Оборотная сторона правды (СИ)
— А ты как думаешь? «Конечно, я горжусь им. Мой отец — президент». Что мне еще остается? Нет, не горжусь, думаю, что он разнес к чертям встречу с немецким канцлером? Конечно, я горжусь. Как бы то ни было, стратегию они выбрали неверную. Думаю, я выглядел сволочью, будто хвастался, и они продолжили играть для телезрителей.
Я поежилась в знак сочувствия.
— Плюс этой кампании в том, что сейчас вокруг меня не крутятся репортеры. Но я застрял в Вашингтоне, что подводит меня к следующему вопросу. Куда тебе иногда хочется пойти?
— Что?
На другом конце линии притихли.
— Извини. Ты спросил меня…?
Быть этого не может. Это не поддается объяснению.
— Хорошо, перефразирую: хочешь иногда созваниваться? Временами? Забавы ради?
Я попыталась ответить, но у меня не вышло.
— Будем считать это за согласие. Я кладу трубку прежде чем ты поменяешь мнение. Скоро увидимся, Квинн.
В гостиной стратеги смотрели по Фокс-Ньюз. Уверена, там крутили видео, где Энди говорил: «Э… да. Мой отец — президент». А еще уверена, что он не выставлял себя сволочью. Я расхохоталась и Нэнси отвлеклась от новостей, кивнув мне.
— Хвала небесам, мы имеем дело с тобой, а не с ним, — провозгласила она, и присутствующие сотрудники загудели в знак согласия.
Завтра большой пикник и митинг я улыбнулась камерам, задумавшись, что на случай, если меня увидит Энди, не передать ли ему тайное послание, но передумала рисковать.
Я едва заметила фейрверк.
Глава 15
9 июля, среда
Заплыв
118 дней до всеобщих выборов
По возвращению в Мэрилэнд стены сомкнулись.
Во-первых, я была взволнована тем, что Мег взяла для меня недельный отдых. Сенатор уехал на юго-восток, Мег занялась планированием собственного мероприятия, а Грейси и Гейб разбирали скопившиеся игры. Я сказала себе зарыться в обшитую дубовыми панелями библиотеку Куперов, почитать книги, особенно после похвалы Мег и замечания, что она в моем возрасте тоже была заядлой читательницей. И обнаружила, что мечусь туда-сюда как часовой на посту, перечитываю одни и те же лучшие моменты и делаю взмахи вольным стилем, чем не занималась с девяти лет, когда меня отправили на занятия в год. Мои навыки не улучшились. Мыслями я была не тут, а в автобусе.
Да, я скучала по штабу.
Не по камерам или размахиванию руками, — господи, размахиванию! — а по этим моментам, ощущению, что нахожусь я на своем месте.
И по сенатору тоже.
Как-то ночью я услышала, как Мег говорила с ним по телефону. Типичный разговор, сопряженный с вежливостью. Затем она передавала трубку Гейбу, потом Грейси, которые болтали несколько минут и отключались.
Гейб заметил:
— Ты не дала папе поговорить с Кейт!
Но он и не просил, так?
Дядя Барри звонил несколькими минутами спустя, для еженедельной проверки, и теперь была моя очередь висеть на телефоне.
— Все хорошо? — спросил он. — Хорошо проводишь время? Ладишь с Куперами? Нужно чего-нибудь?
Такое чувство, что Барри читал по списку и помечал каждый пункт, на который я ответила. Он не любил трепаться по телефону да и с людьми вообще, поэтому я не принимала на свой счет. Но когда он принялся за свое «Хорошо провести время, девочка», я обнаружила, что растягиваю разговор, чтобы убить время.
Не успела я поведать ему, как там было жарко, он уже повесил трубку.
В четверг Мег методично наблюдала, как облетают головки одуванчиков. Ее лоб был наморщен.
— Надо представить тебя подросткам твоего возраста. Как плохо, что Кэроли живет далеко.
— Да! — я вздохнула. — Хорошо бы.
Получилось не слишком убедительно, судя по тому, что Мег позволила себе улыбку.
— Я подумала, это разбавит твое пребывание. Но рядом есть приличные семьи с детьми, у которых мозга полклетки. Я присмотрю кого-нибудь поблизости.
