Драконова Академия. Книга 1 (СИ)

Светлые такого подхода не одобрили, и случилась первая междраконья война.
С тех пор Тамея считалась святой, а Лозантир – нелюдем. Кстати, неудивительно, что такое не преподавали в школе, иначе даже я, воспитанная на греко-римских войнах, крестовых походах и революциях, имела все шансы стать седой заикой из-за суровой детской травмы. Потому что кровь в те времена лилась рекой, кровь драконов и кровь людей, а мир превратился в царство Смерти, которая была повсюду.
Как бы там ни было, светлые все-таки отбились от темных и решили, что они больше с ними не дружат. На этом заканчивалась история Эрда Изначального. Что касается темных драконов, они долго не думали и провозгласили себя эрдами (то есть истинными правителями этого бренного мира). Преданья старины глубокой нам и предстояло осваивать по лекциям Оллихарда. По его словам, вот это вот краткое вступление было необходимо для понимания масштабов зарождения цивилизации, а cо следующего занятия у нас начнутся подробные лекции, посвященные изначальным временам и правителям.
– Основательно готовьтесь к нашей первой практике, адепты. Пока что мы будем только усваивать материал, и спрашивать буду по всей строгости. Впоследствии нам предстоят выездные занятия на знаковые исторические места. Например, к алтарю Горрахона.
Если я правильно запомнила, Горрахон был первым правителем Мертвых земель, но он и его алтарь, где он убивал людей в обмен на подаренную силу, сейчас казались мне куда меньшим злом, чем ненаписанный роман и Валентайн Альгор.
Написать роман в непосредственной близости Люциана Драгона не представлялось возможным, потому что этот дракон драконил меня всю лекцию. И если бы только лекцию! В перерыве он исчез в неизвестном направлении, но как только я успела обрадоваться, Люциан вернулся. Со стаканчиком чего-то, подозрительно похожего по запаху на кофе, а по цвету – на облепиховый чай.
Признаться честно, у меня рука не поднялась отказаться. Во-первых, потому что я безумно скучала по кофе. Назвать меня кофеманом было нельзя, но мы с Соней часто брали лавандовый раф в нашей любимой кофейне, а потом бродили по улочкам города или ехали на залив. Задумавшись об этом, я поняла, что дело, скорее всего, не в кофе, и, прежде чем успела расстроиться, опрокинула в себя содержимое стаканчика, который принес Люциан.
– Нравится? – поинтересовался драконопринц с таким видом, как будто лично это сварил.
– Ф-ф-ф-ф… – сказала я, потому что обожгла язык и губы.
Опомниться мне, правда, не дали, потому что Люциан тут же подался ко мне и провел подушечкой большого пальца по горящей губе. Сказать, что губа загорелась еще больше – значит, ничего не сказать. Правда, уже в следующий момент жгущее ощущение сменилось приятным теплом, и очередное движение пальцев по коже показалось абсолютно лишним.
Мысль о лишнем пришла и ушла, потому что драконопринц перешел в активное наступление.
– Так гораздо лучше, правда? – низким рычащим голосом поинтересовался он, приподнимая мой подбородок.
Нет, так – это уже явный перебор. Я перехватила запястье вконец одраконевшего принца и, глядя ему в глаза, поинтересовалась:
– Ты правда считаешь, что пахучий веник и чашка горячей бурды поправят наши отношения?
– Наши отношения? – хмыкнул Люциан.
– Которых нет, не было и не будет.
– Если я правильно понял, мы в состоянии перемирия.
– Состояние перемирия не означает, что ты лапаешь меня за все места и не даешь спокойно учиться, – парировала я. – Так что если оно тебе еще нужно, это состояние, то давай придем к условиям, которые устроят нас обоих.
Люциан прищурился:
– Ты правда считаешь, что можешь выдвигать мне условия?
Я отпустила его руку и откинулась на спинку стула.
– Проверим?
Ноздри дракона раздулись. На миг даже показалось, что сейчас он, как его папа на портрете, дохнет огнем. Не дохнул. Поиграл желваками, а потом отзеркалил мою позу.
– Ладно, Ларо. Чего ты хочешь?
– Во-первых, никаких рук.
