Новая жизнь 8 (СИ)

  
Новая жизнь 8
   
Глава 1
 
Глава 1
— Меня больше интересует вопрос — как ты столько людей убил и почему думаешь, что это тебе с рук сойдет? — спрашивает меня следователь Макото и перекладывает ногу на ногу. Отпивает из бумажного стаканчика со изображением зеленого осьминога в моряцкой шапочке (Сейтеки — портовый город!) и наслаждается зрелищем моей слегка обалдевшей физиономии. Нет, я все делаю правильно, обалдеешь тут, так и должен себя обычный школьник себя вести — обалдеть от таких вот заявлений. Вот я и обалдеваю. Соответствую, так сказать, своему имиджу в глазах широкой общественности.
— Эээ⁈ — говорю я для того, чтобы что-то сказать и вижу, как уголок рта у следователя Макото — слегка изгибается вверх и в глазах что-то блеснуло. Ясно все с госпожой следователем Макото-сан, она из тех, кто обожает свою работу и свою должность и то, что люди перед ней скисают и на задние лапки становятся. Это же так круто — любого можешь слегка тыркнуть, мол, куда труп дел — и любоваться на бегающие глазки и вспотевшие ладошки… и ну а что такого — проверяла теорию, проводила следственные действия. Если бы серьезно считала что я — убийца, да еще не просто убийца, а прямо-таки в промышленных масштабах, то я бы так просто на кровати не лежал, у меня руки были бы пристегнуты и охрана внутри палаты а не снаружи… так что госпожа следователь меня троллит. Нравится ей немного издеваться над людьми, и власть свою показала и заставила от страха в штаны наложить, а такой вот клиент — со штанами мокрыми — завсегда лучше чем неподготовленный. Он уже… мяконький, бери голыми руками, да ешь.
— Давай, выкладывай — продолжает троллинг следователь Макото: — сколько и когда. Рассказывай кого и где. И как.
— Ну… хорошо — принимаю вызов я. Бывал я в таких ситуациях и даже не раз. И вел себя примерно одинаково везде… что же, пришло время снять печать с своего внутреннего тролля. И конечно же — бравого солдата Швейка.
— Сперва я убил двадцать пять монахинь, целый автобус — говорю я: — убил и сжег. Потом — детский садик вместе с воспитательницами, их я съел. Всех. Нет ничего лучше, чем пожарить почки молоденьких девушек с педагогическим образованием и лицензией на работу с детьми младшего возраста в оливковом масле и подать к столу с бобами, конечно же запивая превосходным кьянти. К сожалению, мне нельзя алкоголь, я все еще несовершеннолетний, а есть почки педагогических работников под продукцию «Колы Джап» все-таки немного не то. Особенно это их зеленое безумие «Кактусовый Пейотль», у меня есть знакомая, она его обожает. И у нее неизлечимая болезнь, я вот думаю, может это как-то связано? Если ты все время пьешь вот эту зеленую муть с кучей глюкозы, да еще и газированную — это уже может считаться заболеванием, нет? Хм… если подумать, то я давно хотел убить президента Японии, убить и съесть его ногу, с сычуаньским соусом, знаете, знаменитый сычуаньский соус, который был впервые выпущен «Макдональдсом» в девяносто восьмом, как рекламная акция к мультфильму «Мулан».
— В Японии нет президента — машинально замечает следователь Макото, моргая немного чаще, чем обычно: — у нас парламентская конституционная монархия. Есть император и премьер-министр.
— Тогда ногу премьер-министра — соглашаюсь с ней я: — потому что никакому японцу в голову не придет есть ногу императора. Это кощунство и святотатство. Есть Императора — как можно? Моветон. Но если бы вам пришло все-таки такое в голову — с каким соусом вы бы съели ногу императора?
— А? — входит в легкий ступор госпожа следователь, которая привыкла к тому, что вопросы здесь задает она… где бы ни было это «здесь».
— Было бы неуважением к монарху есть его ногу в сычуаньском соусе, непатриотично — поясняю я: — и пусть сам по себе он не китайский, а создан международной корпорацией, но название и мотив создания соуса — явно китайский. Да и сам мультфильм «Мулан» — про китайскую сильную и независимую девушку. Так что никакого сычуаньского соуса, хотя сам мультфильм мне понравился. У меня есть парочка знакомых девушек, пусть и японки, но Мулан сто очков вперед дадут. Феминизм захватывает планету, что поделать. В соседнем доме живет одна парочка, так у них все наоборот — муж сидит дома, а жена работает в какой-то компании по продаже акций железнодорожных компаний… а потом выяснилось, что он пока ее дома не было — приводил туда девушек и даже снимал все это на камеру, а потом продавал в ближайшем магазинчике как домашнее порно. Ну она ему голову проломила чем-то тяжелым, в полиции сказали, что «тупым тяжелым предметом», а соседи между собой решили, что это здоровенным пластиковым дилдо, что у них на туалетном столике у кровати стоял, как раз и тупой, и тяжелый…
 
