Все лгут (СИ)

 Вилли тем временем перевёл взгляд на него и тихо сказал:
 — Всё не так, как ты думаешь.
 — Да что ты? — губы Ларсона изогнулись в скептической усмешке. Он осмотрел Вилли с головы до ног и уточнил: — Хочешь сказать, что тебе подбросили это? Что это не твоё?
 Судя по лицу Вилли, ему, может быть, и хотелось так сказать, но он понимал, что сейчас ему никто не поверит. Слишком очевидно всё было. Очевидно для Ларсона. Альфа не садился, так и остался нависать над Вилли, требуя ответа. Хоть какого-нибудь ответа.
 Отчасти ему хотелось, чтобы Вилли сказал, что это не его, что ему действительно подбросили, что он вообще не понимает, о чём речь. Хотелось, чтобы Вилли взглянул на него, улыбнулся, и Ларсон бы простил. Попробовал поверить и простить. Ему хотелось этого. Но в то же время он понимал, что не может сделать подобного. Не сможет проигнорировать тот факт, что кто-то подобрался к нему так близко.
 — Когда я переехал в Атланту, у меня ничего не было. Ни денег, ни работы, только маленький Натан и не самый приятный диагноз. Мне было сложно. Никто на работу не хотел брать, потому что Натану тогда и трёх месяцев не исполнилось. Приходилось выкручиваться… — Вилли говорил тихо, снова опустив голову и изучая пол под ногами. — А потом в одной из газет я увидел твою фотографию: ты тогда попал в аварию, статья была именно об этом. Даже в новостях передавали. Ты всё-таки заметная фигура в мире бизнеса…
 ***
 — Эй, Вилли, ты чего? — Дэн дёрнул за рукав приятеля, который завис перед экраном телевизора, так и не сев на диван. 
   
 
  Вилли вздрогнул и моргнул, отвлекаясь и медленно поворачивая голову в сторону гостя: 
   
 
  — Нет-нет, всё в порядке. Просто… я знал его, — сказал Вилли, кивая на телевизор, где транслировали новости о Гейте. 
   
 
  — Знал его? — Дэн взял с журнального столика запотевшую бутылку пива и вытянул ноги, поставив их на небольшой стульчик. — Откуда ты знал такую шишку? 
   
 
  Вилли замялся. Он не хотел рассказывать всего. Ему казалось, что Дэн единственный, с кем ему удалось наладить отношения в этом городе, и эти отношения не хотелось портить историей о своём не самом приятном прошлом. 
   
 
  — Я работал официантом в баре, куда он приходил. В Нью-Йорке. Он был… довольно жёстким человеком. 
   
 
  — Ну, с его работой немудрено, — беспечно отозвался Дэн, потерев тыльной стороной ладони нос. — Встречался я как-то с одним альфой, нашей местной шишкой среднего разлива, не такой, как этот Гейт, важной, но всё равно имел значение. Так он таким параноиком был: сигнализация в квартире, ключ электронный, несколько охранников, даже в туалет без них не ходил. Всё боялся, что подстрелит снайпер, — фыркнул Дэн, делая глоток из бутылки. — И не зря боялся — подстрелили. Не насмерть, правда. И этот твой Гейт тоже не просто в аварию попал, я уверен. Такие люди обычно в простые аварии не попадают. Кто-то хорошо старается, чтобы это случилось. 
   
 
  — Может, карма? — тихо предположил Вилли, косясь в сторону комнаты, где спал сейчас Натан. 
   
 
  — Может, и карма. Хотя я в эти штуки не верю, — Дэн пожал плечами и откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза и снова делая глоток пива. 
   
 
  Вилли несколько дней размышлял над тем, что случилось. Ларсон, несомненно, заслужил то, что случилось. И Вилли с ужасом понимал, что доволен тем, как судьба распорядилась с альфой. Это было настолько нетипично для него — радоваться чьему-то горю, что Вилли сам себя немного боялся в те минуты, когда думал об этом. Несколько раз он даже заходил в интернет, чтобы прочитать новости о Ларсоне, хотел узнать, выжил ли тот, хотел увидеть его фотографии. Но ничего не было. Словно кто-то постарался и запретил любому журналисту обсасывать факты аварии. 
   
 
  — Постарался, конечно, — выразительно округлил глаза Дэн. — Когда есть деньги — замолчать журналистов не составит труда. Почему ты так этим интересуешься? 
   
 
  Они вновь сидели в гостиной Вилли вечером в субботу и пили пиво: Вилли безалкогольное, Дэн довольно крепкое. Но Дэн вообще любил крепкий алкоголь, как он сам говорил, «в мире нет ничего лучше, чем хороший коньяк». И Вилли считал, что у Дэна довольно специфические вкусы для омеги. Но ничего не говорил по этому поводу. В конце концов, каждый имеет право на любые вкусы. 
   
 
  — Ты так говоришь, словно сам не раз сталкивался с этим, — заметил Вилли, подбирая ноги под себя и внимательно глядя на приятеля. Тот рассмеялся и отмахнулся: 
   
 
  — Немного совсем. Просто мой брат журналист. Иногда рассказывает о работе и подобных вещах. Да и тот альфа, помнишь, про которого я рассказывал? Которого подстрелили? Я слышал некоторые из его разговоров. 
   
 
  — Вы общаетесь сейчас? 
   
 
  — Он уехал из Атланты куда-то в Европу, но когда возвращается, то иногда встречаемся. Трахается он классно, скрывать не буду. Потому устоять я не в силах. 
   
 
  Вилли зарделся. Дэн любил не только крепкие напитки, но и крепкие слова и нисколько не стеснялся своего непостоянства в выборе партнёра. Вилли так не мог. Он даже иногда завидовал приятелю, так как тот никогда не переживал, что какой-то альфа не звонил после свидания — у него был наготове новый. И выглядел Дэн очень эффектно: высокий, стройный, очень красивый. Словно с обложки журнала сошёл, хотя работал всего только секретарём их начальника. Но таких красивых людей в Атланте Вилли ещё не встречал. В Нью-Йорке, конечно, были, но Нью-Йорк остался далеко позади на его жизненном пути. 
   
 
  — А чего тебя этот Гейт так интересует? — прищурился Дэн. — Ты уже не в первый раз про него заводишь тему. Неужели не только клиентом он был для тебя, м? Рассказывай давай. 
   
 
  Вилли колебался несколько секунд. В голове в это время роились самые разные мысли. Он думал, что Дэн его не поймёт, осудит, думал, что будет смеяться над его наивностью, думал, что развернётся и уйдёт. С Дэна станется — он не слишком дорожил теми людьми, с которыми общался. Был слишком самодостаточным для этого.