Инферно (ЛП)

— Если ты так говоришь, ангел, — он убрал прядку волос за моё ухо.
Я вздрогнула от этого лёгкого прикосновения, но не позволила ему сбить меня с верного пути.
— Да, я так говорю.
И не только это. Чем ближе мы к тому, чтобы встретиться с сёстрами лицом к лицу, тем больше я переживаю о том, что может пойти не так.
— Что бы завтра ни произошло, со мной ничего не случится, пока на мне эта штука, — я зажала кулон в ладони, в кои-то веки благодарная судьбе за эту волшебную подушку безопасности, что спасёт меня, когда я буду на волосок от смерти. — Но если ты серьёзно намерен прийти завтра, то тебе понадобится моя помощь, даже если ты не готов это признать.
— Вот как?
Типичный Доминик. Воспринимает каждое мое слово как персональный вызов.
Ни на секунду не разрывая зрительный контакт, я осторожно закатила рукав рубашки, обнажая кожу. Его взгляд на секунду опустился на моё запястье и тут же вернулся к моим глазам.
— И что это значит? — он поднял бровь.
— Ты знаешь, что это значит.
Его глаза потемнели, глядя на меня.
— Предлагаешь мне себя, ангел? — нотки в его голосе явно сменились на провокационные.
— Да, — я тяжело сглотнула, в горле было сухо, как в пустыне. — Ради твоей безопасности.
Мы оба знали, что чем больше моей крови в его организме, тем лучше он защищён на случай непредвиденной ситуации. На поверхности это был мой единственный довод, но если бы я рискнула копнуть глубже, то смогла бы назвать ещё множество причин, почему я хочу это сделать. Причин, терзавших меня изнутри.
Мы оба знали это, и всё же он даже не попытался ухватиться за приманку. Но он стоял неподвижно, пробираясь мне в душу своим пронзительным взглядом.
— Так и будешь стоять и смотреть? — я перенесла вес с одной ноги на другую, всё ещё держа руку вытянутой.
— Я наслаждаюсь чудесным видом, — произнёс он с томной улыбкой.
— Я имела в виду, почему ты не… — я прикусила губу, пытаясь как-нибудь поприличнее спросить, почему он отказывается пить мою кровь. — Разве ты не… хочешь?
— Твою кровь? — его зрачки расширились. — Всегда.
В животе возникло странное ощущение. Чем-то похожее на бабочек.
— Тогда почему не возьмёшь?
Он наклонил голову в сторону, обдумывая мой вопрос, что-то решая в своей голове.
Секунды казались часами — словно я целую вечность простояла вот так. Дождь продолжал капать на нас, становясь всё сильнее, хотя я уже не чувствовала холода своей разгорячённой кожей.
Опустив руку, я нахмурилась.
— Это из-за того, что ты сказал мне вчера? Ну, что и пальцем меня не тронешь больше. Я предлагаю не ради себя, — быстро добавила я, хотя получилось слишком поспешно и оборонительно, а потому не очень искренне. — Просто пытаюсь помочь тебе.
— И всё?
Я стиснула зубы, прожигая в нём дырку глазами. Уголок его губ дёрнулся, словно он едва сдерживал ухмылку.
Похоже, его забавляет вся эта ситуация.
— Знаешь что? Забудь. Не хочешь моей крови — я заставлять не буду, — с этими словами я развернулась, чтобы уйти, но он поймал меня за запястье и притянул к себе.
Разряд тока прошёлся через всё моё тело, стоило Доминику прижать меня к своей груди. Наши тела разделяло всего ничего. Мои губы приоткрылись в попытке возразить, но Доминик быстро прижал к ним палец.
— Однажды ты взглянешь правде в глаза, ангел. И ради нас обоих я надеюсь, что это случится скоро.
— И что это значит? — моё сердце настойчиво пробивало дыру в груди.
— Что-то мне подсказывает, что ты прекрасно поняла, о чём я, — его взгляд на мгновение скользнул по моим губам.
— Хочешь сказать, я хочу этого?
— Ты мне скажи.
Мурашки побежали по моей коже при звуке удлинившихся клыков. Я тут же напряглась, понимая, что он намеренно так сделал. Он же отлично знал, как я отреагирую. В этом плане он та ещё сволочь.
— Так не честно, Доминик. Я не хотела, чтобы всё было так, — я пыталась унять дрожь в моём голосе. Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы удержаться и не поддаться ему… и кровной связи.
