Мои Демоны (СИ)
«Зачем одна? И рядом мне подобных нет».
«Узнать, понять, какого цвета счастья мне не дано? А может мне лишиться крыльев, и камнем тихо лечь на дно?».
«Глаза в глаза, на встречу шаг. Но слышу Нет, и руку протянуть — запрет».
«У каждого свой тайный личный мир, есть в мире этом самый лучший миг, есть в мире этом самый страшный час, как Это все не ведомо для нас».
— Откуда это? — Зиф прикасается якобы к сердцу, потом к голове. — Сам придумал? — мотает головой «нет», показывает жестом «её слышу».
— Был у неё?! — «нет» машет головой. — Замуж вышла? — «нет», — Бросил? — «сама не хочет», — отвечает Зиф и предлагает пойти в её коридор.
Идём по коридорам и за поворотом слышим Шум эхом разносится со стороны её коридора. Подошли, а за дверью звук ливня и грохот. Входим.
— Что это? Водопад? Охереть махина какая? — взлетаю над ним, кружу и смотрю вниз.
Водопад похож на подкову, многочисленные потоки воды с огромной скоростью обрушиваются в бездну, солнечные лучи пересекаются с брызгами и преломляются, образуя радуги. Шум водопада оглушает.
Приземляюсь рядом с Зифом и любуюсь видом. — Вот это сила! Мощь!
— Думаю этой махине тысяча лет, не меньше, не видел, не знал, что есть такие, — смотрю с восхищением как «водяное облако» из мелких брызг, туманом поднимается вверх.
Одно мгновение и легкий холод начинает сковывать тело. Водопад начинает медленно покрываться коркой льда и замерзать, приобретая мутно-белый цвет. Перестаёт шуметь и грохотать.
— Пошли! Дверь закрой. Навестим Стрекозу? — Зиф машет головой «нельзя», указывая на свою грудь. — Брат тебе запретил? Ну как знаешь.
32
Она спит. Ещё только день. Странно.
На столе лежат книги, тетради и учебники. На телефоне девять не отвеченных вызовов. Беру в руку блистер с таблетками, переворачиваю, двух не хватает. На стуле стоит большая коробка, заглядываю — шлем, ботинки, записку прочёл.
Подхожу к ней, провожу рукой по щеке, холодная, прикасаюсь губами к её лбу, холодок пробежался и по мне. Укрываю её пледом, беру на руки и сажусь с ней на диван. Прижимаю к себе, что бы согреть, касаюсь губами кончика ее носа, губ, она не реагирует, дышит ровно.
Касаюсь лбом её лба, хочу увидеть картинки или прочесть мысли.
Вижу водопад «её глазами». Сколько в нем силы и мощи. Он словно жерло вулкана вбирает в себя и изрыгает весь страх и ужас нашего мира, держит это в себе, накапливает столетиями, выпуская наружу лишь темное невесомое грозовое облако. Ни с кем не делиться своим грузом, сдерживает всё внутри, а потом позволяет вырвался, в одночасье. И так редко показывает свои чувства — таков Младший брат.
Тот же водопад скованный льдом. Холод и мороз по коже. Словно застывшая Фигура в вечности. Эмоции скрыты так глубоко, так надежно, голос не предаст хозяина, он за одно с ним. Корка льда толщиной с айсберг, хранит его покой и сдерживает чувства. Его минуты бережно переступают границу времени двигаясь в Вечность. Воображение представляет в руке кисть смоченную белой краской. Она постепенно замазывает все чувства, сомнения, страхи, надежды. И вот их уже нет, только белая пустота внутри покрытая толстым слоем белого льда. Красивый, гордый, сдержанный — таким видит Старшего брата.
Водопад в двух ипостасях. Стояла бы на краю его обрыва и любовалась, но где он, а где я? И руку крепко сжимать хочется, только одну, которая теперь далеко…
Убираю голову, касаюсь губами её лба, холодная, сжимаю крепче в объятиях. Долго я здесь. А она всё спит. Действие таблеток?
Чувствую, что согрелась, мне почти жарко. Уже вечер. Просыпается, сонная, трётся щекой о мою грудь. Поднимает глаза, голубые, ни страха в них, ни вопросов.
— Хочешь к нему отнесу?
— Мне нельзя. Запретил.
— Тогда жди, сам придёт.
— Не придёт… чувствую. — слазит с моих колен, и садится рядом.
— Не вешай нос. Кстати, летать пробовала?
— Нет, вдруг увидят.
— Не проблема, место найдём. Научу. Как насчёт эффектного появления?
