И даже смерть не разлучит нас (СИ)

- Здравствуй, милая, - прошамкала Теодора Ловуд, обшаривая меня своими маленькими колючими глазками с дотошностью полицейского сканера, - припозднилась ты ныноча, на улице уж темно, а ты только домой идёшь.
- А чего ей бояться, с таким-то кувалером, - хохотнула тощая и согбенная, точно крючок для плетения кружев, Джессика Симпсон, - с таким-то красавцем и я бы до первых петухов гуляла, устали не знала!
Вот ведьма старая, ей не о первых петухах, а о декоре места последнего упокоения думать надо, развратнице! Я фыркнула, процедила сквозь зубы подобающее благовоспитанной девице приветствие и собралась отступить к лестнице, но Ричард явно решил получить от неожиданной встречи максимальную выгоду. Он выпрямился, сверкнул лучезарной белоснежной улыбкой, шаркнул ножкой, подхватил скрюченную лапку Теодоры и поднёс её к губам, выдохнув сладким тоном профессионального обольстителя, способным растопить даже ледяное сердце:
- Очень рад знакомству.
Теодора издала невнятный булькающий звук, залилась румянцем, точно была молодой девушкой, а не особой весьма преклонных лет, да так и застыла, а Ричард уже завладел рукой Джессики.
- Какой милый молодой человек, - престарелая кокетка разразилась кудахчущим смехом, теребя ленту видавшей виды широкополой шляпы, которая была в моде лет за сто до освоения человеком космоса. – Мой третий муж, да обретёт его душа покой в сиянии далёких звёзд, был тоже весьма обворожительным мужчиной, а всё же не настолько, - Джессика опять квохчуще хихикнула, стрельнула выцветшими от старости глазами, когда-то большими и голубыми, - при его появлении дамы мечтали всего лишь задрать юбки, а не разоблачиться полностью.
Вот старая греховодница! Я почувствовала, как мои щёки начинают полыхать, хотя была уверена, что учёба на лечебном факультете избавила меня от излишней стыдливости.
- Извините, нам пора, - я потянула Ричарда за руку, но с тем же успехом могла пытаться сдвинуть горы. Или незаведённый аэрокар.
- Дорогая, не стоит спешить, мы вполне можем позволить себе провести пару минут в обществе этим милых дам, - мой потенциальный супруг похлопал меня по ладони.
На мой взгляд, жест получился весьма пошлым и фамильярным, но старушки восторженно вздохнули и мечтательно закатили глаза. У меня даже ладошки зачесались от страстного желания стереть эту слащавую улыбку с лица Ричарда, но я прекрасно понимала, что, во-первых, он сильнее и никакого весомого урона я ему причинить всё равно не смогу, а во-вторых, после устроенного скандала мне придётся спешно покинуть не только дом, но даже планету. Эти две престарелые кокетки и их многочисленные подружки со свету меня сживут и после смерти в покое не оставят.
- Нас родители ждут, - прошипела я, улыбаясь так сладко, что даже скулы заныли.
- Ох, ах, - восторженно проквохтали две пожилые сплетницы, умилённо прижимая ладони к щекам. – Милочка, неужели этот во всех отношениях достойный юноша ваш поклонник?! Первые звёзды, какая прекрасная новость!
- Она станет ещё прекраснее, когда вы узнаете, что Изабелла согласилась стать моей женой, - тоном театрального заговорщика прошептал Ричард.
- О-о-о-о, - простонали Джессика и Теодора, испытывая самый настоящий информационный оргазм.
Я внимательным взглядом окинула шею Ричарда, оценивая её длинную и толщину. Мда, широка, двумя руками обхватить можно, но задушить вряд ли получится. Ладно, повременим с вдовством, тем более, что мой ненаглядный ещё и сам толком не понял, в какую петлю голову запихал.
- Прошу прощения, нам нужно идти, - я криво улыбнулась, подхватила Ричарда под руку и рывком втащила его в лифт, весьма чувствительно припечатав к стене.
- Ты что творишь?! – начала я было свою изобличительную речь, но меня прервал полный приторной сладости вздох:
- Ах, молодость, молодость.
