Змеиные поцелуи (СИ)

- Нет, - настаивал молодой человек, - нам необходимо срочно поговорить.
- О чём? – нахмурилась женщина.
- Не о чём, а о ком, - недоумение проскользнуло в голосе Саши. – Об отце.
Лида вздохнула и отошла подальше от остановки и любопытных, которые прислушивались к разговору между ней и сыном.
- Не понимаю тебя, - привалилась она к стволу тополя, ища силы для предстоящего разговора. – Свою позицию в отношении Димы я озвучила и менять её не собираюсь.
- Мама! – ахнул парень. – Как ты можешь быть такой бессердечной? Вы с папой прожили много лет вместе, а теперь, когда у него возникли проблемы со здоровьем, ты не хочешь его поддержать. Это жестоко. Эгоистично. И мелочно с твоей стороны.
- А ты не забыл, как он поступил со мной, с тобой? Он предал любовь, растоптал мою душу. Ты забыл о его словах и поступках?
- Но сейчас он болен, - возразил ей сын.
- И что? – всплеснула она руками. – Для меня ничего не изменилось. Да, мне жаль его, но он для меня чужой. Чужой человек. И я не собираюсь ухаживать за ним и делать видимость счастливой семьи. Этого нет и больше не будет.
- Но как же… - разволновался Саша. – А кто же будет за ним ухаживать, если не ты?
- У него есть его почти жена, Олечка, мать и ты.
- Я не могу, - запротестовал молодой человек. – У меня учёба, подработка, да и личная жизнь, всё-таки тоже должна быть.
- У меня тоже, сынок, - хмыкнула женщина, - должна быть личная жизнь. Я свободная женщина, кстати, благодаря твоему отцу.
- Мама, ты не понимаешь. Если не ты, то больше некому быть с отцом пока он болен. У бабушки скоро операция, а эта Ольга, - поморщился, - какая из неё жена. И потом, - покачал головой он, - ты меня прости, но какая у тебя может быть личная жизнь?
- У отца твоего может быть личная жизнь, у тебя может быть, даже у Кристины Олеговны она есть, так чем я хуже…
- Я не собираюсь краснеть перед друзьями, - вспылил Саша, - что моя мать прыгает по койкам в поиске… - звонкая пощёчина красной отметиной украсила щёку парня. – Мама? – ахнул он. – Ты ударила меня? – расширились от удивления его глаза.
- Ты перешёл все допустимые границы, - срывающимся голосом выпалила Лида.
- Неужели бабушка права, и ты положила глаз на брата Ольги? Мама, это мерзко, - отшатнулся от неё. – Он же моложе тебя и вообще…
- А Ольга для твоего отца не слишком молода? – в глазах женщины стояли слёзы.
- Он мужчина. И потом… не нужен тебе никто. У тебя есть я. Вот женюсь я, у тебя появятся внуки…
- Это моё будущее? Таким ты его видишь?
- Можно подумать оно у тебя было бы другим, если бы вы с отцом не развелись, - пожал он плечами.
- Но мы развелись.
- А сейчас можете сойтись. Как ты не понимаешь! – вспылил Саша.
- Но я не хочу. Не хочу!
- Как, - смесь удивления и отчаяния появилась на лице Александра. – Как это не хочешь? Ты столько времени убивалась по нему, рыдала из-за его предательства… А как же любовь?
- Её больше нет, - вздохнула Лида, глядя прямо в глаза сыну. – Любви больше нет, - повторила она.
- Я не верю! Не верю! – затряс её за плечи парень. – Ты просто хочешь так отомстить отцу. Просто отомстить.
- Не хочу я мстить Диме и никогда не хотела.
- Этого не может быть, - сделал шаг назад Саша. – Отец там, - махнул рукой в сторону больницы, - борется за жизнь, а ты не хочешь ему помочь.
- Саша, это жестоко. Вы тоже можете помочь Диме. В конце концов, всегда можно нанять медсестру.
- Абсурд. Зачем нанимать медсестру, когда есть ты? Папа столько лет содержал тебя…
- Он и тебя содержал, - повысила голос Лида.
- Мама! Я не узнаю тебя!
- И я тебя не узнаю.
В этот момент запиликал телефон Александра, звонила Кристина Олеговна:
- Да. – ответил на вызов молодой человек. – Что? Приступ? И как? Мы сейчас будем.
Он сбросил вызов и спрятал телефон в карман брюк:
- У отца был ещё один приступ. Пойдём, - схватил Лиду за руку. – Врач хочет чтобы кто-нибудь из родных остался сегодня с ним на ночь. Кроме тебя всё равно некому.
- Нет, - вырвала свою руку женщина. – Я не пойду. Не могу. Не хочу.
 
