Избранное (СИ)

– Ну почему же… – с расстановкой произнес Рассел. – Вы девушка чувствительная, добрая. А у брата вашего, я слышал от доктора, чахотка. На лечение денег нет, наследство мистера Генри Уоррена – его единственный шанс вовремя получить нужное лечение и выздороветь… И пусть дядюшка оставил вам что-то по завещанию, так ведь мистер Уоррен – вроде как сын покойного, препятствие на пути к сокровищам. Даже если суд признает ваши права, то на это о-го-го сколько времени уйдет! Не факт, что мистер Дэниел Бейнс до этого доживет, уж простите за прямоту. Ну и вы, чтобы облегчить страдания брата, решили расчистить этот путь!
Мы с Дэйвом мученически переглянулись, и он прикрыл лицо рукой.
– Я не трогала мистера Уоррена! – воскликнула Фиона. – Клянусь! Кто-то постучал, и я открыла дверь, вот и все!
– Это я спьяну зигзагом шел и стукался о двери, – покаянно сказал Эндрю.
– Вы продолжайте, мисс Фиона, и не волнуйтесь так, – попросил инспектор. – И, кстати, самое время сказать, если вы кого-то выгораживаете. Например, своего брата Тобиаса, а?
Улыбка Хелен сделалась загадочной.
– Да что вы себе позволяете?! – взвыл старший Бейнс, багровый от негодования.
Кажется, тех капель, которые достались мне, ему сейчас очень недоставало.
– Папа, не волнуйся! – всполошилась Эстер. – Тебе вредно переживать. Инспектор только хочет все выяснить!
– Именно, – подтвердил Рассел энергично. – Так что вы видели?
– Я вышла на площадку и увидела мистера Уоррена, – сказала Фиона. Эстер подсунула ей стакан воды. Та глотнула и продолжила: – Он начал спускаться, медленно так. А снизу шла миссис Донован.
«Вот это поворот!» – подумал я.
– У нее в руках была швабра, это я запомнила. Раньше никогда не видела, чтобы миссис Донован убиралась сама.
– Может быть, это она столкнула мистера Уоррена? – спросил инспектор.
– Знаете, я бы, наверное, это заметил! – буркнул тот. Экономка была по-прежнему невозмутима, хотя я почувствовал нарастающее напряжение. Майя тоже прищурилась, а она чувствует такие вещи, будто кошка, я уже понял. – Мэ… Миссис Донован меня не толкала.
– Она прошла за фут или больше от него, еще посмотрела неодобрительно, – добавила Фиона. – Лестница же широкая. Там, конечно, темновато было, но я бы заметила, подойди миссис Донован к мистеру Уоррену! Как она могла его толкнуть, если она тогда поднималась ему навстречу? А больше там никого не было, честное слово! Вот… А потом он упал, а я так испугалась, что даже не смогла закричать!
– Благодарю, мисс, – кивнул инспектор, – мистер Уоррен кричал за вас.
– Да, мы и выскочили на его вопли, – сказал Дэйв. – Так, кузиночка?
– Верно. Мистер Уоррен вышел освежиться, потом раздался грохот и вопль, – кивнула Майя, а я вдруг подумал, что это я мог быть там. И танцевать с Майей… Нет, дела важнее, конечно. – А когда мы вышли, мистер Уоррен уже лежал на полу, мисс Бейнс стояла наверху, вцепившись в перила, вся белая, и смотрела вниз. А вот миссис Донован я не видела.
– И я не видел, – нахмурился Дэйв.
– Интересно. – Инспектор вдруг вправду стал похож на джек-рассел-терьера. Только что уши не насторожил и хвост не напружинил. – Миссис Донован, куда же вы подевались?
– Я поднялась на площадку и поставила швабру в чуланчик, – ответила она. – Это направо от лестницы, за большой пальмой и фикусом, вы наверняка их видели.
– А, ну за такими деревьями вас можно и не заметить, – сказал Дэйв. – К тому же темновато было.
– Да, но почему вы не бросились на помощь мистеру Уоррену? – спросил Рассел у экономки.
– Он уже все равно упал, полминуты не играли роли, – сказала миссис Донован. – И как бы я помогла ему шваброй?
– Из нее можно было сделать временный лубок, – не выдержал я. – Или костыль.
