Избранное (СИ)
– Нет, не совсем… А хотя… Не знаю, – призналась она. – Однако она ведет себя именно так, как было описано задолго до моего рождения, и у меня нет причин не доверять ей.
– Я по-прежнему ничего не понимаю. Может быть, начнете с самого начала? Я правильно поняла, что после нашей беседы вы решили оставить… назовем это расследованием?
– Да.
– Но почему? Вам намекнули, что не следует этого делать?
– Мне не намекнули, мне наглядно продемонстрировали, что случается с теми, кто распускает язык, – едва слышно проговорила Идда.
Я поразилась, насколько она переменилась. Как я раньше не заметила? Впрочем, при посторонних, несомненно, она вынуждена была держать лицо, но сейчас… Страх смотрел из ее светло-карих глаз (у Грифона еще светлее, невольно вспомнилось мне), холодный и липкий, как старая паутина – мне приходилось убирать такую, и я запомнила ее прикосновения.
– Вы снова говорите загадками, – сказала я.
Вместо ответа Идда встала, повернулась ко мне спиной и… спустила платье с плеч. Спину ее, узкую и белую, пересекали багровые полосы, всего три – я зачем-то пересчитала их. Одна пришлась прямо по выступающим лопаткам, другая чуть ниже, а третья наискось спускалась по талии, словно диковинный пояс, и конец ее исчезал под одеждой.
– Что за…
– Должно быть, кнут, Тесса. Он оставляет такие следы, я видела, – ответила она нарочито беззаботно, поправляя одежду.
Я представила, каково ощущать прикосновение ткани к этим рубцам, и невольно содрогнулась. Удивительно, что принцесса не свалилась с горячкой после этакого… Или снова помогли чары Старого замка? Почему тогда раны не исчезли? Помню, у Деллы ожог от утюга на руке пропал меньше чем за час…
– Представляете, мне даже розог в детстве не досталось, – со смешком добавила Идда. – Самое большее – учитель шлепал линейкой по пальцам за баловство или тетрадью по макушке, чтобы не отвлекалась от занятий, но подобное… впервые.
– Вас наказали за то, что вы рассказали мне о своих подозрениях?
– Ну конечно. И я не хочу спрашивать, что сотворили с вами.
Я промолчала. Мне тоже не хотелось думать, чем закончилось бы то похищение, если бы не Грифон. Может, я пережила бы порку, но уж точно не осталась бы в замке после подобного! А если… нет, нет, даже воображать не желаю!
– Когда же вы появились в этом наряде, – принцесса кивнула на мое серое платье, мирно висевшее на вешалке, – я подумала…
– Что это я сообщила кому-то о нашем разговоре? – догадалась я. – И за это вас наказали, а меня наградили? Хорошего же вы мнения обо мне!
– Тесса, а что подумали бы вы на моем месте?
Идда сидела неестественно прямо, не прикасаясь к спинке стула, и немудрено. Такие рубцы поневоле заставят держать осанку не хуже любого корсета.
– Не знаю, право… А почему вы до сих пор здесь? – задала я мучающий меня вопрос. – После этого…
– О, у меня был выбор, – со смешком ответила Идда. – Или отбыть сразу же после… хм… беседы, или получить наказание и остаться. Как по-вашему, могла ли я поступить как-то иначе?
– Вы все-таки решили пойти до конца? – Я дождалась кивка и продолжила: – Кто же проводил с вами этот… разговор?
– Не имею понятия, – устало произнесла принцесса. – Клянусь, Тесса, даже если увижу этого человека вновь, вряд ли сумею узнать. А тех, кто… я вовсе не…
Она умолкла, прикусив нижнюю губу, и я не стала просить ее продолжать, поскольку прекрасно помнила, что ощущала, оказавшись в лапах конвоиров. И мне еще сравнительно повезло! Не иначе, потому, что Дар-Аррон не считал меня хоть сколько-нибудь существенной помехой его планам. Уверена, он (или Враг в нем) решил, что я просто доверенное лицо принцессы, этакая подушка, в которую можно прошептать любой секрет, и он останется между нами. Но вот мое возвращение наверняка изменило его мнение. Инна-Ро оказался прав: меня не тронули, я даже очутилась среди трех избранных, любая из которых может стать королевской невестой… Это означало лишь, что все тяготы еще впереди, но отступать было некуда.
