Милашка для тиранов (СИ)
Где я? Вроде только что была в кабинете у Ледяного… он как всегда издевался надо мной, душил… а теперь? Я умерла? Да нет, вроде.
У меня капельница в сгибе локтя. Надо мной белый потолок, от которого, с-ка, так сильно болят глаза, а рот и нос прикрывает… кислородная маска! Ничего себе!!! Откуда?
– Милана! Очнулась? Пришла в себя? – сжимает мою ладонь Ледяной.
Моментом вспоминаю, как сильно эти же самые пальцы сдавливали мое горло.
– А-а-а… – стону, от того, что тошнит, пытаюсь забрать свою руку.
– Прости меня, моя хорошая! Пожалуйста, извини! – целует мои пальцы Ледяной. Подносит их к губам и поочередно ласкает каждый пальчик. – Я идиотом был, не понимал, что могу и правда тебе вред нанести! Я не хотел сделать ничего плохого, ни тебе, ни детям!
– Отпусти ее!!! – рычит кто-то слева.
А, Огненный… ну все ясно. Куда же без него?!
– Руки свои убрал от моей женщины, пока не у*бал тебя с ноги!
– Макс, прекрати! – требует Ледяной. – Я прошу прощения у Миланы, дай нам возможность объясниться!
– Ты ей больно сделал, урод! – возмущается Макс, – Только из-за того, что мы сейчас находимся в клинике, я не буду развязывать драку, но после!!!
– Макс, дай мне с Миланой поговорить! Конфликт-то надо решать!
Я слушаю их перепалку и мне плохо до невообразимости. Я хочу, чтобы они ушли. Оба! Хотя сейчас целиком и полностью накосячил Роман.
– Милаш, ты разрешишь с тобой поговорить? – опускается рядом Орлов. Виновато заглядывает в глаза. Перебирает мои пальцы. – А, Милан? Простишь ли ты мне мою чудовищную тупость?
– Нет, Роман… Александрович. – еле ворочается мой язык.
– Но… я же прошу прощения… – босс смотрит на меня глазами полными тотального раскаяния.
– Мне не нужно ваше прощение… – с трудом пытаюсь я отодвинуться от мужчины.
Еще и рукой прикрываю от него самое ценное, что есть у меня – моих деток. А то, кто его знает? Сейчас ударит в живот и аборт делать не нужно. Теперь от него можно ожидать всего, что угодно.
– Ром, на куй уйди отсюда! – с металлическими нотками в голосе советует Макс, – Милана не хочет тебя видеть. А ну, идем, выйдем!
Вот и пусть уматывают оба. Никого не хочу видеть. Тем более, их.
– Милан! Я буду вымаливать твое прощение столько, сколько понадобиться! – заявляет мне Ледяной. – Милаша, я не брошу тебя и детей, слышишь? Я эту тупость в порыве страсти натворил! Это было самым дебильным поступком в моей жизни, и я целиком признаю свою вину, признаю, что был тупым кретином!
– Уходите! – роняю я, устало прикрывая глаза. – Не хочу вас видеть!
* * *Пока я нахожусь в больнице, деньги исправно капают мне на карту. Фердинанта забрал к себе Макс. Вот выпишусь и потребую котейку обратно. Ну а пока я восстанавливаюсь после «любви» Романа, пушистой кошачьей мордахе лучше побыть с более человечным боссом.
Все свое свободное время Макс проводит со мной. Он оплачивает лечение, необходимые лекарства и процедуры. Приносит мне вкуснях, журналы для будущих мам и прочие приятные мелочи.
Про Романа я даже слышать не хочу, хотя он переодически пытается дозвониться или дописаться до меня.
Глава 18
Месяц спустя
– Тебя выписывают, Милаш! – улыбается Макс, поглаживая мой уже отчетливо выпирающий животик. – Собирайся, я отнесу твои вещи в машину.
Вещей у меня не так уж и много, я быстро набиваю спортивную сумку своими пожитками, и сажусь в роскошный джип Макса.
– Куда вы меня везете? – поправляю я ремень безопасности, чтобы он не передавливал животик с драгоценными малютками внутри.
– Домой. – пожимает плечами Макс.
Едем дальше. Я отчетливо понимаю, что не в мой район.
– В какой дом мы держим путь?
– В наш. И хватит мне выкать! – вдруг заявляет босс.
Оборачиваюсь на него. Он ведет машину уверенно и спокойно. Его сильные руки обхватывают руль. Очень эротично. И очень мужественно.
