...Встретимся в октябре... (СИ)

Неожиданно он махнул лапой и хорошенько так мазнул когтями мне по лицу.
— Твою ж мать!
Я отдернул его от себя, радуясь, что когти не угодили в глаз. А вот носу и щеке, кажется досталось. Ну да, на коже уже ощущалась выступающая кровь.
Вот же… Зараза, а не кот.
Я водрузил завернутого в рубашку злюку на стол. Он смотрел на меня практически человеческим взглядом. Удивленным. Даже испуганным. Словно сам не понимал, как так вышло.
Я потрогал его мягкое ухо:
— Ну ты и злющий засранец. Сиди здесь.
Кот моего мнения явно не разделял. То ли фыркнул, то ли мяукнул и возмущенно дернул головой.
Я ушел в ванную и быстро протер царапины перекисью. А здорово он меня цапнул. Такое впечатление, мне прилетело в драке. Края опухли и покраснели. Да уж. Меня редко задавали пули. Как-то везло в этом плане. А вот кот достал.
Что с ним теперь делать? Все-таки, нужно показать ветеринару. И купить ему что-нибудь поесть.
Но когда я вышел из ванной, по окнам во всю хлестал дождь. Снаружи разразился натуральный ураган. Тучи висели настолько низко, что их можно было потрогать.
Сегодня у меня выходной. Ради серого паршивца в такую грозу никуда я не попрусь. День как-нибудь перебьется.
Я посмотрел на его печальную морду. Черт… Он действительно выглядит несчастным и напуганным. Может, его и вправду чем-то накачали?
Я полез в холодильник. Понятия не имею, что едят коты. Пустые полки не изобиловали даже человеческой едой – бОльшую часть времени я проводил на работе. Питался в нашей столовой, и этого вполне хватало.
Но теперь нужно что-то придумать. От моего настойчивого взгляда еда не появлялась. На одной из полок обнаружилось немного колбасы. Сойдет и это.
Я быстро нарезал ее маленькими кусочками и поставил блюдце перед серым злыднем.
Он выпучил глаза и презрительно отвернулся.
— Ешь, если жить хочешь. – Я вытащил его из кокона женской рубашки, расшитой серебряными и голубыми звездами почти такого же цвета, как глаза у серого злодея. – Мне с тобой возиться некогда.
Кот снова фыркнул и ткнул носом блюдце. Кажется, есть он не очень хотел. А что тогда?
Черт!
— Если вздумаешь мне тут нагадить, мигом вышвырну! Прямо с двадцатого этажа!
Он поднял на меня свои голубые глаза. Во взгляде явно читалось презрение. Я был почти уверен, что в тихом мяуканье расслышал отчетливое «Ты – садист».
За окном громыхнул гром. Похоже, мне все-таки придется забыть про выходной и выбраться под ливень.
Но только с серым злыднем. Будем мучиться вдвоем.
***
Никогда бы не подумал, что котам столько всего нужно. Сто видов корма. Лотки. Переноски. Наполнители. Игрушки. Кошачьи игрушки, мать их! Их тут было едва ли не столько же, сколько в детском отделе. Когтеточки, лапочистки и какая-то мятная ерунда, которая даже на вид выглядела подозрительно. Еще и фигня для шлифовки зубов. Тогда он меня не только расцарапает, но и покусает.
Ребенка завести дешевле!
Я изучал тысячный по счету набор из натуральных мятных стеблей, который обещал вычистить зубы и свести питомца с ума от восторга.
Он у меня и так со странностями… Не буду рисковать.
Автопоилка. Пылесос. Чесалка. Радиоуправляемая мышь. О, это точно возьму. Давно хотел купить себе такой вертолет. Начну хотя бы с мыши.
За час хождения между стеллажей я задолбался окончательно.
В результате решил просто сунуть серого засранца мордой в очередную игрушку и спросил:
— Нравится эта штука?
Как ни странно, это дало результат. Маленький хитрый гаденыш явно не привык себе ни в чем отказывать. В конечном итоге пришлось купить ему мягкий дом для сна, уродливого кролика с длиннющими ушами и те самые мятные ветки. Зубочистки.
— Губа у тебя не дура. – Я удобнее перехватил его и направился к кассе.
Неожиданно меня перехватила какая-то старушенция в берете и с двумя детьми, наперевес. Им было лет пять-шесть и они явно намеревались разорвать бабульку пополам, чтобы пуститься в свободное плавание по магазину. Они что-то вопили, дрыгались и тыкали пальцами в разные стороны.
 