– Да, об этом я не подумала, – кивнула она. – Но швабра все же лучше подходит для того, чтобы прибрать то… гм… безобразие, что оставил кто-то из молодых господ. Во времена моей юности принято было, если уж тошнит после вечеринки, добираться если не до уборной, так хоть до цветочного горшка! Ну либо пользоваться собственным платком…
 
– Или травить в сумочку… – пробормотала Бэйби. – Или в рукав пальто.
Судя по тому, как заполыхали уши у Тоби, перебрал именно он. Впрочем, с кем не бывает. Как мне было плохо после первой в моей жизни вечеринки, я даже передать не могу! Я и выпил-то всего ничего, но потом двое суток был не в себе, с непривычки-то…
– Значит, вы видели мистера Уоррена?
– Разумеется. Он едва стоял на ногах, держался за перила, – сказала миссис Донован. – Я спросила, не нужна ли ему помощь, но он махнул рукой, и я пошла наверх, к чулану. Потом услышала грохот и вскрик.
– А мисс Фиону вы видели?
– Видела. Она выглянула из своей комнаты, я еще хотела спросить, не нужно ли ей чего-нибудь. Ну а когда раздался крик, она бросилась к перилам. А тут уж и я подошла.
Мы с инспектором переглянулись и тяжело вздохнули.
– Я обо что-то споткнулся, – сказал вдруг Эндрю. – Я был пьян, но помню вас, Мэ… миссис Донован, вы еще спросили, не нужна ли мне помощь. Я отказался, взялся за перила… а очнулся уже внизу от боли.
– На лестнице ничего не нашли, – сказал инспектор. – Да и миссис Донован заметила бы, натяни там кто-то леску поперек лестницы. Ладно. Торопиться уже некуда, если не возражаете, продолжим завтра.
Он встал, а Хелен вдруг произнесла:
– Инспектор, вы на машине или снова на телеге?
– На машине, а что?
– Подвезите меня, пожалуйста, до города. Я забыла дать важную телеграмму. Женщины такие забывчивые…
– Ничего, мисс, я и обратно могу привезти, – улыбнулся Рассел. – Собирайтесь скорей!
– Я и так готова. Только надену шляпку, – сказала Хелен и удалилась.
– Ось только не сломай, – шепнул я Грегу, и тот снова покраснел. Вряд ли его ждет что-то кроме поездки, но… вдруг? Он-то по уши втрескался в Хелен, сразу видно, только зачем ей простой полицейский? Как и простой агент – Майе, подумал я и поплелся к себе.
Вернулся я уже собакой, но Майя не обращала на меня внимания. Бродила себе по комнатам, трогала одну безделушку за другой, но ничего не находила. Лицо ее делалось все печальнее, да и я уже извелся, потому что ничем не мог помочь!
– Джинто, не вздыхай так, – попросила она. – Поищи лучше в другом месте!
Я помотал ушами.
– А, ты же не знаешь, что именно искать… Нет! – сердито сказала Майя, – если так пойдет, кошку я не найду… А времени все меньше! К ноге, Джинто!
Это была не только команда, но и целеуказание, и я с удовольствием ткнулся носом в браслет.
– Прекратите, извращенец! – прошипела Майя, отпихивая меня ногой. – Мне сейчас не до того! Подите поищите какую-нибудь… болонку, если невтерпеж!
Я заскулил и отпрянул.
«Вот, значит, как она думает обо мне?»
Майя не обращала на меня внимания, и я, превратившись, молча вышел, прикрыв за собой дверь.
– Что, завернула? – хихикнул из угла призрак, но я даже не удивился.
– Идите к черту, – посоветовал я ему. – Не до вас.
– Все там будем, – философски ответил тот и растворился в воздухе.
Ну а я отправился домой и лег вздремнуть. Было очень, очень обидно, но не смертельно. Я и так знал, что мужчина средних лет, скромный служащий его величества не чета такой девушке.
«Да ну, закончу с делом – забудется, – решил я, рухнув на кровать. – Мало их таких было, что ли? А обиду переживу, не маленький».
С этой мыслью я и задремал. У меня хоть подушка была мягкая.
В Эбервиль-хаус я отправился не без внутреннего протеста.
Вот закончу это задание и попрошу о переводе куда-нибудь в Шотландию, а лучше в Австралию! И женюсь наконец на милой британской девушке, у которой на уме только домоводство, дети и бридж…
Хотя я побаиваюсь детей, если честно, не умею с ними обращаться. А от хозяйственных забот впадаю в уныние. Нет, останусь лучше старым холостяком! Или все же завести уютное гнездышко?