Экзорцист. Утроба Ведьмы (СИ)
Шаря взглядом по знакомым коридорам, Мария надеялась увидеть Аврору, но среди наводящих порядок монахинь её не было.
Постучав в массивные двери, они оказались в просторной комнате по обеим сторонам которой стояли огромные стеллажи с книгами, а в самом центре напротив окна огромный стол, заваленный бумагами.
Встав из-за него, их встретила незнакомая женщина сорока лет:
— Здравствуйте. Я прочла письмо, — сложила в замок руки, подходя к Филиппу с едва заметной приветственной улыбкой. — Так значит вы прибыли сюда, что бы забрать нашу послушницу, святой отец?
— Вы не аббатиса, — вмешалась Мария. — Я знал прежнюю аббатису, и вы — не она.
— Верно. Меня зовут сестра Самиль, я заняла этот пост после того как прежняя аббатиса, скончалась, — опустилась на стул, приглашая Филиппа последовать её примеру. — А теперь, может, позволите мне поговорить со святым отцом? Ведь именно он прибыл сюда, а не вы.
— Глубочайше извиняюсь, — встала за спиной Филиппа, не вмешиваясь в их разговор.
— Сестра Самиль, — улыбнулся аббатисе священник, — как вы уже сами смогли убедиться, я прибыл к вам непосредственно по настоянию опекуна Авроры Ламье. Ему крайне жаль, что он лично, не смог этого сделать. Но люди его предназначения крайне редко способны принадлежать себе самим. Думаю, вы понимаете, о чём именно я говорю.
— Вполне, — согласилась, смотря на Филиппа холодным, безжизненным взглядом. — Михаэль Ламье, оказал нашему аббатству внушительную помощь и поддержку. И потому с нашей стороны стало бы крайним неуважением отказать ему теперь. Я распорядилась, что бы её позвали сюда. Сами скажите всё что нужно. Думаю, так будет куда лучше.
— Прошу прощения, — послышался со стуком в дверь знакомый женский голос. — Могу я зайти?
— Проходит, — властно позволила новая аббатиса. — Мы как раз говорили о тебе.
Непонимающе взглянув на настоятельницу, Аврора обвела настороженным взглядом смотрящих на неё незнакомцев.
Молодой невзрачный священник любопытно осматривал её с ног до головы, словно зная о ней куда больше, чем могло показаться на первый взгляд. Не особо высокий, явно не выше Михаэля, он обладал необычными светло-голубыми глазами, от которых становилось не по себе. Его взгляд: глубокий, пронизывающий, прожигал насквозь.
Острые черты лица, ярко выраженные скулы. Небольшие пухлые губы, широкий лоб. От него веяло высокомерием и холодом! Это мужчина был одновременно красив и до ужаса жуток!
Не выдерживая его взгляда, Аврора перевела взгляд на стоящего позади него улыбающегося юношу. Взъерошенные тёмно русые волосы, повязка на левом глазу, измождённый вид и очень миловидные черты лица.
Удивлено распахнув глаза, Аврора уже собралась что-то сказать, но вовремя остановилась, покорно опустив взгляд.
— Эти люди прибыли от имени твоего опекуна, Аврора, — монотонно проговорила Садиль, с каждой секундой всё больше и больше напоминая покойную аббатису. Ещё немного и Мария решила бы, что старуха просто-напросто натянула на себя чужую кожу! — Что бы забрать тебя по его распоряжению. Так что собери свои вещи, пока я проведу их поесть. У тебя не так уж и много времени.
— Да, — послушно кивнула, пятясь обратно к двери.
— Надеюсь, вы примите моё приглашение к столу? — повернулась аббатиса к Филиппу.
— С удовольствием, сестра Самиль. Мартин, и ты тоже.
— Ну что вы, — поклонилась ему Мария. — Думаю, вам с аббатисой есть о чём поговорить и без моего присутствия.
— Юноша верно заметил, святой отец, — поднялась вслед за Филиппом. — Мне бы хотелось поговорить с вами с глазу на глаз.
Не став ничего говорить, Мария неспешно пошагала к двери.
В этом мрачном месте, казалось, что время плывёт в унисон её собственному, впервые позволяя дышать свободнее.
Хотелось прогуляться. Пройтись по всем местам, где был Михаэль.
