Новая жизнь 8 (СИ)
— Очень романтично — сарказма в голосе Мидори-сан хватит на небольшой город: — особенно этот твой знакомый, который перхает все время.
— Хрипунец. Утренний кашель курильщика. — пожимаю я плечами: — сколько я ему говорит, береги себя, Птиц, ты же физик-ядерщик, у тебя же Нобелевская премия в кармане, а он все курит и курит. Вот сразу после того случая в семьдесят пятом, когда Птиц детей из горящего самолета на лету спасал… откуда и прозвище…
—… трепло ты Кента-кун — прищуривается Мидори. Ее не проведешь на мякине, она точно знает, что я ей сейчас горбатого леплю. Баки забиваю. Вру то есть. Этих вот ребят я сегодня в первый раз вижу…
— Так все. Стоп! — вдруг решительно говорит Мидори и отпускает мою руку. Разворачивается к сопровождающим нас громилам и окидывает их взглядом.
— Идите-ка сюда. Все трое! Так, хорошо. Сюда, поближе… — она затаскивает ошалелого Птица под фонарь и задирает ему футболку.
— Что вы себе… Аники, меня насилуют! — выдавливает из себя Птиц, пытаясь прикрыться руками.
— Убери руки! — бьет его по руками школьная медсестра: — я врач, а ты хулиган из подворотни!
— Это не дает вам права его насиловать! — тут же вступается за коллегу Аримура: — социальный статус не повод ущемлять…
— Да убери ты руки! — Мидори прикладывается ухом к груди Птица и командует: — дыши! Глубже! Еще глубже!
— Я не могу глубже! — отзывается Птиц: — у меня в груди болит…
— У тебя бронхиальная астма а ты куришь! Вот потому и кашляешь! — выговаривает ему Мидори: — что со спиной?
— Со спиной?
— Болит спина?
— Болит! Но я на обезболивающих и…
— Почки ты застудил, идиот! Вот… — Милори надавливает куда-то большим пальцем и Птиц тут же начинает корчится как червяк на крючке.
— Так вы его не насилуете… — разочаровано произносит Аримару: — а то я… сильно бы вам не мешал. Даже за руки его придержал бы, если бы этот дурак сопротивляться вздумал.
— Нельзя так аники — гудит басом здоровяк Самуэль: — отсутствие командной работы. Вот если бы меня насиловали — ты что мимо прошел бы?
— Как есть прошел — кивает головой Аримару: — особенно если бы такая красотка насиловала. Вы уж извините, Мидори-сан, но, если вы кого хотите тут изнасиловать — так всегда пожалуйста. Знаю я, что у женщин среднего возраста странные фетиши бывают…
— Сам ты среднего возраста! — возмущается Мидори, отпуская Птица на волю, тот сразу же заправляет футболку в штаны: — мне еще и тридцати нет! А ну-ка иди сюда! Ты чего ногу подволакиваешь?
— Старая травма — признается Аримару: — я ж в футбол играл. Лодыжка сломана.
— Показывай — складывает руки на груди Мидори: — и почему на сопровождение Кенты-куна трех калек отправили?
— Не могу показать — разводит руками Аримару: — и почему трех калек? Вон, у Самуэля не болит ничего.
— Это только пока я его не обследовала — выдает Мидори: — показывай ногу! Долго я ждать еще буду?
— Не могу я! У меня штанины узкие! — отвечает Аримару: — а спускать штаны посреди улицы — меня ж в оскорблении действием обвинят. И в хулиганстве. Обнажение в публичном месте. Потом тут несовершеннолетний!
— Не то, чтобы я прямо так мечтал Аримару без штанов увидеть — замечаю я: — но все же… что это такое тут происходит?
— Меня как врача просто коробит его перханье! У него же астма! А он курит! — тычет пальцем Мидори-сан. Пальчик ее упирается прямо в грудь Птицу и тот отводит взгляд в сторону, ну не дать не взять — нашкодивший мальчик из старшей группы детского садика.
— Не так уж много он и курит — возражает Аримару, вступаясь за подчиненного: — только когда выпьет хорошо.
— Он еще и пьет! — всплескивает руками Мидори: — вот от чего у него печень увеличена!
— Ээ… да. Пьет — признается Аримару и оглядывается на загрустившего Птица: — но только когда…
— В карты проиграет? — подсказываю я. Лидер троицы бросает на меня недовольный взгляд. Неужто угадал? Птиц в свою очередь — стоит и изнывает от излишнего внимания к его скромной персоне.
