Дьявольские камни (СИ)

Понаблюдав за охраной и прийдя к выводу, что им на меня категорически насрать, уже подумывал не достать ли незаметно камешек и не пройти ли курс лечения, когда раздались выстрелы со обоих сторон дороги. Всадника, который был впереди сразу сбило пулей с седла. Он выронил копье и упал назад. «Водитель» моего транспортного средства так же пораскинув мозгами завалился на меня — в телегу. Пуля попала ему в голову, пробив шлем. Я скрутился калачиком максимально вжимаясь в дно телеги, так как пару пуль уже пробили борта. Больше я ничего не видел, только звуки выстрелов и французские крики. Все закончилось быстро, в течении минуты, ну может двух. Огнестрельный бой из засады скоротечен.
Выглянуть сразу я не решался, получить пулю в лоб не хотелось, а френдли фаер явление частое. Услышав крики на русском я облегченно выдохнул, и поднял связанные руки, чтоб их было видно выше бортов телеги. Заметили меня сразу с двух сторон подошли солдаты с винтовками или ружьями, в чем принципиальное отличие я не понимаю хоть в армии и служил, рассмотрев солдат ещё раз вздохнул — форма у них была такая же как и у солдат из сарая.
— Ну здравствуйте братцы, — прохрипел я. В ответ же услышал, — здравия желаем барин.
Солдаты убрали винтовки замахали руками и начали кого-то звать. Мне развязал руки один из солдат помог сесть облокотившись на борт телеги. Остальные солдаты, а их было около десятка, мародёрили убитых рыцарей. Я осмотрел место боя. Не хватало одного всадника, изначально их было двое.
— Кто у вас старший? Кто командует? — спросил я у солдата, который стоял ближе всего ко мне.
— Послали за старшим барин — начал отвечать, — господин старший лейтенант Горский Яков Михайлович командир у нас, — продолжил солдат.
— Понятно, — ответил я, — и указывая головой на убитых рыцарей и шаривших по их карманам солдат спросил, — а мародерством заниматься он вам тоже разрешает?
Солдат смутился, а остальные навострили уши, — так тож трофей барин, а трофей добытый в бою свят, — не уверено сказал все тот же солдат.
— Ну, ну, посмотрим, — ответил я.
Через пять минут из леса, который окружал дорогу, по которой меня везли, вышел не высокий средних лет офицер с очень уставшими глазами и огромными чёрными кругами под глазами. У него был очень тонкий длинный нос похожий на клюв из-за чего от сочетания этого носа и кругов под глазами он был похож на сову. Подойдя к телеге и осмотрев меня офицер сказал, — старший лейтенант второй роты сто первого батальона северной заставы Горской Яков Михайлович. С кем имею честь познакомиться?
— Извините, — ответил я, — но от удара по голове полученного от этих, — не зная как их правильно назвать, чтоб не спалится, — французов, — нашёл подходящее слово, — я потерял память. Я не знаю кто я и как здесь оказался.
— Интересная история, — протянул задумчиво Горский, — будущий офицер в кадетской форме в плену у ловчих французов. И как же сюда попал кадет?
— Яков Михайлович, всадников было двое, один сбежал, — игнорируя вопрос сказал я.
— Горшков, — крикнул Горский.
— Я! — громко отрапортовал один из солдат.
— Упустили гончего? — повернув в его сторону голову спросил Горский.
— Так точно, упустили, — виновато опустил голову солдат.
— Ротозеи, выпороть бы вас, — сузив глаза осмотрел всех солдат Горский, а солдаты же сжались, услышав его угрозу, — ну это подождет, — добавил лейтенант.
После чего громко начал раздавать команды, — убитых ловчих в лес и закидать ветками, чтоб не сразу нашли, телегу и лошадей забираем, и помогите кадету, перевяжите если нужно, — и еле слышно добавил, — с ним ещё нужно разобраться.
— Нам нужно быстро уходить, — разворачиваясь в сторону леса, откуда пришёл сказал Горский. — не известно сколько их тут, где они и каково их число, — имея ввиду ловчих продолжил он.
— Горшков охранение выставить на забудь на дороге, да следы от телеги заметите ветками. Как закончишь выдвигайтесь к остальному батальону, да по лесу, чтоб меньше следов было, — продолжал командовать лейтенант.
 