Тут они встретил Аврору… Тут попросил присмотреть за ней… А сюда принёс её, расправившись с ангелом…
Казалось, что где-то в этом месте есть трещинка и если она её отыщет, то обязательно сможет вернуться назад, в то самое время, когда у неё ещё была возможность все исправить…
— Мария… — тихонечко позвала её Аврора, крадясь по двору будто кошка. — Что-то случилось? Я тебя даже узнать не сразу смогла. Ты так поменялась. И тот мужчина, что прибыл вместе с тобой, кто он?
Смотря на ничего непонимающую Аврору, Мария совершенно не понимала, что делать. Она стояла с покрытой головой, в серых одеждах и распятием на груди. Такая маленькая и беззащитная, что Марии стало как-то не по себе.
Как можно сказать влюблённой Авроре, что по её вине, Михаэля больше нет, и что он больше никогда не вернётся. Никогда не навестит её, никогда не улыбнётся ей и никогда не обнимет…
Казалось, если она сейчас заговорит, то просто предаст её. Разорвёт на мелкие осколки все её мечты и надежды!
Как же люто не хотелось, что бы Аврора её возненавидела. Не хотелось, что бы начала презирать!
Вот только, чем дольше она молчала, тем сильнее её разъедало чувство вины:
— Прости меня, Аврора, — растерянно тряхнула головой, не в состоянии смотреть ей в глаза. — Прости меня Аврора, я не хотела, что бы так вышло. Прости.
— О чём это ты? Я не понимаю…
— Михаэль… — проговорила онемевшими губами, не слыша собственных слов из-за звенящего в голове эха. — Из-за меня его забрали в Ад.
Несколько секунд, Аврора смотрела на неё непонимающим взглядом, отказываясь поверить в то, что только что услышала.
— Его забрали? — растерянно тряхнула головой. — Не понимаю. О чём ты говоришь, Мария? Не понимаю…
— Его забрали демоны, Аврора. Демоны… Мы проиграли и… — запнулась она, с трудом выдавливая из себя слова. — Они забрали Михаэля в Преисподнюю.
— Забрали… — слегка пошатнулась послушница, не в состоянии устоять на ватных ногах. — Что? — отрешенно посмотрела куда-то в сторону, словно что-то привлекло её внимание. — Забрали?…
— Прости меня, — подскочила к ней Мария, не позволяя упасть. — Прошу, прости меня…
Но Аврора уже ничего не слышала. В ушах зазвенело, а ноги предательски подкосились, заставляя Марию подхватить её, удерживая в объятьях.
Не думала о том, как всё это выглядит, Аврора беспомощно хваталась за её куртку, рыдая у неё на груди.
Откровенно. Навзрыд.
Так искренне. Отчаянно и честно. Что Марии стало не по себе.
Ну почему же она так не может? Почему не может выпустить наружу всю свою боль? Почему носит её в себе будто ребёнка?
Несколько раз Аврора хотела вырваться, кричала на неё и даже умудрилась ударить, но Мария всё равно продолжала удерживать её ровно до тех пор, пока она наконец-то не успокоилась.
Никто из двоих не знал, как долго это продлилось, сколько времени утекло, но никто из них не хотел возвращаться в свою сломанную реальность. Что теперь красовалась перед ними с изуродованным в шрамы лицом. Ужасающая реальность, которую до боли в висках хотелось уничтожить, и которую ни коем образом, ни одна из них не могла изменить.
— Я понимаю как тебе сейчас больно, — с холодным отчаяние проговорила Мария, когда та, наконец-то перестала всхлипывать, — прекрасно понимаю. И знаю, что ты на меня злишься как ещё никогда в жизни. Я лишила тебя дорогого человека и в своё время за это отвечу. Обещаю, что дам тебе возможность отомстить мне за него и не стану этого избегать.
От этих слов Аврору передёрнуло. Подняв на Марию наполненный отчаянием и злостью взгляд, она снова ударила её, царапая щеку острыми ногтями.
— Ненавижу! — оттолкнувшись от неё Аврора, убегая в храм.
В первые несколько секунд Марии хотелось побежать следом, но взяв себя в руки, она осталась на месте. Стараясь с достоинством принять, что мир вокруг неё начинает рушиться. Медленно разваливаясь на части.
Несколько монахинь с послушницами, прошло мимо, с любопытством и осуждением разглядывая Марию. Может это было из-за покрасневшей, поцарапанной щеки. Может из-за того что они видели как она обнимала Аврору. Сейчас её это мало заботило.