— Стой! Погоди! — поднимает руку следователь Макото и я послушно замолкаю: — ты чего тут несешь⁈ Какой еще соус⁈ Какие соседи⁈
— Очень хорошие люди — тут же продолжаю я: — она акции продавала, а он дома сидел. Я бы познакомил вас, но он после того случая переехал куда-то, а ее на пять лет посадили, так что…
— Я тебя спрашивала про убийства в ту ночь — что ты об этом знаешь — говорит Макото и наклоняется вперед: — тебя так сильно по голове ударили?
— В ту ночь? В какую? Очень много ночей, когда кто-то кого-то убивает — соглашаюсь я со следователем: — людей порой хлебом не корми, а дай кого-нибудь убить! И главное говоришь ему — не убивай пожалуйста, а он — пойдет и все равно кого-нибудь да прикончит. У нас в стране оружие все это запрещено, так люди кухонными ножами, ножницами, а то и огнетушителями, а это все от того, что огнетушители в нашей стране не запрещены. В Киото жил один продавец кальмаров по имени Шо, задиристый такой малый и выпить не дурак, так он таким вот огнетушителем свою жену и трех ее любовников до смерти забил, когда из поездки вернулся на два дня раньше и застал всех четверых за игрой в «кальмара». Ну, понятное дело, повесили его. А он не раскаивался до последнего и даже в зале суда кричал что жена его — шлюха и поделом ей и что надо было ее одну забить огнетушителем, а мужики с рыбного рынка вроде как и не при чем. Книгу про него написала одна экзальтированная журналистка и назвала «Огнетушитель не сумевший погасит страсть!», понятное дело, девка молодая, да не вышло у нее ничего с ним, потому как его повесили, а она открыла что она — бисексуальна и замутила с одной хулиганкой из босодзоку, да как-то летом ехали они по трассе да впечатались в грузовик на встречной, их потом различить не могли — где тут журналистка, а где хулиганка, понять было решительно невозможно… это все от огнетушителей и отсутствие законодательного запрета… я бы запретил и ножницы и огнетушители, от них вред один, да людей убивают. А еще можно человека бутылкой с водой…
— Тихо! — рычит следователь Макото и хлопает ладонью по столику с лекарствами. Дверь в палату приоткрывается и туда заглядывает обеспокоенная физиономия полицейского, который стоит в коридоре. Он находит глазами меня, следователя, кивает, успокаивается и притворяет за собой дверь.
— Я здесь задаю вопросы! — повышает голос она: — ты что себе позволяешь⁈ Молчать! Когда ты вместе со своей подружкой приехал на заброшенную рыбную фабрику — что ты увидел? А? Чего молчишь⁈
— Осмелюсь доложить — не без удовольствия использую эту бессмертную формулу: — но госпожа следователь сама сказала мне чтобы я молчал. Ежели вы хотите, чтобы я молчал — так я буду молчать, пусть даже черти меня пытать стали бы. Но если вы хотите, чтобы я говорил — так я вам скажу. Потому что я не такой человек, чтобы госпоже следователю неприятности доставлять, упаси бог. Мое дело маленькое, я что видел — то и расскажу, от начала и до конца, но разу вы мне сказали молчать — так я буду молчать. Мне что, больше всех надо? Нет, я законопослушный гражданин, пусть даже у меня в школе одни «удовлетворительно», но я стараюсь. Потому что долг каждого гражданина перед Императором и страной Ямато — быть законопослушным и следовать указаниям представителей власти. Вот, например, вы, госпожа следователь — вы же представитель власти, и я вас слушаюсь. Сказали — молчи, Кента-кун, так я и молчу. Я ж не революционер какой, смуту поднимать или там конституционную монархию свергать, я за Императора и отечество, за родную Фудзияму и цветущую сакуру… потому как нет страны где человеку лучше живется и все эти континентальные агрессоры и…