Я посмотрел на серого злыдня. Нет, пожалуй, лучше кот, чем дети.
Бабулька понимающе ухмыльнулась, глядя на мое лицо:
— Это ваш первый, да?
Так и подмывало ответить что-нибудь едкое на этот вопрос, но я сдержался и просто кивнул:
— Ага.
— Какой хорошенький. – Бабулька выпустила руку внука и потянулась к серому подлецу.
Я даже дыхание задержал. Вот если он сейчас потянется к бабке, то распрощаюсь с ним с чистой совестью. Сдам ей, и дело с концом.
Но злыдень меня не подвел. Протестующе замахал сразу обеими лапами. Зашипел. Даже усы встопорщились. Еще и хвостом вдобавок мазнул, отгоняя бабкин палец с длиннющим ногтем.
Молодец! Мой боец.
— Какой свирепый. – Бабка довольно заулыбалась. – Не кастрированный еще?
Э-э-э… понятия не имею. Но вряд ли решусь подвергнуть малыша еще и этому. У него и так видок страдальческий. Как будто он все пытки мира перенес. Лишать его последней радости я не буду.
Словно понимая, о чем речь, кот затрясся и снова выпустил когти. Прямо в мое запястье. Вот же гад!
Я неопределенно пожал плечами и на всякий случай прижал мелкого вредителя к груди. Кот тут же вцепился в мою толстовку и почти повис на мне. Ага, не хочет лишаться надежды стать отцом.
Я прикрыл его курткой и на этот раз твердо помотал головой:
— Нет.
— Надо! Надо их кастрировать. Они тогда совсем другими людьми становятся.
Я хмыкнул:
— Это уж вряд ли.
Другими людьми… Точно психованная кошатница! Надеюсь, к тому сроку, когда Михалыч найдет семью серому засранцу, я не стану таким же.
— Точно говорю! Вот обрежешь ему все и увидишь. И на корме не экономь. Он у тебя, вроде, породистый. Деликатесы любит. Звать как?
Даже не задумываясь ответил:
— Серый Злыдень.
Бабка посмотрела на меня, как на психа, и я, улыбаясь, пояснил:
— Серый – это фамилия.
***
Бабулька оказалась прилипчивой. Снабдила меня кучей нелепых указаний, которые я никогда в жизни не буду выполнять, и номером своего телефона – на случай, если нужен будет совет.
Устраивая Злыдня в его новом мягком доме, я даже не подозревал, что вскоре мне действительно придется звонить бабке.
Я уложил Злыдня на подушку и сунул в уютное нутро. Дом, или постель, или люлька, понятия не имею, что это, была сшита из какой-то мягкой ерунды и имела форму тыквы с двумя дырками вместо глаз, в которые «питомец мог наблюдать за окружающим мир»... Так гласила надпись на упаковке.
Мой питомец наблюдать за миром совершенно не хотел. Уныло пялился на меня и даже не мяукал.
Нет, какой-то он все-таки странный. Надеюсь, Михалыч скоро найдет кого-нибудь, кому можно будет поручить серое недоразумение.
Я уложил в дом-тыкву уродливого зайца, который, словно только что сбежал с того самого чаепития.
Злыдень подгреб зайца под себя, ткнулся в него носом и улегся сверху, грустно мяукнув.
И вот что мне с ним делать?
Странно, но с этой оранжевой фигней и котом внутри моя собственная квартира начала выглядеть какой-то более… живой, что ли. Уютной. На пару секунд я даже пожалел, что так и не обустроил тут все.
А потом мне позвонил Михалыч, и выходной закончился, так и не начавшись.
  
Глава 3. Настя
 
Итак, я кошка… Это не галлюцинации, не психоз и не шизофрения. Я действительно стала кошкой. Чтобы осознать это, мне потребовался почти месяц. Точнее, я думаю, что прошел месяц.
Не знаю, как свыклась с этой мыслью. Как приняла. И как осознала.
Я верила в мистику. В то, что существуют порчи, привороты и карма. Но не превращения в животных!
 
Первое время я искренне считала, что сошла с ума. Скорее всего, меня жестоко изнасиловали и на почве всего этого я представила себя животным. Но как ни старалась, ничего подобного вспомнить не могла.
В памяти осталась только жутковатая серая тень, нависшая надо мной и свистящая что-то непонятное.