Избранное (СИ)
Остроум зубы стиснул, уехал, но домой не вернулся. Решил отомстить как-нибудь хитро… До детей не добраться, да и рука бы не поднялась на младенцев-то. А вот единокровная сестра… Девица уже взрослая, замуж пора, так почему бы и нет?
А дальше все было даже очень просто. Подкупить служанку – легче легкого, денег у Остроума хватало. Записки любовные писать он так навострился, что и каменное сердце бы растаяло, а у девицы на выданье – и тем более. Ну, показался пару раз под окошком, он же красавец, девушки на таких падки. Два-три коротких свидания в саду, вдохновенные вирши, посвященные возлюбленной, целомудренный поцелуй в нежную щечку – и крепость по имени Злата пала к ногам победителя. Спасибо, что ворота не распахнула… Ну и про ведьмовство подкупленная служанка ей нашептала, чтобы уж наверняка!
Прочее я уже знал: совершенно идиотский план побега, который девушка и не подумала поверить житейским здравым смыслом (которого не занимать Эсси), гонец к отряду Остроума… Это они поймали парочку на дороге, а вовсе не стражники ее папаши. Тот так обрадовался сыновьям, что о дочери вообще позабыл, похоже… Ну а когда я распугал эту компанию, Остроум решил, что я ему еще пригожусь. Блуждание по лесам без еды и ночлега – это очень романтично, Злате наверняка понравится! Просто приехать в замок нареченного – это слишком скучно…
Верно, верно, нареченного! Остроум постановил, что отдаст сестру своему сюзерену, тот очень удачно вдовел. Так или иначе, княжества будут связаны, решил он, а о том, что может случиться война, задумываться не стал. Да и кому надо воевать из-за девчонки, если тут еще нечисть не выбили? Вот важное занятие, а прочее – чушь!
Теперь нашлось объяснение всем странностям «Золота». И то, что он тянулся к несуществующему мечу, и прочие его повадки, и даже подчеркнуто рыцарское обращение со Златой. Надо думать, она ему опротивела в первые же дни путешествия, но деваться было некуда. Но тут он очень удачно спихнул часть заботы о ней на наши с Хадриссом плечи и вздохнул посвободнее: при нас и думать нечего было о чем-нибудь этаком, за руки разве что подержаться и в щечку, опять же, поцеловать. Большего парень себе позволить не мог, хоть Злата и намекала, что не против.
Ну а на постоялом дворе в Майете терпеливо поджидал верный отряд Остроума во главе с Пегашом, только и всего. Пока мы с Ясенцем выясняли подробности его родословной, Остроум не без удовольствия объяснил Злате, кто он такой на самом деле, кому и для чего ее предназначил, как именно обманул и до чего она ему надоела.
– Родинки, – сказал я, кое-что вспомнив.
– Ага, – подтвердила Эсси. – У Златы и Остроума одинаковые родинки под левой лопаткой. Я помню, ты про его синяки тогда спрашивал, я тебе и сказала. А Злата про свою отметину проговорилась, когда ведьмой себя объявила. Да и на лицо они похожи, правда же?
– Да, – ответил я. – В общем, меня использовали. А убить решили, чтобы не протрепался. Я, конечно, бродяга, веры мне никакой, но слух может пойти… Так?
– Именно, – сказала Эсси. – И Ясенца с тобой вместе. Он ничего не знал толком, но… Лишний свидетель. А разъезд так и так пропал. Может, парня оборотень съел, кто разберет?
– Куда он делся, не видела? Ясенец, в смысле? Я слышал, не нашли его…
– Не нашли, – подтвердила она. – А куда пропал, понятия не имею. Север… Ты прости, я правда не успела!
– Да перестань ты, – досадливо ответил я. – Так даже лучше. Так все будут считать меня мертвецом…
– А ты что, намерен идти спасать Злату? – фыркнула Эсси.
– Еще не хватало, – поморщился я. – Нет уж. Хватит с меня. Ее не обидят, здешний князь не дурак… Ходить будет в золоте, есть на серебре, а Остроуму отомстит, когда от обиды отойдет. Она девка злопамятная, это видно, так что не завидую я ему: этакую гадюку своему сюзерену на ложе привез! Злата тому такого нашипит, что Остроум еще впереди собственного визга убегать будет!
– Хотелось бы посмотреть, – вздохнула она. – Они друг друга стоят, сразу ясно – кровные родственники! А нам что теперь делать?
– Нам надо дождаться темноты. Тогда я восстану, придумаю, как забрать Везунчика… Кстати, Эсси, ты бы проверила, не увели его?
