Избранное (СИ)
— Ну Игорь Георгиевич… ну пожалуйста… — жалобно произнесла студентка и так посмотрела на Игоря, что меня вдруг осенило: а ведь не ради одного только зачета она так стелется!
Мне стало смешно: четверокурсница строила глазки Игорю, да так наивно… Интересно, он-то заметил или нет? А если заметил? Тут я ощутила легкий укол тревоги и поспешила отогнать дурные мысли. Придумала тоже…
— Градова, разговор окончен! — обрезал Игорь и скрылся в своем кабинете.
Я подождала, пока студентка уйдет, а в коридоре не останется посторонних, и осторожно постучалась в дверь.
— Войдите, — раздраженно отозвался Игорь, увидел меня и нахмурился. — Что случилось?
— Ничего пока… В общем, такое дело…
Я кое-как повторила все то, что услышала от дядечки из учебной части. Ну как же его все-таки зовут? Тьфу ты, надо было там же, в учебной части, и посмотреть в расписании! Да уж, Чернова, задним умом ты крепка, ничего не скажешь…
— Ну так что? — спросила я наконец.
— Я не понимаю, о чем здесь можно раздумывать, — сказал Игорь, почти повторяя безымянного дядечку. — Ты должна ехать. Неужели ты сама не могла додуматься, что бросаться такими возможностями просто преступно?
Я поняла, что выкрутиться не удастся. Хотя…
— Но это же во Франции! — жалобно сказала я.
— И что? — не понял Игорь.
— Ну я же по-французски ни в зуб ногой! — напомнила я. Может, хоть этот существенный аргумент окажет необходимое воздействие? В самом деле, зачем ехать за тридевять земель, если не все равно не поймешь ни единого слова?
— Наина, не пытайся казаться глупее, чем ты есть на самом деле, — снова нахмурился Игорь. — Конференция международная, и общение будет вестись на том языке, который знаком большинству из присутствующих. То есть на английском. А по-английски ты и понимаешь, и говоришь, если мне не изменяет память, а ты не врала.
— А ты уверен?.. — тоскливо спросила я. — Я про английский…
— Наина, не заставляй меня повторять дважды. — Вот чертова студентка, после общения с ней Игорь явно не в духе, а достанется сейчас мне! — Я не раз принимал участие в таких конференциях, так что знаю, о чем говорю.
— Ясно… — вздохнула я, и тут меня снова осенило. — Но у меня даже загранпаспорта нет!
— У меня складывается впечатление, что ты просто не хочешь ехать и выискиваешь для этого подходящую причину. — Игорь, как обычно, угадал, он меня достаточно хорошо изучил. — Это проблемой не является. Скажи Спицыну из учебной части, загранпаспорт тебе сделают очень быстро. Еще какие-то сложности?
— Нет… — буркнула я. Все-таки ехать придется… Может, срочно заболеть? Как же! Этот фокус не пройдет. Сказать, что я просто боюсь лететь черт знает куда и жить там одна? Угу… В ответ мне заявят, что я уже не маленькая девочка, и водить меня за ручку никто не нанимался. Оно, конечно, верно, но…
— Отлично, — отрезал Игорь. — А теперь иди и не мешай мне работать.
Я закрыла за собой дверь и тяжко вздохнула. Пойду сдаваться этому Спицыну. Надо все-таки выяснить, как его имя-отчество, а то неудобно даже…
Игорь, как обычно, оказался прав, загранпаспорт оформили в рекордно короткие сроки. А там закрутилось: в посольство, туда, сюда… Словом, две недели промелькнули мгновенно, я опомниться не успела, как оказалась в аэропорту. Игорь сжалился и решил отвезти меня сам, за что я была ему очень признательна. А каких трудов мне стоило уговорить родителей меня не провожать!..
— Объявлена посадка на рейс… — проговорил динамик.
— Иди, Наина. твой рейс, — скомандовал Игорь. Он чувствовал себя здесь, как рыба в воде, поездить по миру ему в свое время пришлось немало. А вот у меня ноги подгибались и отказывались идти в нужном направлении. — Веди себя прилично и постарайся не ударить в грязь лицом.
— Ага… — вздохнула я.
— Иди, опоздаешь, — сказал Игорь чуть мягче, оглянулся на всякий случай, не видит ли кто, и коротко поцеловал меня в щеку. — Счастливо долететь.