— Я подумаю…
— Тогда может начнём с ужина. Я тут давно, есть уже хочу. Покормишь?
Выхожу из комнаты, потом возвращаясь с кухни и стоя в дверном проеме спрашиваю:
— Плов, салат, чай тебе делать?
— Пойдёт, и чай делай.
Подогрела, разложила по тарелкам, поставила салат. Открыла навесной шкафчик, перебираю коробочки с чаем и громко спрашиваю:
— Тебе чай с малиной, с бергамотом или…
Меня резко зажимают в захват чьи-то сильные руки, за талию и горло, слышу хриплый шёпот у виска «с бергамотом, милая, ты же умеешь быть милой?». Голова кружится, очертания кухни пропадают из вида…
— Просто чёрный чай, — отвечаю и захожу на кухню, её здесь нет. За столом сидит чёрный полукровка-бизон, ест плов.
— Ну здравствуй, вкусно, присоединяйся. Смотрю дома не кормят? Завёл здесь кухарку.
— Зубы не заговаривай. Вижу не всех вас добили? Из щелей лезите. Что надо?
— Разговор короткий. Лишаете Старших своей поддержки — вернём вашу кухарку. Вариантов больше нет, только этот. Время подумать — вчера. Пока не все раны зализаны, мы не хотим терять время. Собираем «ваши слабые звенья» чтобы таких как вы с братом за яйца держать. Чего не ешь? Чая не будет, кухарка теперь у нас, — ухмыляется, только ожог на роже, на левой щеке остаётся не подвижен. — Время пошло, ждём ответ, посуду разрешаю не мыть, — резко отодвигает стул и встаёт.
— Где вас найти?
— Ваш скелетон узнаёт где встреча состоится. С ответом не тяните, — и исчезает в серой дымке у окна.
33
— Зиф! Откуда холод? Дверь что-ли не закрыли. — иду в сторону её коридора, а по стенам уже ледяные паутинки расползаются. Открываю её дверь. Неожиданная картина предстаёт взгляду. Замираю. Холод пронизывает всё тело. Водопад покрытый глыбами льда. Мгновение и…
Наблюдаю как вода фонтаном прорвала ледяную преграду и ринулась вниз, с грохотом и гулом разбивая глыбы на куски унося их в пучину.
Водопад меняет ипостась, солнце становится по весеннему тёплым. Лёд тает. Зиф появляется в дверях, подходит и обхватывает мою ногу в тиски. Не знаю что здесь было, но то что я вижу мне нравится. Напор бурлящей воды, уносящий осколки льда и скорость с которой меняется общая картина, будоражит и восхищает меня.
Зиф протягивает мне скомканный листок:
«Я строю мысленно мосты, чтобы идти туда, где ты. Открыв глаза, лишь корка льда и понимаю это зря, мне не пробиться никогда» — последние слова дописаны другим цветом и не аккуратно, возможно на ходу.
Сжимаю листок в кулак, бросаю последний взгляд на водопад и иду в сторону выхода.
- Уходим Зиф.
В коридоре встречаю брата, прет на меня, как на таран и бросает на ходу:
— Если куда-то собрался, бесполезно, её уже не найдёшь, твои твари забрали. Пошли к тебе, разговор не приятным будет. Покой нам только снится. Зиф приволоки нам поесть, на сытый желудок думается лучше.
Садится за стол, а ноги на соседний стул вытягивает и кладёт.
— Был у неё, спала долго, может заболела? Так и не понял. А потом эти явились, она на кухне была, я даже не понял как она исчезла. Захожу, бл…ь чаю попить… А её не добитые забрали, где прятать могут даже не знаю?
— С нашими нужно связаться, может они в курсе.
Зиф заходит с едой.
— Не густо… мелкий.
— Я не буду, забери моё. Поешь и к Серым отправляйся, а я кое-куда тоже наведаюсь, не буду время терять.
34
В одной из пещер на задворках Темного Мира.
— Ну, кого ещё удалось притащить? — хрипло с рыком в голосе, прозвучал вопрос и разнёсся эхом по пещере.
— Девчонку братьев. Не знаю кухарка она им или кто? Аппетитная однако. С Земли приволокли.
— С Земли? Вряд ли Она для них цену имеет. Надо было лучше разведать, а потом тащить. Детей у них нет?
— У этих? Откуда у них дети, странные они, как отшельники сидят и отбывают срок в этих коридорах. Младший из них чаще по земле юзает, может девчонка его тема. Тем более он с ней был, когда её забирали. Скажи Биз? — тот поддакивает.