Избранное (СИ)
Я в который раз поразился ее самообладанию. Обнаружить у себя в постели вместо умирающего пса вполне дееспособного мужчину и тут же отправить его на дело… На это не всякий способен! Я бы не смог.
– Список я здесь не храню, – ответил я. – Большую часть перечисленного я помню и так, а чтобы уточнить детали, придется ехать к моему патрону. Однако меня могли и насмерть отравить!
Майя машинально почесала меня за ухом. Я так же машинально подставил второе ухо. Жаль, в человеческом облике я великоват, и она не может посадить меня на колени. А вот наоборот…
– Что вы себе позволяете, сэр? – поразилась девушка.
– Простите, ничего не могу с собой поделать, – покаянно ответил я.
От Майи пахло чем-то сладковато-терпким, запах напоминал одновременно разогретое на солнце дерево и тропические фрукты, но точнее я аромат описать не мог. В человеческом облике я воспринимаю запахи совсем не так, как в собачьем. В собачьем я обонял совсем другое…
– Да перестаньте вы меня обнюхивать! – Майя попыталась вырваться, но я был намного сильнее, и хоть старался держать ее поаккуратнее, выпускать все равно не собирался. – Вы намерены пойти узнать, что происходит, или нет?
– Нет, – честно сказал я. – Если меня хотели ограбить, так давно это сделали, время-то уже к девяти. А списка, повторяюсь, тут нет… Вот за завтраком и посмотрим, кто будет вести себя необычно!
– Ну хорошо, – согласилась она и перестала вырываться. – Гм… Мистер Нолан, а вы не желаете выйти и дать мне одеться?
– А вдруг кто-нибудь заметит? Это же неприлично!
– Ну так сделайтесь снова соба… – Майя посмотрела мне в глаза. – Ах вы негодяй…
– Я не подсматривал, честное слово, – поспешил я заверить и прижал ее к себе покрепче, потому что в пределах досягаемости мисс Тагор были кувшин, кочерга и косметичка. – Я закрывал глаза. Лапами. Я только ногу видел, с браслетом, когда она из-под одеяла высунулась. Очень красиво, да-с… А зачем на нем колокольчики?
– Считается, что это отпугивает злых духов, – сердито ответила она. – Мистер Нолан, да прекратите же меня душить! Идите побрейтесь, что ли. Или вы намерены спуститься к столу в таком помятом виде?
– Я боюсь вас отпускать, – честно сказал я.
– Почему?!
– У вас рука тяжелая, – пояснил я. – Опасаюсь пострадать, причем вполне заслуженно… нет, отчасти заслуженно. Это вы меня к себе положили.
– Да? А в прошлые разы вы сами запрыгивали!
– Но я не превращался в человека, – резонно заметил я. – И на вашу добродетель не покушался. И сейчас не покушаюсь.
– Неужели? А чем вы тогда заняты? – Майя сощурила голубые глаза.
– Самообороной, – подумав, нашелся я. – Не хочу получить по физиономии, как бедолага Джон.
– Подумаешь, – буркнула девушка. – Переживет. Сам виноват.
– Согласен.
Мы помолчали. Ситуация была абсурдной, неприличной, но приятной до крайности. Во всяком случае, с моей точки зрения.
– Ну хорошо, – сказала наконец Майя. – Я не стану вас бить…
– Подручными предметами тоже, – вставил я.
– Вообще не стану бить, – повторила она. – Но только если вы правдиво ответите на мой вопрос.
– Какой же? – заинтересовался я.
– Вы говорили, что хорошо помните приложенный к завещанию список. А скажите, сэр, это просто перечисление предметов, или же там есть хотя бы намек на то, где может оказаться искомое?
– Вы опять о кошке? – понял я. – Нет, намеков нет. Написано, к примеру, ваза династии Мин, такой-то высоты, изображены павлины в императорском саду. А таких ваз тут десятка полтора, и большая часть их – поддельные, как мы уже убедились. То же самое с картинами, драгоценностями…
– Эту кошку подделать нельзя, – печально произнесла Майя. – Коричневая кошка с голубыми глазами. Она одна такая на свете, и она нужна мне, как воздух!
– Но почему? – невольно заинтересовался я.