Он развернулся ко мне:
– И как ты себе представляешь жениха и невесту без рук?
 
– Отлично представляю, особенно после лекции магистра Оллихарда. Но если ты о прикосновениях, это называется ухаживания, Люциан. Мужчина ухаживает за женщиной, чтобы она сказала ему: «Да».
– То есть ты предлагаешь мне за тобой ухаживать?
– Судя по букету и этому, – я приподняла стаканчик, – ты это умеешь.
Сигнал прозвучал как раз в тот момент, когда вернулся магистр. Адепты уже расселись, последней по ступенькам поднялась бывшая Люциана, имени которой я толком не могла вспомнить. Посмотрела на меня и на стаканчик так, что будь я его содержимым, протухла бы в секунду, вздернула подбородок и прошествовала на свое место.
– Предположим, мне даже будет это интересно, – заметил он негромко. – Но у меня тоже есть условия, Ларо.
– Чего ты хочешь? – одними губами спросила я, и тут же об этом пожалела, потому что у Люциана стал очень говорящий взгляд. Пришлось поспешно добавить: – В пределах разумного.
– Чтобы ты стала моей невестой, разумеется. Сегодня за ужином.
Теперь уже я закатила глаза.
– Только после обсуждения дополнительных условий партнерских взаимоотношений.
– Идет, – неожиданно легко согласился Люциан.
И относительно от меня отстал. То ли понял, что партнерские взаимоотношения лучше не обсуждать на занятиях, то ли что-то еще, но остаток лекции я слушала почти спокойно. Не считая его постоянных попыток коснуться моей руки (в том числе и удачных).
На обед он, к счастью, не пошел – куда-то слинял вместе с Дасом, что позволило мне спокойно сесть вдвоем с Ликой. Она, к слову, дожидалась меня возле аудитории и первым делом сказала:
– Прости, что отсела. Но я не могу себе позволить привлекать лишнее внимание, ты же помнишь.
– К сожалению, Люциан об этом не знает.
– Люциан знает, но ему плевать, – Лика плотно сжала губы, потом махнула рукой. – Ладно, давай закроем тему. Просто если он будет рядом, я вряд ли смогу садиться с тобой и помогать.
Я кивнула:
– Не будет.
– С чего ты так уверена?
– Мы с ним договорились.
– О чем? – она осеклась. – Ладно, не мое дело. Пошли лучше на обед.
И мы пошли. Обед прошел спокойно, а на основах бытовой магии Люциан вернулся к своей компании, и мы с Ликой смогли сесть рядом. Это было очень в тему, потому что лекций по бытовой магии как таковых не было, оно и понятно: вряд ли записать заклинание и отдать его на самостоятельное изучение адептам – наилучший вариант обучения.
Сегодня мы рассматривали два простейших заклинания, одно – работа со светом, когда под рукой нет браслета и «умного дома», второе – ускоренное заклинание левитации, о котором говорил Люциан. То есть Люциан говорил о простейшем, а мы изучали более сложное. Я бы сказала, не только ускоренное, но и усиленное, позволяющее, например, поднять стол или тяжеленный камень.
– Все дальнейшие усложнения базируются именно на этом принципе. Вы просто наращиваете контур во столько раз, во сколько вам нужно. И насколько хватает сил, разумеется, – магистр Симьяна, невысокая пухлощекая блондинка указала на доску с расчетами. Ее удлиненное перо, и по совместительству указка, подчеркнуло последние несколько формул. – Всегда проверяйте расчеты перед тем, как что-то перемещать, адепты. Иначе это может плохо закончиться и для предмета, и особенно – для вас. Случаи, когда бытовая магия становилась причиной утраты сил, довольно редки, но тем не менее все же случаются.
– Утраты сил? – шепнула я, повернувшись к Лике.
– Да, когда ты расходуешь больше, чем можешь вложить в настоящий момент. Чаще всего это приводит к упадку магии, но, когда магия падает ниже критической отметки, может произойти полная утрата сил. Это означает, что магия перестанет восстанавливаться и тебе остается либо покупать ее всю оставшуюся жизнь, либо смириться и жить без магии.
– Ага, – многозначительно произнесла я, но больше спрашивать было некогда.