— Я в порядке, правда. Мне нравится здесь гостить. Бездельничать. Люблю бездельничать. — В доказательство я помахала томиком «Войны и мира».
Но час спустя Мег посредством некой извращенной магии раздобыла на электронную почту приглашение на вечеринку по случаю дня рождения. Но не отпрыска политиков. В ночь субботы исполнялось шестнадцать Джейкобу Спиннакеру, сыну редактора «Вашингтон пост». Джейкоб ходил в Фарвелл, ту же школу, что и Грейси с Гейбом. Видимо, так Спиннакеры и раздобыли адрес электронной почты Мег. Вероятно, они догадывались, что я заскучала, не зная никого, кроме Куперов.
Это был широкий жест. Я попыталась отвертеться.
— Тусовшица из меня не очень.
— Глупости, — увещевала Мег. — Ты великолепна в обществе.
— Наверное, мне надо отдохнуть. Интервью с Шоной Уэллс через двенадцать дней.
— И это будет тебе хорошей тренировкой.
— Ресторан в колумбийском округе? Не знаю, как я туда доберусь…
— Они пришлют машину. — Она приподняла брови. — Разве это не мило?
И я поехала.
Пропесочив гардероб, забитый платьями и юбками, я извлекла пару джинс, решив, что вот он шанс одеться на парадный выход. Но… какая там соберется публика? Будут ли камеры? Наконец я довольствовалась зеленым сарафаном, менее безвкусным, чем остальные.
Пока я готовилась, из фойе донесся знакомый голос. Сенатор вернулся.
Грейси и Гейб с воплями выскочили из игровой комнаты, я пристроилась за ними, предпринимая два шага за раз. Он улыбнулся мне поверх куцых хвостиков Грейси.
— Да ты мисс Популярность! — Затем он нахмурился, задумавшись. — Может, послать с тобой Джеймса? Это хорошая идея…
Господи, мне только и надо прийти на вечеринку, полную незнакомцев, под присмотром парня с пистолетом.
— Я буду в порядке, — сказала я, когда подъехал автомобиль. Он не выглядел убежденным.
Но затем близнецы, хихикая, вцепились в ноги сенатора, и его опасливое выражение лица сменилось на шутливое. Когда все трое ринулись в холл, производя годзиллов шум, я замешкалась на крыльце, не понимая, надо ли мне просто уйти.
— Вернусь к одиннадцати, — выкрикнула я, предположив, что это неплохой комендантский час. Никто не откликнулся.
По дороге в колумбийский округ на меня напал испуг. Это странно. Неожиданное приглашение на вечеринку, полную незнакомцев? Это имело смысл, если родители хотели установить связи с Куперами, но когда Мег позвонила Спиннакерам, они сообщили, что тусовка только для детей.
Машина подъехала к ресторану, окна которого демонстрировали такой шикарный интерьер, что я мгновенно пожалела о выборе одежды. Хлопок? А если я его помяла? Они заметят? Я попыталась заплатить водителю, если этого не сделали Спиннакеры, но он рассмеялся и сказал мне, что нет необходимости. Это наводило на мысль о сумме в 10 долларов, если стоял счетчик.
Как только я набралась смелости выйти из машины, кто-то оттер меня обратно. Его волосы были тщательно спутаны, как в день первой встречи, рукава закатаны над худощавыми руками, а в серых глазах мелькало озорство. Пятью футами позади него маячил охранник.
Теперь мне захотелось взять Джеймса.
— Ты это сделала! — Энди предложил руку. Я выбралась, не принимая ее. В голове вырисовалась иная картина.
— Так это не вечеринка? — Внезапно тротуар показался качающимся. — Ты это подстроил — прислал машину?
— Нет, это вечеринка. День рождения Джейка. Я только добавил тебя в список.
Я ошеломленно моргала, и Энди добавил:
— Я тусуюсь с этими ребятами в Фарвелл, — он пожал плечами. — Сказал им, что они идиоты, если не пригласят тебя.
Автомобиль уехал, не предоставив мне другого выбора, кроме как пойти за Энди. Вынуждена признать, мне действительно лучше прийти в ресторан с кем-то, кого я знаю. Однако странная между нами связь.
В отдельном зале за длинным столом, уставленном закусками и чем-то смахивающим на коктейли, но ими не являлось, сидели пять парней и четыре девушки, а в углу застыли два официанта.