— Только от расстройства — заканчивает фразу Аримару: — у него характер такой. Он у нас цундере. Все внутри переживает. В тот раз котенка спас, прямо под грузовик бросился… едва себе иссекай не устроил. Хороший парень.
— Неправда — тут же отвечает Птиц: — я жесткий. И дерзкий. Меня вообще среди своих Орлом кличут… потому что я такой. Жесткий.
— Ты — Птиц. — хмыкает Аримару: — хватит крыльями махать, док говорит чтобы ты курить бросал, вот и бросай.
— Ему к врачу надо — говорит Мидори: — у него же астма!
— Да знаю я что астма у меня — опускает голову Птиц: — у меня и ингалятор есть… дома.
— Ингалятор с собой надо носить! А вдруг приступ! Кроме того, у тебя все симптомы Базедовой болезни. Вот, наклони голову набок — трудно моргать?
— Т-трудно — говорит Птиц и моргает. Еще раз.
— Базедова болезнь. Астма. Пляска Святого Витта, Альцгеймер… и это я только по поверхности прошлась. — задумчиво говорит Мидори-сан: — возможно по тебе можно будет выпустить учебник.
— Учебник⁈
— Учебное пособие — кивает Мидори: — как у одного человека может быть столько болезней. Даже интересно от чего именно в таком случае человек умрет… от рака или от туберкулеза…
— У него еще и туберкулез⁈ — поднимает брови Аримару и делает шаг назад.
— Не совсем уверена — моргает Мидори: — туберкулез — да. Но еще свиной грипп… или это все-таки лихорадка Эбола? Наклони голову набок. Сглотни слюну, вот так… трудно глотается?
— Ага…
— Надо бы тебя обследовать. Столько новых открытий. Возможно, я даже премию получу. Медицинскую. Мне давно пора по карьерной лестнице… сколько уже можно в школьных медсестрах, а тут случай такой — десятки болезней в одном человеке и как он жив-то еще? Парадокс. Наверное, одна болезнь другую купирует, такой тонкий баланс между жизнь и смертью… интересно, импотенция уже наступила?
— Что⁈
— Ой, извините. — мило краснеет Мидори-сан: — чего я все о себе, да о себе. Как вы себя чувствуете? Пальцы на ногах не холодеют? Первые симптомы приближающейся мучительной смерти…
— Что же мне делать то⁈
— Ближайшая больница вон там… если они, конечно, помогут… вы там скажите, что уникальный случай и… — Мидори не успевает договорить, как бедолага Птиц стартует в указанном направлении сверкая пятками.
— Это… ну вам же тут недалеко, верно? — спрашивает у нас Аримару и пятится назад.
— Совсем рядом — кивает Мидори: — вы можете сопроводить своего товарища в больницу… если успеете. Он совсем не заразный… например Альцгеймер или Базедова болезнь не передаются. А вот туберкулез или лихорадка Эбола… кстати, существует так же и импотенция Квирке, передается воздушно-капельным путем, очень редкое заболевание…
— Будем считать, что мы вас сопроводили — говорит Аримару: — в самом деле что с вами случится, тут же тихий район. До свидания! — и он, схватив Самуэля за рукав — поспешно удаляется совершенно в другом направлении.
— Больница в той стороне — замечаю я вслед, но эти двое делают вид что не слышат меня. Звуки шагов затихают вдали, и я поворачиваюсь к Мидори-сан. Она стоит, сложив руки на груди и едва улыбаясь кончиками губ. Про таких вот девушек моя бабушка говорила — Ой, лисааа….
— Я и не подозревал о таких талантах. О ваших талантах, Мидори-сан — говорю я: — впечатляюще.
— О чем ты, Кента-кун? Разве это не мой долг как медика — оказать помощь страждущим и болезным? — поднимает она одну бровь: — как я бы спала сегодня ночью, зная, что прошла мимо больных, нуждающихся в исцелении?
— Да. Точно. Базедова болезнь. Альцгеймер. Рак. Туберкулез. Лихорадка Эбола. Эк его угораздило то…
— Возможно у него и нет части этих болезней. Но всегда лучше перебдить и вовремя поставить диагноз, верно? — прищуривается Мидори: — кроме того, медицинский осмотр еще никому не навредил. Пока. Глядишь и выявят у них какие-нибудь настоящие болячки, вот астма у него точно есть. Полежит в стационаре, подумает…