Я проводила взглядом его удаляющуюся фигуру, еще раз вздохнула — кажется, это вошло у меня в привычку, — и отправилась на посадку. Мне сказали, что принимающая сторона обеспечит встречающих и трансфер до места проживания. Хорошо бы так…
Глава 2
На мое счастье, устроители конференции оказались на высоте, меня встретили, отвезли куда надо, поселили в роскошном пансионе и снабдили программой мероприятий.
Первое время, конечно, все равно было сложно. Да и кто бы на моем месте не растерялся, оказавшись в чужом городе, без единого знакомого человека поблизости! Однако постепенно все наладилось, люди вокруг были доброжелательными, и вскоре я даже кое с кем познакомилась. Это были мои соседки по пансиону, француженки Мирей и Софи. Они оказались очень неплохими магами-иллюзионистами, и, будучи близняшками, работали в паре. Получалось очень эффектно, на одном из семинаров они демонстрировали свое мастерство, и не одна я была в восторге, ручаюсь. Я, понятное дело, по-французски знала три с половиной слова, Мирей и Софи по-русски не говорили вообще, поэтому общались мы на английском, одинаково корявом у всех троих. Главное, мы друг друга понимали, а заботиться о красоте и правильности грамматических конструкций нам было как-то не с руки.
Мирей и Софи, хоть и были коренными парижанками, все равно предпочитали жить в пансионе, чтобы не мотаться каждый день в пригород. К тому же, обе любили разнообразие, легко сходились с людьми, а потому на конференцию приехали не столько с целью научиться чему-то новому, сколько ради того, чтобы набраться свежих впечатлений. Меня они сразу принялись опекать, что было как нельзя кстати. Я, может, не говорила, но в незнакомых местах я всегда немного теряюсь, поэтому наличие рядом тех, кто мог подсказать, куда идти и что делать, было очень мне на руку.
Сама конференция проходила интересно, хотя, не отрицаю, сперва было сложно. Я хорошо понимаю английский, а вот говорю, за недостаточностью практики, плоховато, при необходимости общаться с кем-то у меня из головы моментально вылетают даже самые элементарные слова и конструкции.
Я передать не могу, что со мной было, когда оказалось, организаторы конференции из самых лучших побуждений внесли в повестку дня такой момент: каждый из участников должен был сделать доклад о собственных достижениях. Не экспромтом, конечно, но тем не менее… Год назад, наверно, я и вовсе впала бы в прострацию и отказалась участвовать в этом мероприятии, да и сейчас мне больше всего хотелось кинуться к кому-нибудь за помощью. Ну а к кому, спрашивается? Конечно, к Давлетьярову, как всегда. На мою беду, он находился за несколько сотен километров от меня. Конечно, имелся телефон, имелась электронная почта, но мы заранее договаривались, что звонить и писать я не буду. Не было никакого сомнения в том, что звонки отслеживаются, а почта тщательно проверяется. На момент моего отъезда эти конспиративные меры показались мне правильными и разумными, но сейчас я была готова усомниться в принятом решении. С другой стороны, ну что ценного можно сказать по телефону? К тому же я достаточно хорошо изучила Давлетьярова, чтобы примерно представлять, какие именно советы он может мне дать. Так может, не все так страшно, и я как-нибудь справлюсь своими силами?
Решив так, я за пару вечеров набросала план выступления, осталась им вполне довольна, а потом даже попробовала взглянуть на него со стороны. Не сомневаюсь, Давлетьяров нашел бы, к чему придраться, но мне нравилось и так. Не факт, что понравится слушателям, но… В конце концов, сколько я могу прятаться за чужую спину?
Эта мысль была настолько неожиданной, что мне пришлось сесть и как следует поразмыслить на этот счет. Выводы получились малоутешительными. Выходило, что я в последнее время стала как-то уж слишком зависеть от чужого мнения, и это мне совсем не понравилось. Раньше я никогда не боялась принимать решения самостоятельно, я как-то говорила, что, поставив себе цель, я непременно ее достигну, даже если это не принесет мне ничего, кроме разочарования. И на окружающих я не очень-то оглядывалась. То есть, конечно, я старалась по мере сил не испортить свою репутацию в чужих глазах, и это мне обычно удавалось, во всяком случае, большинство до сих пор уверено, что я скромная, тихая и послушная девушка, а если мне случается иногда взбрыкнуть… ну так с кем не бывает! Что любопытно, этому заблуждению подвержены даже мои родители, которые уверены, что знают меня, как облупленную.