Маг без маны (СИ)

— Мы не вправе указывать вам, как нас называть. Мы покорённый народ. Но так было не всегда, — начала рассказал Юми. — Бабушка мне рассказывала, что раньше нашим странам удавалось находить общий язык, хоть и происходили периодические стычки. Но двадцать семь лет назад началась Великая Война…
— Мы проиграли, — перебила сестру Энни. — Мужчин использует на рудниках, девушек в борделях — и это далеко не всё, что придумал ваш народ. Многих просто убили. Ни за что…
Я заметил, как Юми скуксилась и отвернулась, а Энни шла с гордо поднятой головой и плакала — редкая слеза стекала по её щеке.
Мне многое стало понятно. По всей видимости, мой поступок — это нечто из ряда вон выходящее.
— А что вы планировали делать после побега?
— Вернуться домой, — ответила Юми.
— Отправиться на острова, — парировала Энни.
— То есть цели у вас разные?
— Юми, нашего дома больше нет. Пожалуйста, смирись с их смертью… Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее мы сможешь начать новую жизнь.
— Вот тут я вас понимаю. — Обе девушки с нескрываемой злобой впились в меня глазами. — Мой отец зарезал маму, а затем умер в тюрьме. Я тоже потерял всех, кто был мне дорог. Это я помню… — тут же поправился. — А из–за потери памяти… мне так же, как и вам придётся начать новую жизнь.
Девушки поменялись в лице: сменили гнев на милость. Вероятно, моя недолгая речь впечатлила их и заставила поверить мне. Фактически я сказал правду. А когда ты искренен, тебе верят.
Мы тащили Энни уже пятый квартал к ряду и постоянно меняли направление, чтобы погоня не настигла нас. Я смотрел, как бедная девушка мучается, но ничего не мог поделать…
— Стоп! — воскликнул я. — У меня же есть вот это…
Под вопросительные взгляды кошкодевочек я стал рыться в своей сумке.
Это же надо было забыть, что у меня с собой есть зелье лечения… Дурак!
— Выпей, должно помочь, — сказал я и поднёс маленький флакон к губам Энни.
Поначалу она удивилась, но затем открыла рот. Красная, точно кровь, жидкость ударилась о язык и утекла внутрь.
Осталось дождаться чуда… Надеюсь, это действительно зелье здоровья, а не ярости или чего похуже.
Прошло буквально секунд пять, когда девушка перестала нуждаться в нашей поддержке. Энни уверенно стояла на своих двоих, а от побоев, кроме засохшей крови, не осталось и следа.
Классная штука, это зелье лечения!
— Спасибо… — прошептала выздоровевшая девушка.
— Прости, что не вспомнил о зельях раньше. — Я заметил, что девушки как–то странно на меня смотрят, будто им щенка на день рождения подарили. — Эм…
Неожиданно они бросились меня обнимать. Я был настолько обескуражен, что не знал, как себя вести.
— Спасибо, — поблагодарила Юми.
— Да ладно, вам. Это всего лишь зелье, что в нём такого? — недоумевая, поинтересовался я.
— Никто… никогда… не был к нам так добр, — Энни произнесла эту фразу с таким отчаянием, что я едва не прослезился. — Спасибо тебе, Лео.
Впервые я в полной мере почувствовал себя героем, как же мне этого не хватало после смерти мамы…
В прежнем мире мне максимум доводилось подать руку упавшей девушек или помочь пожилой женщине с тяжёлыми пакетами, но теперь я был кем–то большим, чем просто Лёней. И пусть этот флакон даже стоил десятка золотых, это не имело бы никого значения.
В этот раз я оказался в нужное время в нужном месте, и этого хватило, чтобы от гигантской горы, лежавшей на моём сердце, откололся один маленький камень. Возможно, со временем я смогу избавиться от этой ноши…
— Я о вас позабочусь, не переживайте.
Девушки ещё крепче обняли меня. Параду мыслей о собственном героизме потихоньку подкралось возбуждение. Всё–таки их прелести давили мне на грудь, и я не мог этого не чувствовать.
Приятно…
Женское тепло согревало не только моё тело, но и душу. В одночасье я перестал чувствовать себя одиноким.
— Вы, наверное, хотите спать? — поинтересовался я.
— Угу… — хором ответили девушки.
— Пойдёмте. Вы заслужили отдых.
— Спасибо, — вновь прошептала Юми.
— Пожалуйста, перестаньте меня благодарить. Мне от этого неловко…
 
