Милашка для тиранов (СИ)

Но об этом не сейчас, ведь трение… ах, он мастерски имеет меня своими пальцами, а я и рада раскрываться навстречу ему еще больше. И когда сил терпеть уже не остается, нервы посылают в мозг сигнал, что требуют немедленной разрядки. Кульминация мощной горячей волной накрывает меня, обрушивается, затапливает… Меня трясет и колотит в ознобе.
Сзади прижимает к себе Ледяной, не давая мне упасть, ибо коленки подогнулись. Спереди Горячий шепчет мне в ухо свои пошлые словечки. А потом звонит телефон. У Огненного.
– Что? Твою ж мать?! Что? Офигели там придурки совсем?!
Мимо меня он смотрит на Ледяного.
– Едем. – сдержанно роняет тот и только по слегка расширившимся и потемневшим зрачкам его можно понять, что он зол не менее, а может и более Асланбекова, что их прервали на самом интересном месте.
Мужчины разблокируют двери. Молча выходят из лифта, оставив меня, полностью разрушенную, разобранную на атомы и совершенно сбитую с толку.
Это что же сейчас произошло?! Что же сейчас было? И как мне теперь жить и работать дальше в этой компании?! Под началом этих Тиранов? Но увольняться мне нельзя! У меня мама… о, Господи!
* * *
– Маш, я же вам неделю назад весь аванс пересылала! – еду в маршрутке, натягивая полы пальто на чулки.
Эти двое извергов порвали их, когда в лифте зажали.
– Да, но маме понадобились дополнительные лекарства. Ну хоть пять тыщ скинь, совесть имей!
Судорожно соображаю, сколько именно у меня осталось на карте.
– Пять точно нет. Тысячу скину…
– Хорошо, остальное займу тогда. – мирно соглашается Маша.
– Маш, а отдавать чем? – роюсь я в кошельке, понимая, что денег у меня остается только на проезд… и то, это расстояние, что сейчас я преодолеваю на маршрутке, вскоре придется проходить пешком, отказываясь в пользу овсяных хлопьев.
– Милка, не дури! – отрезает сестрица. – Ты у нас училась в большом городе, а теперь работаешь в крутой фирме! Значит, обязана содержать нас! Мы же договаривались, что ты работаешь, а я ухаживаю за мамой! Так?!
– Так, – обреченно говорю я.
– Тогда сама беспокойся о том, как отдавать долг! – отрезает сестрица и кидает трубку.
Так-то оно так, да вот только… расходы за последнее время увеличились на порядок, а вот доходы… И теперь еще эти чертовы ботинки… Эх!
Снова звонок.
– Даже не думай ругаться! – шипит в трубку сестра. – Можешь приехать и выносить горшки тут сама! А я в город поеду! Работать!
– Куда ты поедешь, Маш?! – пугаюсь я, – у тебя образование – девять классов! Никакой профессии ты не обучена. А я хоть секретаршей…
– Вот и молчи тогда! И думай, где еще денег подзаработать! – отрезает сестрица.
Связь обрывается вновь. По дороге домой закидываю последние деньги сестре на карту. В магазин не захожу. Во-первых, поздно уже ужинать, во-вторых денег нет.
Дома принимаю душ.
Снимаю однокомнатную квартирку на окраине города. Месяца три, как ушла от Андрея. Да как только финансы стали более менее позволять, сразу же свалила от него. Не вынесла ежедневного абьюза и газлайтинга. Уж лучше тратить часы на дорогу на работу туда и обратно, чем жить в постоянном страхе и унижениях.
После душа застирываю трусики, критично осматриваю юбку. Порвали, гады! Но, по шву. Сейчас возьму иголку и нитку и зачиню. Благо, юбку есть куда ушивать, чего не скажешь об остальных вещах. Большими они мне все стали! В последнее время я сбросила килограммы. И раньше-то особо полной не была, но теперь, в стрессе, безденежье и адском прессинге на работе, я утончаюсь со страшной силой. А денег на новый гардероб нет. Вот и иду на хитрости. Ушиваю юбки. Потуже затягиваю пояса на джинсах и брюках…
А вот в колготках зашитых, и уж тем более в чулках, не походишь. Все же в приличном месте работаю… работала! Ах да, со всеми переживаниями по поводу мамы и сестры забыла о происшествии в лифте! Вот и как теперь быть после всего этого?
Вспоминаю, а мое предательское тело вновь простреливает спазмами бесстыдного удовольствия. Ну вот как так, а? И зачем только ехала с ними в одном лифте? Зачем Максим Эмирханович наорал на меня так? И что они со мной сделают после этого? Уволят?! Но мне нельзя увольняться! Никак нельзя!
   
