
— Ой, ну твой номер просто государственная тайна! — засмеялась Маргарита. На заднем плане слышался какой-то веселый шум. — Я же в группе старостой была, у меня все ваши телефоны есть, а ты свой номер не меняла! Слушай, я что звоню-то… Вась, ну потише, я ничего не слышу! — закричала она куда-то в сторону и пояснила мне: — Это у нас тут вечеринка, на пляже…
— Ясно, — хмыкнула я. Наверно, Маргарита все еще в Майами.
— Когда этот парень из Интерпола приехал, здоровый такой, и стал вопросы задавать, я так перепугалась, думала, случилось что, — продолжала Маргарита. Да, наверно, Микки произвел на нее неизгладимое впечатление. — Васька вообще перетрухал, потом два дня ворчал, успокоиться не мог… Короче, я этому америкосу все честно рассказала!..
— Я знаю, — ответила я. — Он мне звонил.
— Ну ничего себе! — поразилась Маргарита. — Ну и знакомства у тебя, Наина! А вообще прикольный парень, и вежливый такой, хоть объяснил, зачем ему это надо… Так вот, я правда никому ничего про тебя с Давлетьяровым не рассказывала, честное слово! Только я тут что вспомнила… Мы с Васькой в кафе сидели, и тут меня осенило!