— Не хотела, — подтвердил он, но затем поймал мой подбородок и поднял лицо к себе. — Но это ведь не отменяет того, что ты чувствуешь сейчас, ангел?
 
Он медленно наклонил голову к моей шее, нежно скользя губами и зубами по коже.
Вся моя выдержка ушла на то, чтобы не наброситься на него, как дикое животное. В конце концов, именно этого он и добивался: чтобы я потеряла контроль… бросилась ему на шею… умоляла его.
Будь я проклята, если дам ему такое удовольствие.
Он поднял голову, когда я не ответила. Его глаза не отрывались от моего рта.
— Это простой вопрос, любимая.
— Нет. Не простой.
Сложный и тяжёлый. А последствия его просто невыносимы.
Сердце галопом скакало в груди по такому длинному списку причин, что все и не перечислишь, но главным образом потому что он всё ещё смотрел на мои губы, словно бы хотел их поцеловать — поглотить, — а я не была уверена, что мне хватит сил остановить его, если он попытается. Со мной явно творится что-то нездоровое, и эта болезнь усиливается с каждым днём.
— Пожалуйста, не смотри на меня так, — умоляла я голосом почти таким же слабым, как и колени в этот момент.
— Как, ангел? — его взгляд поднялся к глазам, но тут же вернулся к губам.
— Словно собираешься поцеловать меня, — выпалила я, не дыша.
— А ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя? — он снова посмотрел мне в глаза.
Я запнулась, прежде чем выдавить ответ:
— Нет.
Ухмыльнувшись, он наклонился к моему уху и прошептал:
— А твоё тело знает об этом?
Мне даже не нужно было опускать взгляд, чтобы заметить, как мои пальцы впились в его талию, а кожа чуть ли не плавилась от жара.
Вместо этого я сердито посмотрела на него.
— Я знаю, чего ты добиваешься, но у тебя ничего не выйдет.
Мы уже выяснили этот вопрос в поместье. Несмотря на все эти тайные сигналы, что посылает ему через кровную связь моё непослушное тело, я чётко обозначила свою позицию.
Ну, как мне кажется.
Он усмехнулся, но ухмылка пропала так же быстро, как и появилась.
— Расслабься, ангел. Я не собираюсь целовать тебя или делать ещё что-нибудь в этом духе, — сказал он и выпустил меня из объятий.
Мои руки безвольно повисли. Я оглянулась на него, не веря своим ушам.
— Ты же этого хотела, да?
— Да, — я прикусила губу, чтобы не опустить понуро плечи. — Но что насчёт завтра? Вдруг с тобой что-нибудь случится…
— Не случится, — произнёс он так, будто уверенного тона достаточно, чтобы унять мою тревогу.
Мне нужны гарантии. Написанные кровью.
— Ты не можешь просто взять и отказаться от крови. А как же связь? Последствия? — мы оба знали, что чем дольше мы воздерживаемся, тем жёстче проявляется ломка. А поскольку у меня уже началась гипервентиляция, как у наркоманки, давно не получавшей дозу, я не очень-то хотела выяснять, насколько хуже может стать дальше.
Он вновь погладил меня по щеке, и моё сердце сжалось.
— Не волнуйся, ангел. С нами всё будет в порядке, — он убрал руки в карманы и достал две маленькие склянки. Одна из них была пустой, а другая выглядела так, будто в неё налили густую алую кровь.
— На случай ломки… Братец посоветовал.
— Ты же это не серьёзно, — я уставилась на него. Но когда стало очевидно, что он реально не шутит, я выхватила склянки из его руки, чтобы взглянуть поближе. Покрутила вторую между пальцев, убеждаясь, что там действительно кровь. — С каких пор ты слушаешься Габриэля?
— С тех пор, как он говорит то, что будет лучше для тебя.
Мой взгляд мгновенно встретился с его.
— То есть это всё для меня?
— Целиком и полностью, — мышцы его челюсти напряглись, когда он впился в меня взглядом. — Я бы хотел вызывать у тебя множество чувств, ангел, но точно не сожаление.
— Ну, тогда договорились. Проблема решена, верно?
Опустив голову, он снова убрал руки в карманы и ничем не выдавал свою реакцию — полный самоконтроль. Но что-то в его глазах вспыхнуло, подсказывая мне, что он изо всех сил старается держать себя в руках.