- Не думал, что ты такая, - поморщился парень. – Если отец умрёт, это будет на твоей совести.
- Саша! – воскликнула Лида, но сын не оборачиваясь побежал в больницу.
  
Глава 84.
 
Говорят, что лучше синица в руках, чем журавль в небе. Вот только нужна ли маленькая, невзрачная синичка, когда невозможно отвести восторженного взгляда от красивого журавля. Так же и в любви, человеку хочется ярких эмоций, высокого полёта и острых ощущений. Все мечтают о большой и чистой любви…
Лида, еле передвигая ноги, дошла до остановки и буквально рухнула на лавку. Слова сына жгли её, словно калёное железо.
«Если отец умрёт, ты будешь виновата!» - голос Саши до сих пор звучал в её голове.
«Почему всё так? – обняла себя за плечи, не обращая внимания на окружающих её людей, которые находились на остановке. Любопытные откровенно разглядывали несчастную женщину, гадая, что же произошло в её жизни, и о чём она так эмоционально спорила с молодым парнем, который ей в сыновья годился. Однако, никто не поинтересовался, нужна ли ей помощь. В этом мире, каждый сам за себя, как бы грубо это не звучало. – Почему всё так? – вновь и вновь Лидия задавалась одним и тем же вопросом. – Я всегда поступала по совести, - размышляла она. – Никому не делала зла. И что в итоге? Никто не хочет меня понять. А ведь я тоже живой человек. У мня есть свои желания, мечты, потребности, в конце концов, - неожиданно вспомнила о Кирилле и смутилась. – Все меня используют… Неужели я недостойна ни любви, ни уважения…»
- Лида, - сел перед ней на корточки встревоженный Кирилл, который наконец отыскал её.
«Вот, вспомнила на свою голову», - мутными глазами от боли и печали посмотрела она на него.
- Лида, Лидочка, - взял её руки в свои мужчина. – Всё будет хорошо.
- Встань, - устало произнесла она, - на нас смотрят.
- Пусть смотрят, - тряхнул он головой.
- Стыдно, - выдохнула женщина.
Мужчина поднялся на ноги и подхватил несопротивляющуюся Лиду на руки.
- Нам надо поговорить, - горячо шептал он ей, неся в сторону своего автомобиля. – Я хочу всё тебе объяснить.
- Я ничего не хочу, - бесцветным голосом ответила женщина.
- А я хочу, - поставил её на ноги мужчина и припал к бескровным губам. – Хочу любить тебя. Сделать счастливой, - продолжил напор, сильнее вжимая женщину в себя.
- Кирилл, - вяло оттолкнула его Лидия. – Хватит. Нас могут увидеть.
- Пусть видят. Я не хочу скрываться. Я люблю тебя. Люблю.
- Это невозможно, - уткнулась ему в грудь женщина. – Твоя сестра, мой сын… Нам нельзя. Это неправильно.
- Совсем недавно, всё было правильно. Если ты из-за моей сестры, то поверь мне, мои чувства искренние. Я влюбился в тебя в тот вечер, когда ты назвала меня Серым Волком.
- Ты знал, - покачала она головой. – Знал, что твоя сестра разрушила мою семью. Знал и молчал.
- Разве это что-то меняет? Я тебе противен?
- Кирилл, - вздохнула Лида, - я не знаю, что тебе сказать.
- А я знаю, - произнёс он нежно прижимаясь к её губам. Сладким и желанным.
«Лидочка, любимая», - старался вложить все свои чувства в этот поцелуй.
- Кирилл, - снова отстранилась Лидия.
- Лида, - не отпускал её из своих объятий мужчина, - понимаю, тебя смущает моё прошлое, но ты должна знать, я изменился. Хочу быть достойным тебя. Правда, думаю, что после драки с Дмитрием, меня уволят, но я, обязательно, найду другую работу. Только верь мне, пожалуйста, - смотрел ей в глаза. – Верь мне.
- Мне надо подумать, - ответила женщина, сдаваясь.
- Хорошо. Я согласен ждать. Столько, сколько потребуется, - заверил её Кирилл.
Лида ничего не ответила, в её голове всё ещё звучали слова сына: «Если отец умрёт, ты будешь виновата!»