Глава 2
 
Мои мысли прерывает звонок в дверь. Отставляю белье в сторону. Подхожу к двери. Андрей Мразин… мой бывший абью… то есть парень. Но слово «мудак» подходит ему лучше всего. Да и фамилия, Мразин, не подкачала. Полностью оправдывает поведение и характер данного обладателя мужского детородного органа!
Может не открывать? – думаю малодушно. Я слишком усталая сегодня. Перенервничала из-за действий начальства. Мне только Мразина для полного счастья сейчас не хватает.
– Открывай! – сипит из-за створки! – Я знаю, что ты там! Глаз твой в глазке видно! Щас его на жопу натяну, будешь знать!
И хотя, дом, в котором я снимаю квартиру не совсем благополучный, но все равно мне стыдно перед соседями, и чтобы не позориться лишний раз, я открываю дверь.
– Что, не рада меня видеть?! – не снимая обуви, грязный как есть, Андрей Мразин вваливается в крохотную прихожую.
– Пивас есть? А хавчик? – идет он к холодильнику так, словно приперся к себе домой. – А что он у тебя пустой, а Милка?
* * *
– На бабло, – швыряет Андрей мне мятую пятисотенную купюру, – сгоняй мне за пивасом! И сосисок каких-нибудь прикупи. Яйца, там! Сгоношишь мне ужин нормальный! Я жрать хочу! А еще поиметь тебя по полной! Поняла?!
– Я устала… – говорю чистую правду. – Может, потом как-нибудь зайдешь?
– Офигела, сучка, так со мной базарить? – подлетает Мразин ко мне и хватает своей лапой за подбородок, – У меня твое видео! Забыла?
Нет… не забыла… когда у нас с ним еще все было хорошо, он сумел из-под тишка записать, как я наглаживала его там… в том самом месте… рукой… и теперь он шантажирует меня этим самым наглым образом! Грозится опубликовать его в сети. А я работаю в приличной компании… даже представить трудно, что со мной сделают мои работодатели, исполни он свои угрозы…
Ах, если бы не это видео! Но я не знала, что он снимает! Никогда бы не согласилась на хоум-видео! А теперь вот… Спасает одно, Андрей не каждый день вспоминает о моем существовании. Но вот сегодня. К сожалению. Именно такой день!
Быстро натягиваю джинсы, спускаюсь вниз, в продуктовый киоск. Покупаю самого дешевого пива и остального. Бегу обратно. Не потому, что хочу угодить этому козлу, нет! Просто чем раньше накормлю его, тем быстрее он свалит. Надеюсь.
Жарю яичницу. Мразин попивает пивко прямо из горла. По телевизору идет бойня. Два бугая на ринге колошматят друг друга почем зря!
Внезапно чувствую его приближение. Андрей рядом. Дышит мне в шею не очень свежим дыханием.
– Что это у тебя тут такое?! – убирает мои волосы.
Я морщусь. Засос. Ну конечно! Ведь и ледяной и огненный боссы постарались сегодня в лифте!
– Ты, шлюха, хахаля себе нашла? – Рычит Андрей, хватая меня за шею.
– Андрей, мы давно расстались… – стараюсь как можно мягче и спокойнее возразить ему. – У тебя своя жизнь, у меня – своя!
– Нет! – ревет больной ублюдок. – Это я могу драть и иметь баб направо и налево! Мои же бабы ДОЛЖНЫ держать мне верность! Я не позволю, чтобы у тебя кто-то был! Поняла?!
Еще и встряхивает меня, скотина!
– Андрей, пусти! Сейчас яйца сгорят! – мирно требую я. Потому что если сейчас сорвусь, то сорвется и он. И ударить может. А если реагировать спокойно, то поводов у него не будет. – Это… комар укусил! Не засос это…
Андрей – тупой абьюзер. И это не фигура речи. На самом деле, тупой мудак. Я вот когда-нибудь исхитрюсь и доберусь до этого видео. И сотру его к черту!
– Пусти, смотри, горит уже!
Андрей размыкает пальцы. Возвращается обратно к пиву. Я накладываю ему ужин. Он сметает его за минуту. Сыто разваливается на кухонном полукруглом диванчике.