Я оглянулась. Проклятый лифт опять барахлил, дверь никак не закрывалась, и мои попытки семейных разборок были отлично видны стоящим на площадке старушкам. Из последних сил стараясь сохранить приветливую улыбку, хотя сильно подозреваю, что больше она походила на звериный оскал, я отлепилась от Ричарда, метким пинком закрыла дверь лифта и повернулась к женишку. Видимо, лицо у меня было весьма выразительное, потому что Ричард отступил к стене, примирительно вскидывая руки вверх:
 
- Сдаюсь, пощади, о великая и прекрасная!
От скоропостижного вдовства меня останавливало два момента: во-первых, мне действительно нужен муж, а во-вторых, в лифте абсолютно негде прятать тело! Я скрипнула зубами, по ощущениям стерев их едва не на сантиметр, и прошипела:
- Если и перед моими родителями начнёшь комедию ломать, задушу.
- В объятиях? – не внял предупреждению Ричард.
Я сверкнула глазами, жалея, что лазерное зрение присуще лишь боевым киборгам последней серии, а простые смертные, увы, слишком просты и лишены интересных прибамбасов для устранения себе подобных.
- Белль, ну чего ты кипятишься?
Видимо, у моего потенциального супруга всё-таки включился инстинкт самосохранения. Жаль, с опозданием и не в полном объёме, потому что не успела я успокоиться, как Ричард брякнул:
- Не злись, от этого стареют быстрее.
Я медленно и глубоко вздохнула, намереваясь высказать много всего интересного, но совершенно точно неприличного. А что, на звание самой благовоспитанной особы я никогда не претендовала, общение же с сотрудниками космопола и студентами лечебного факультета до добра не доводит. И вообще, кое-кто сам напросился, сначала раздраконив меня до крайности, а потом ещё и старухой обозвав! Только весь мой запал пресекли на корню. В этот раз Ричард извиняться не стал, сграбастал меня в объятия, притиснул к себе так, что я дышать не смогла и впился в губы с пылом смертника, которому осталось жить последние две минуты. Так оно, кстати, и было, потому что только невозможность пошевелиться останавливала меня от того, чтобы сделать этого недобитого героя любовника добитым и тонким слоем по полу размазанным. Воспользовавшись тем, что Ричард чуть ослабил хватку, я освободила руку, размахнулась как следует и отвесила такую пощёчину, что даже кисть онемела.
- Обалдела что ли?! – прошипел Ричард, растирая пунцовую щёку и глядя на меня взором невинно обиженного дитяти. – Рожа-то у меня, между прочим, не казённая!
- Мои губы тоже не казённые, - я старательно тёрла ладошкой губы, жалея, что не имею привычки таскать с собой дезинфектант, - а ты впился в них паразитом космическим.
- Много ты в поцелуях понимаешь, - обиделся герой любовник, демонстративно скрещивая руки на груди, - у самой даже парня никогда не было.
- Зато ты наверняка всех девиц этой галактики оползал, - огрызнулась я, продолжая яростно растирать зудящие губы, - а то и не только этой.
- Мужчина должен быть опытным.
- То-то в венерологии мужчин в два раза больше, чем женщин. Сначала нахватаетесь сомнительного опыта, а потом бегаете щенками побитыми: «Доктор, а это лечится?»
- А я понимаю, почему ты решила с трупами возиться, тебя же к живым выпускать опасно, потом замучаешься уколы от бешенства делать.
- Таким как ты вообще никакие уколы не помогают, - процедила я, стискивая кулачки с такой силой, что ногти кожу пропороли, - медицина тут бессильна.
Клянусь всем святым, если он ещё что-нибудь скажет, я его побью. И плевать, что он сильнее, поцарапать, а то и укусить, я по-любому успею. И да замуж за него я не пойду, нафиг мне такая прободная язва под боком нужна, у него же не язык, а осиное гнездо. Я надулась, отвернулась к стене, преувеличенно внимательно изучая правила пользования лифтом. Ого, а я даже и не знала, что грузоподъёмность лифта пять человек или шесть с половиной гуманоидов. Интересно, полгуманоида – это как? Моё распалённое недавней ссорой воображение моментально нарисовало дымящийся от свежей пролитой крови топор, разделанного в фарш Ричарда и меня, с деловым видом разбирающей окровавленные ошмётки, что пойдёт на требуху, что на фарш, а что можно выкинуть. Фу, гадость, привидится же такое! Я брезгливо поморщилась и тут мне на плечо легла тёплая тяжёлая ладонь.