– О вашей кузине он ничего не говорил, – сказала вдруг Идда. – Я спросила, но ответа не получила. Надеюсь, она не заинтересовала его, и теперь мирно едет домой.
– А мы, выходит, заинтересовали?
– Да. И если я делала все, чтобы выделиться между остальными, да и без того вряд ли настоящий хозяин Испытания обошел бы вниманием девушку моего происхождения, то для меня все еще остается загадкой, чем же так заинтересовали его вы!
– Я не знаю, Идда, – ответила я. – Я лишь выслушивала ваши речи и, смею надеяться, помогала по мере сил в ваших изысканиях. Но я ничего собой не представляю, я не из самого знатного рода, и даже если среди моих предков нечаянно затесался потомок Старой Птицы, мне ничего об этом не известно.
– Значит, в вас есть что-то еще, – сказала она. – Нечто такое, что позволило вам преодолеть все испытания, не уронив себя даже в мыслях. Вы ведь догадались, надеюсь, что вовсе необязательно устраивать дуэль для того, чтобы немедленно отправиться домой?
– Неужели! И вы… впрочем, вы – особый разговор… Каса-Онна с нами, а она, на мой взгляд, не отличается добродетелями. Видимо, и в ней имеется что-то… лакомое, как по-вашему?
– Именно так. Не знаю, что именно, я же не Враг, чтобы пробовать соперниц на вкус! – усмехнулась Идда. – Но я догадываюсь, в чем может быть дело. Каса-Онна – яркая и страстная натура, порой несдержанная в проявлении чувств, неимоверно честолюбивая и уже примерившая в мечтах королевский венец.
– Сытное блюдо… – пробормотала я. – А вы?
– Во мне тоже предостаточно честолюбия, да и бесчувственной меня назвать сложно. Но главное не это: у меня есть желание, которое превыше чаяния стать королевой. Меня вполне устраивает титул принцессы… вот только не при нынешнем правителе.
– Не вполне понимаю вас… А главное, Идда, вы так и не объяснили, каким образом удостоверились в том, что мне можно поверить подобные мысли!
– Я дойду до этого, – ответила она. – Сомнений у меня нет, а потому я стану говорить начистоту, Тесса. Скорее всего, Дар-Аррон – или его хозяин – изберет вас.
– Неужели!
– Да. Для меня вы до сих пор загадка, хотя я не жалуюсь на умение понимать людей. Не сомневаюсь, для него тоже. Что может быть приятнее, чем раскусить такой крепкий орешек? На десерт, после плотной закуски – Каса-Онны, и основного блюда – меня?
– О, благодарю, я всю жизнь мечтала угодить на зуб Врагу… – пробормотала я.
– Бежать уже поздно, – без тени улыбки сказала Идда. – Попробуйте попроситься домой и увидите, что вам ответят!
– Неужели вы пытались?
– Я задала вопрос своей горничной, этого вполне хватило. Теперь из замка никого не выпустят, пока Испытание не завершится.
– Рано или поздно, так или иначе, – невольно закончила я.
– Откуда вы знаете? – насторожилась Идда. – Я не говорила этого при вас!
– По-моему, от кормилицы слышала, – удивленно ответила я. Выходит, она тоже знает присказку Инна-Ро? Впрочем, ничего странного! – Что не так?
– Нет-нет, показалось… – подняла она руку. – Я отвлеклась, а времени у нас не так много. Повторяю, Тесса: с большой вероятностью именно вы станете избранницей Дар-Аррона. И тогда…
– Умру?
– Нет же! Вернее, вы лишитесь чего-то, как сестра моей бабушки, вряд ли жизни… Но шанс остановить все это еще есть!
– Какой же? – спросила я, хотя уже догадывалась, что она скажет.
И принцесса не обманула моих ожиданий, сказав вполголоса:
– Вам придется убить короля.
Глава 20
– Да вы шутить изволите! – ответила я теми же словами, что и старому чародею в далеком-далеком прошлом. – Как вы себе это представляете? Я – не вы, Идда, я не умею фехтовать на шпильках… и стрелять тоже не умею, если вы хотите сказать, что каким-то чудом ухитрились-таки спрятать револьвер и теперь намерены дать его мне!
– Вы почти угадали, – ответила принцесса, – только не револьвер.