Немного магии (СИ)

Я прикусила собственную щеку изнутри. Тэрон в последнее время и правда вел себя… не то чтобы странно, странным он был с самого начала — ровно в той степени, которая вполне простительна любому полукровке. Но он стал куда более настойчивым, чем раньше, и это уже не играло ему на руку.
— Это не мой ребенок, — вдруг добавил Фасулаки гораздо тише. — Под Холмами время действительно течет гораздо медленнее. Она все ещё беременна от мужа.
Подспудная досада, снедавшая меня с первого мгновения, когда я увидела Дану, исчезла без следа. Но в этом я не призналась бы за весь эльфотир на свете.
— Я не…
— Я знаю, что ты об этом не спрашивала, — рассеянно отозвался Фасулаки и свернул на тропу у расколотого ударом молнии дерева. — У тебя получается не спрашивать очень громко. О миз Вергиди, о ребенке, о том, почему я вообще рискнул привести тебя к Дане… этому тоже специально учат в закрытых школах?
— Искусству не задавать неуместные вопросы? — невинно уточнила я.
Подколка пропала втуне: Фасулаки шикнул и подтолкнул меня к корням дуба, под которыми скрывался потайной ход в Эджин. Насторожившись, я и сама услышала шаги где-то не слишком далеко и поспешила нырнуть вниз, подхватив факел.
Фасулаки шагнул следом и закрыл за нами лаз. Я потянулась было к магии, но Димитрис молча сжал мое запястье и забрал факел.
Звук шагов приближался — быстро и безошибочно, словно по нитке.
— Аэлли!
Я возмущённо фыркнула и поплотнее закуталась в куртку. Шаги зазвучали прямо над нашими головами — и затихли.
Тэрон остановился.
— Аэлла!
Фасулаки положил руку мне на плечи и аккуратно развернул меня в сторону университета, умудрившись не наделать лишнего шума. Шаги над нашими головами выписали неровный круг с дубом в центре.
Я нервно сглотнула и нашарила следующую ступеньку. Фасулаки следовал за мной, не убирая руку с плеч, и заговорить рискнул только в самом низу, под рекой:
— Теперь можешь зажечь факел. Думаю, мы уже достаточно далеко, чтобы ты не притянула сюда Тэрона своей магией. Я провожу тебя до общежития.
Я кивнула и промолчала. Громко.
Зажжённый факел высветил лёгкую досаду на его лице.
— Считай, что визит к Дане — это мой способ извиниться, — пробурчал Фасулаки и, помедлив, убрал руку с моих плеч. Я едва не вздрогнула от промозглой речной сырости, сменившей тепло прикосновения, но каким-то чудом сдержалась. — Ну, и заодно это своего рода гарантия того, что я буду вынужден относиться к тебе как к равному партнеру, если не хочу, чтобы вся затея накрылась… м-м… накрылась. Только не забывай, что без меня ты и сама останешься один на один со своими великосветскими матримониальными проблемами.
— Это весьма странный способ приносить извинения, — заметила я, кутаясь в его куртку. — Но прекрасная гарантия, вынуждена отдать должное… — я запнулась, сообразив, что после беседы с Даной мы как-то незаметно перешли на «ты» и возвращаться к прежней манере общения уже поздно.
И, наверное, бессмысленно.
Зал испытаний все ещё мерцал праздничными огнями. До общежития музыка доносилась еле слышно, приглушённо, оставляя острое ощущение тайного побега из-под строгого ока дуэньи…
Что, в общем-то, в некоторой степени соответствовало истине.
— Я отправлю договор первым делом с утра, — пообещал Фасулаки — все ещё взбудораженный и традиционно босой. — Возможно, с тобой захотят встретиться. Будь готова.
Я одернула юбку и подавила горестный вздох.
Платья для выхода не рассчитаны на прогулку по лесу. Лёгкие бальные туфельки из светлого атласа — тем более.
Гардероб сокращался с пугающей стремительностью. Этак и правда скоро до мужских брюк дойдет!
— Разумеется, я буду рада познакомиться с твоими покровителями, — тем не менее, вполне искренне ответила я.
Фасулаки на любезность не купился.
— Ещё бы, — понимающе усмехнулся он и придержал для меня дверь в комнату. — И сделай мне одолжение, не пересекайся с Тэроном лишний раз. Это только все осложнит.
Я не выдержала и закатила глаза. Закатила бы ещё и истерику, но, обернувшись, наткнулась взглядом на миз Вергиди, вышедшую из своей комнаты. Выражение лица у нее было сложным.
 