Близняшки поцеловали меня в щёки и пошли вперёд.
Меня поражало то, как они быстро прониклись ко мне. Что за детство у них было?.. Через что им пришлось пройти, если бедняжки радуются такой мелочи, как милосердие? Даже представить боюсь.
До трёхэтажной таверны мы дошли, будучи свободными людьми. Я сбросил оковы прошлого мира, а девушки вырвались из–под гнёта рабовладельцев.
Оставался всего один неясный момент. Мы уже стояли у входа в здание, когда я спросил:
— Слушайте, а раз в этом мире… то есть в этом городе такое отношение к вам, нас пустят внутрь?
— Если скажешь, что мы твои рабыни, то никаких проблем не будет, — заявила Энни.
— Вот, значит, как. А вы на это согласны?
— Конечно! — воскликнула Юми. Тут девушки переглянулись и опустили глаза. — А кто мы теперь? Рабыни?..
— Нет! — тут же отрезал я. — Вы — свободные люди! — Близняшки улыбнулись и кивнули. — Однако сейчас мы нужны друг другу.
— Нужны? Друг другу? — переспросила Энни.
По интонации я понял, что её интересовала их нужность для меня. Скорее всего, девушки не понимали свою ценность для попаданца с Земли.
— Без вас я в этом мире буду, как слепой ко… — замолчал на полуслове. Не факт, что в этом мире есть котята. Нужно быть поосторожнее с крылатыми выражениями. — Буду как слепой. Потеря памяти — дрянная штука, скажу я вам!
— Мы в долгу перед тобой, — сказала Юми. — Поэтому просто обязаны помочь.
— Вы никому ничем не обязаны, запомните это! Но от помощи я не откажусь.
Мы вошли в здание таверны «Хромая кобыла». Девушки склонили головы и держались позади, видимо, так и должны вести себя рабы.
На первом этажа был ресторан, если его можно так назвать, — столы, стулья, барная стойка. Посетителей не много, видимо, большинство отрывается на площади.
Я подошёл к мужчине в кресле, что сидел в ближнем углу. За его спиной находился открытый шкаф с ключами на гвоздях.
— Приветствую. Можно снять комнату?
Трактирщик бросил на меня оценивающий взгляд, затем осмотрел близняшек. Вдумчиво пошевелил из стороны в сторону губами, и, наконец, ответил:
— Одноместная на втором этаже — три медяка за ночь.
— А двухместная имеется?
— Не хочешь спать в одной кровати с этим отрепьем? — Я сжал кулак свободной руки и едва сдержался, чтобы не уебать ему за такие слова. — Понимаю. С двумя кроватями будет стоить пять медяков.
— Беру.
Отсчитал нужную сумму и передал мужчине. Он выдал простенький металлический ключик и добавил:
— Угловая по левой стороне, второй этаж.
Я кивнул и пошёл в сторону лестницы.
Поначалу придётся мириться с расовой дискриминацией, ведь если я буду пиздить каждого, кто скажет что–то плохое про близняшек, то собранная с трупов энергия быстро закончится, а с ней и мои приключения.
Да, будет тяжело держать себя в руках, но придётся перетерпеть. Если они останутся со мной, то в будущем мы найдём другое место, где к зверолюдям относятся как к равным.
К тому же девушки, судя по всему, пропустили слова трактирщика мимо ушей.
Раз уж у них нет хвостов, но нужно обзавестись одеждой с капюшоном — так они не будут привлекать лишнее внимание, да и мне спокойнее. Придётся пройтись по магазинам, благо деньги есть, а цены не кусаются.
Мы поднялись на второй этаж и нашли нужную комнату.
Что ж, довольно уютный номер с двумя кроватями и одной тумбочкой, на которой стояла свеча…
Да кого я обманываю?! Бомжатник ебаный! Как можно спать в таких условиях?!
Однако девушек это совершенно не смутило: они плюхнулись на дальнюю кровать и синхронно вздохнули. Видимо, их прежние условия были значительно хуже. На чём же они спали? На полу?
 
— Есть хотите? — спросил я.
— Да! — выкрикнула Энни.
Она более дерзкая, а вот Юми, наоборот, достаточно скромная. Всё–таки они отличаются… характером и цветом волос.