– Что происходит? – не вполне осознаю я.
– А что происходит, Милаш? Ты – носишь моих детей. А я хочу заботиться о тебе, и о них. Мы едем к нам домой. Поняла? Я тебя забираю.
– А… Но я не готова… И потом в качестве кого я буду жить у вас?
– У тебя! – тормозит резко босс.
Тормозной путь выходит с пробуксовкой и дрифтом. Но Максиму Эмирхановичу на это наплевать.
Он отстегивает мой ремень безопасности и тянет меня на себя.
– Милаш, не бойся. Я все сделаю как надо. У нас общие дети, и мы должны жить вместе! Согласна?
– Нет… – трясу я головой, пытаясь отодвинуться от него. – А как же Роман?
– А что Роман? – вспыхивает немедленно Огненный. – Зачем ты про него сейчас вспоминаешь?
– Он же не даст мне житья! Будет на работе издеваться…
– Не будет, Милаш. Пока ты лежала на сохранении, мы окончательно разделили компанию. Теперь ты – только моя секретарша. И то, если захочешь. А не захочешь, будешь дома ждать рождение наших первенцев. А я тебя буду обеспечивать.
* * *В каком же крутом пентхаусе обитает Огненный!!! В башне-новостройке, его апартаменты занимают весь верхний этаж! Макс распахивает передо мною дверь, пропускает вперед.
– МАУ!!! – бросается со всех ног ко мне мой верный рыжий пушистый котейка.
– Фердинант! Любимый мой! – поднимаю я его на ручки.
– Мурррр!!! Мурррр!!! – выгибает спинку для еще большего количества ласк и обнимашек милый котик.
– Какой ты красавчик! Как я по тебе соскучилась! – целую я его в сморщенный лобик между ушек.
Макс опускается на корточки и помогает мне разуться.
– Что ты делаешь? – удивленно переступаю я босыми ступнями.
– Забочусь о тебе, Милаш!
Макс подхватывает меня на руки прямо с Фердинантом. Котик понимает, что сейчас он явно лишний в наших объятиях и немедленно покидает нас, как настоящий мужчина!
– У тебя ножки замерзли, Милаш, а тапочек я почему-то не купил. Вот буду тебя на руках носить. Не против?
Лицо Макса очень близко. Его красивые губы в миллиметре от моих. Аккуратно-окантованная борода придает ему брутальности и мужественности. А запах… Чистый мускус и классный вкусный мужской парфюм. Ммм…
– Идем, я покажу тебе детскую!
Макс несет меня по бесконечно длинному широкому коридору. Доходим до какой-то двери. Распахиваем. Просто стены. Ни обоев, ни побелки, ни мебели…
– Милаш, я не знаю, кто у нас будет, поэтому не сделал комнату в окончательном варианте. Если два мальчика и одна девочка, то будет один вариант дизайна, если две девочки и один пацан, то другой.
– А если три мальчика или три девочки? – интересуюсь я.
– Тогда третий и четвёртый варианты, – улыбается Огненный. – Главное, я выделил им самую большую комнату в своем доме. Тебе нравится?
– Ммм… Мне пока не верится, что ты правда решил помочь моим детям…
– Почему твоим, а Милаш? Ведь по-любому, хотя бы один из них, мой! Но я приму их всех! Слышишь?
Дыхание Огненного учащается. Он отыскивает губами мои губы. Трется о нежную кожу, посылая во мне импульсы, разряды электрического тока. Его язык нагло вторгается в мой рот, производя собственнический рейдерский захват.
Я уже дышу в унисон ему, рваным дыханием. Разволновалась, как в первый раз, а еще испугалась… Напора Макса очень испугалась.
– Ты чего сжалась вся? Милаш? – шепчет мне в ухо, – Я же не обижу тебя, глупенькая! И больно не сделаю!
Макс шепчет и прикусывает мочку. По мне бегут мурашки, а влага, по ощущениям сейчас просочится сквозь трусики и испачкает мои джинсы.
– Даш, Милаш? Я целый месяц ни-ни! Тебя ждал! У меня щас яйца лопнут от переизбытка!
Смотрю со страхом в его подернутые поволокой чернущие очи.
– Что Милаш?
– Не навреди мне, пожалуйста…
Макс молча несет меня куда прочь из будущей детской. В спальню. К себе. Опускает на кровать. Сам нависает сверху. Его бицепсы напряжены и бугрятся из-под футболки. Руки сильные. Поросшие темным волосом.