И без того не слишком невинный разговор с Фасулаки заиграл новыми красками, и я поперхнулась объяснениями — все равно жалкими и неуместными.
Мне было нечего стыдиться. Формально.
Мы обсуждали общее дело — причем миз Вергиди прекрасно знала, что связывает меня с Фасулаки и как важно для него это исследование. А о том, что он пойдет на что угодно, лишь бы не потерять шанс на работу с огненными амулетами, было несложно догадаться.
Только все это никак не отменяло того факта, что он похитил меня с празднования и увел через потайной ход в лес, чтобы поделиться тайной, которая могла его уничтожить. И все это — под покровом ночи, наедине…
Тем не менее, сам Фасулаки ситуации никакого особенного значения не придал и запросто улыбнулся миз Вергиди, будто и не замечая ее напряжения.
— Дело сдвинулось с мертвой точки, — запросто сообщил он и кивнул в мою сторону. — Поверенный наконец-то прислал одобрение на работу.
Миз Вергиди скрестила руки на груди.
— Рада за тебя.
До Фасулаки наконец-то дошло, что миз Вергиди не в настроении. Я посмотрела, как он хмурится, и, поспешно пробормотав извинения, нырнула в спасительную темноту нашей с Хемайон комнаты.
Соседка, похоже, ещё не вернулась с праздника, и в спальне царила мертвая тишина. Я разулась и повесила свое платье на дверцу шкафа, малодушно решив разобраться со стиркой и чисткой завтра: выходить из комнаты лишний раз что-то не хотелось, хотя после пары негромких фраз в коридоре хлопнула дверь и все стихло.
С миз Вергиди явно ещё придётся поговорить, чтобы не обрести в ее лице злейшего врага — ибо нет никого более опасного, чем женщина с обманутыми ожиданиями. Но у меня-то никаких видов на Фасулаки не было! Все, что мне от него требовалось, — это его связи с высшими армейскими чинами, а руку и сердце вполне мог прибрать кто-нибудь другой. Мне бы с уже имеющимися кандидатами в женихи разобраться!
Я прислушалась к звенящей тишине в коридоре и трусливо нырнула в ночную рубашку. Завтра, все завтра! Сегодняшний день и без того был чрезвычайно насыщенным…
А следующий наступил издевательски рано. Я забыла задернуть шторы, и первый же рассветный луч попал прямиком мне в лицо. Я поморщилась сквозь сон, попыталась зарыться носом в подушку… и резко вскинула голову.
Хемайон всегда задергивала шторы на ночь. Потому-то я и не подумала о том, чтобы позаботиться об этом самостоятельно.
Кровать Хемайон пустовала. Покрывало было идеально натянуто и разглажено — сегодня там никто не спал.
— Хемайон? — на всякий случай позвала я, приподнявшись на локте.
Никто, конечно же, не отозвался. Едва ли Хемайон пришло бы в голову прятаться под кроватью, чтобы напугать меня с утра пораньше. Задержалась где-то на праздновании? Она, конечно, ждала его с нетерпением, но одной ей по-прежнему было не по себе. Да и закончилось все давно.
У кого-то на праздновании? Тоже не в ее характере…
Я села на постели, спустив ноги на пол. Привычно поморщившись от прохлады, тут же потянулась к дару — и едва не подпалила доски от неожиданности.
Бальные туфельки Хемайон, которые она до сих пор берегла как зеницу ока и не хранила иначе как в коробке, небрежно валялись в углу за ее кроватью. На светлом атласе остались четкие следы от утренней росы, а к одной из подошв прилипла пожухшая травинка.
Глава 19. Исчезновение
В зале накопителей сегодня дежурил незнакомый преподаватель, который понятия не имел, кто такая Хемайон Самарас и заходила ли она с утра. В столовую постоянно шел такой вал посетителей, что я даже не стала пытаться расспрашивать работников: едва ли у них было время рассмотреть, кому они выдают очередной поднос.
 
В библиотеке меня тоже поджидала неудача: в воскресное утро читальные залы предсказуемо пустовали. Я оказалась первой посетительницей — и окончательно пала в глазах рыжей библиотекарши, когда отказалась от предложенной книги по теормагу и выскочила на улицу, не попрощавшись.