— Если опять напортачишь, — рыкнул Горский с угрозой, — точно выпорю, да так что кожа сойдёт, месяц будешь стоя спать.
— Понял меня? — спросил лейтенант стоя к нам спиной, но угрозы в его словах от этого ощущалась не меньше.
— Так точно, господин старший лейтенант, понял, такого больше не повторится, — ответил Горшков думая о чем то своём.
— Наверное у него уже были залеты, и это точно не первый его косяк, — промелькнула мысль у меня.
— Ну, ну, — ответил лейтенант и быстрым шагом пошёл в сторону леса, а солдаты забегали выполнять команды, двое из них помогли мне улечься. Самый активный из солдат был Горшков. Он успевал везде. Видать залетов у солдата накопилось не мало и угрозы лейтенанта могли вылиться во что-то реально больное и не приятное для него. Чего Горшкову, судя по его бурной активности, явно не хотелось. Я не заметно достал камушек из голенища, чтоб никто не видел, и принялся лечится, сжав его в ладонях дожидаясь ощущения тепла и ровна дыша. Зажал камень в ладошках, которые засунул между коленей, свернулся калачиком. Реакция безрукого солдата из сарая на камень была запоминающейся. Я не знал как отреагируют свои солдаты увидев у меня камень. Вдруг застрелят на месте. Лучше не рисковать. Так гоняя лечебную энергию по телу и заснул за пару минут с мыслями, — я у своих.
Проснулся от того, что солдат трусил меня за плечо с криком, — барин проснись, погоня за нами.
Состояние мое было получше, но сильная слабость и головокружение присутствовали. Солдат ткнул мне на лежащую в телеге винтовку и россыпь патронов на дне. А сам побежал к остальной массе солдат, которую строил старлей Горский. Моя телега стояла левей от основной массы солдат в молодом лесу. Спрыгнув на землю я ощутил, что земля дрожит.
— Ну пи#дец, ну нет, ну пожалуйста, — пронеслось у меня в голове, когда я увидел от чего дрожит земля.
  
Глава 5
 
— Всё-таки нужно поесть. Думать можно и во время еды — тихо сказал я себе. Воспоминания прошедших дней, из которых я вынырнул, прокатились по мне фантомной болью — физической и моральной. Опять вспомнил лицо той убитой девчонки. Этот груз всегда будет со мной.
Вечерний ветер разносил запах каши и дыма от костра. От этого запаха чувство голода ещё больше усилилось. Открыв глаза, только хотел крикнуть кого-то из солдат, как из ночной темноты появился старшина и заглянул ко мне в телегу.
— Пришел проверить? — отметил его заботу и повернулся в его сторону.
— Вы очнулись господин лейтенант, — с нескрываемой радостью проговорил старшина.
— Как себя чувствуете и чем помочь господин лейтенант, — задал вопрос старшина, — может по нужде нужно помочь или ещё чего?
— Есть хочу и помоги пожалуйста встать, — поворачиваясь на бок ответил. В целом состояние получше, но до идеала ещё далеко.
— Это мы мигом, каша с мясом отменная подучилась, — на ходу убегая к костру бросил старшина.
Старшина Ветров принёс полный котелок каши, краюху не свежего хлеба и флягу.
Вдохнув аромат этой вершины кулинарного мастерства, быстро приступил набивать кашей рот не обращая внимания, что она достаточно горячая.
Утолив первый голод уничтожив половину каши, посмотрел на старшину, который все это время стоял рядом.
— Ну рассказывай, — начал я.
— Так точно господин лейтенант. В строю осталось четырнадцать человек включая меня, старший лейтенант Горский погиб, оружие и боеприпасы собрали, раненых так же забрали с собой.
— Сколько раненых, сколько винтовок и боеприпасов? Сколько телег?
— Раненых 4 человека, а винтовки и патроны мы не считали, телеги четыре.
— Всего 4 раненых? — переспросил и ужаснулся.
— Так было десять, но шестеро отдали богу душу, не дожив до вечера, — перекрестился старшина.
— Всё равно мало, десять раненых и четырнадцать живых из почти что ста.