Девушка помолчала, поудобнее устроилась у меня на руках и негромко сказала:
– Если я начну рассказывать вам эту историю, мы опоздаем к завтраку.
– Ну и что? – пожал я плечами.
– А может, вы меня все-таки выпустите? Я же пообещала…
– Если вам неприятно, выпущу, конечно, – вздохнул я и разжал руки.
– Просто немного неудобно и ноги мерзнут, – пояснила она, подтягивая колени к груди. Мелькнула смуглая щиколотка с золотым браслетом, и я поспешил набросить на девушку плед, а то мысли завели меня куда-то не туда. – Вот теперь порядок. Кстати, с вами намного теплее, так что…
Я понял это как приглашение и осторожно обхватил Майю поверх пледа. Возражений не последовало.
– Так что это за история? – напомнил я, чтобы не увлечься фантазиями чрезмерно.
Майя помолчала, потом негромко заговорила:
– В одной далекой-далекой южной стране живет народ, который вы, британцы, называете язычниками, потому что мы не хотим молиться вашему Богу, а почитаем своих. Боги эти настолько могущественны, что не могут явиться людям, потому что те слишком слабы и не вынесут вида и самого присутствия высшего существа, вот почему они вынуждены прибегать к помощи посланников. Так, у одного божества, имя которого вам ничего не скажет, посланником является кошка. Коричневая кошка с глазами цвета александрита, как называете его вы, а мы зовем кошачьим камнем.
– А разве это не такой коричневый с золотой искрой? – не удержался я.
– То «кошачий глаз», – поправила Майя. – А это просто кошачий камень. Вы знаете, он меняет цвет в определенном освещении от голубого или сиреневого до темно-красного. Так вот, мистер Нолан, при храме нашего божества всегда живет такая вот кошка. Она и сейчас там. Я имею в виду живое ее воплощение. Она всегда одна, и только когда приходит ее время, появляется преемница-дочь.
Я хотел было спросить, откуда берется кот, но придержал язык.
– Есть еще и реликвия, отмеченная силой бога, – продолжила девушка. – В ней обитает дух той самой кошки. Считается, что до тех пор, пока она в храме, народу будет сопутствовать удача, земли будут плодородны, приплод у скота обилен, а войны минуют нас. По особым дням старейшины собираются в храме и следят, как посмотрит на них эта кошка, изменят ли цвет ее глаза в свете луны… Если они покраснеют, нужно держать ухо востро!
Я подумал, что раз александрит меняет цвет, то достаточно устроить хитрое освещение и дурить верующих напропалую, но опять-таки промолчал.
– Случилось так, что у одного из хранителей божественной кошки родилась дочь, – говорила Майя нараспев. – Она была красива, и она понравилась офицеру из ваших, он служил в расквартированной там части…
– Погодите, вы… – я нахмурился. – Вы сейчас говорите о вашем отце?
– Почти, – загадочно ответила она. – Я говорю о Майкле Уоррене. Так вот, этот офицер был человеком строгих нравов, но в наших краях трудно устоять перед соблазном, тем более если речь идет о туземке, пусть и из знатной семьи. Семья, скажу прямо, ничего против не имела, тем более что священная кошка к иноземцу отнеслась хорошо.
– И он…
– Он – устоял, – сказала Майя. – Однако к нему приехал в гости старший брат, путешественник и собиратель редкостей. Он тоже увидел ту девушку…
– Ах вот оно что, – по спине у меня побежали мурашки.
– Белые люди для нас почти на одно лицо, – сказала мисс Тагор, подняла руку и дотронулась до моего виска. – Вас вот легко отличить, у вас волосы огненные. Тоже знак… Но братья Уоррен были слишком похожи, и девушка не догадалась, что на свидание к ней пришел не Майкл, а Генри Уоррен, переодевшийся в форму брата, которого как раз вызвал командир.
У меня зашевелились волосы на голове.
– Девушка подарила ночному гостю котенка, родившегося не в срок, – продолжила она. – Никто не знал, что с ним делать, но девушке приснился сон. Кошка велела отдать котенка чужеземцу. Еще девушка рассказала ему легенду о священной кошке. Ну а Генри Уоррен исчез поутру, а вместе с ним пропали котенок и, что много хуже, реликвия. Котенок давал ему возможность худо-бедно использовать талисман, так что его сила не испепелила святотатца на месте.