– Не увели, и тех двух лошадей тоже, – ответила она. – Сказали, им такие одры ни к чему. Оставили хозяевам – ну там привезти чего-нибудь, а то и вовсе на мясо.
– Ясно… В общем, надо забрать коня и двигать дальше на север. Нам теперь только о Везунчике и надо думать. Ясенца жаль, конечно, но, может, вывернется?
– Я тоже на это надеюсь, – созналась Эсси. – Он куда симпатичнее тех двоих. Тс-с! Идет кто-то!
Я умолк и сделался недвижим. Вообще-то уже сгустились сумерки, да еще дождь начал накрапывать, но даже из моей канавы видно было, что в доме еще не тушили свет. Так вот выйдет кто-нибудь, а тут я встаю!..
Крадущиеся шаги удалились к конюшне, лязгнул засов, недовольно фыркнула какая-то лошадь.
– Эсси…
– Нет-нет, – сказала она. – Я здешним лошадям не нравлюсь, поднимут шум. Вот выйдет, тогда и посмотрим, кто это там.
– Тогда глянь, что хозяева поделывают, – попросил я. – Надоело уже тут валяться!
– Это я могу, – согласилась Эсси и испарилась.
Неизвестный во дворе тем временем управился с лошадью, подошел к моей канаве и сдернул с меня рогожку.
– Ну что ж ты так, Север… – услышал я знакомый голос и почувствовал, как меня подхватили под мышки и потащили вверх.
Попытались потащить, я имею в виду. Роста я немалого, вешу соответственно, а уж когда лежу мертвым телом…
– А-а-а, – безнадежно сказали над головой. – Какое на лошадь, я тебя из канавы-то не вытащу!
– Ясенец, ты живой, что ли? – спросил я, открыв глаза.
Не знаю, чего ему стоило не заорать на все подворье. И мне тоже. Хотя бы потому, что Ясенца не было! Я слышал его голос, ощущал его руку на своем плече, но самого мальчишки не видел. Колдун, м-мать его!
– Север? – неуверенно произнесла пустота.
– Кто ж еще? – Я сел и с некоторым усилием выдернул два арбалетных болта из груди. Третий самому не вытащить, но он не мешает особенно, это подождет.
– Т-ты как ожил?
Судя по тону, пустоте было очень страшно.
– А ты куда исчез? – ответил я вопросом на вопрос.
Рассказывать о себе не хотелось.
– Да я это… – Невидимый Ясенец нервно хихикнул. – Увидел, как в тебя стреляют, я же у тебя за спиной был… Ну и понял, что я следующий. И так напугался, понимаешь… У меня этот прием вообще не получался, хоть убейся! А тут само вышло. Раз – и я невидимый. Хорошо, ума хватило за угол рвануть, чтоб на меня никто не налетел!
– Так и драпал бы себе, – хмуро сказал я. – Чего вернулся?
М-да, одежду впору выбрасывать. После стольких часов в грязной канаве, да под дождичком… Отстирать еще можно, но запашок-то! Не уверен, что от него удастся избавиться. Хорошо, оружие не тронули и камешки мои при мне, даже обыскивать не стали, побрезговали, наверно…
– Чего вернулся, чего вернулся… – передразнил он. – Я и не уходил, в сарае прятался! Ну… В общем… Я хотел тебя похоронить по-людски, как дед говорил. Вот, темноты ждал… А ты, чтоб тебя, живой!
– Гм, – произнес я.
Ничего больше на ум не пришло.
– Очень болит? – приставал Ясенец. – И крови ты наверняка много потерял…
– Да ничего я не терял, – буркнул я. – Руку дай. А, нет, так не пойдет. Меня за руку возьми.
Я нащупал его ладонь и вложил в нее арбалетные болты. Если не дурак, сам поймет. Хотя, может, и не сразу…
– Ты Везунчика вывел? – спросил я.
– Ага, его, – ответил колдун. – Все-таки он твой…
– И как он, от колдовства твоего не шарахается?
– Не-а, – шмыгнул носом Ясенец. – На него, по-моему, хоть небо падай, ему все равно… Другие вот заволновались маленько, но не так, чтоб очень.
– Тогда иди еще лошадь возьми. Из тех, на которых Злата и Золот ехали, о них особо сокрушаться не станут.
– А… зачем?
– А ты пешком пойдешь? Или тебе так понравилось у меня за спиной трястись? Можешь и остаться, в общем, но учти – ты уже труп!