Гадкие, лживые фейри (ЛП)

— Пожалуйста, у нас есть несколько вопросов. Ты знаешь, где она?
— Не видел её несколько недель, почему ты здесь?
Тогда меня осенило, что он не нападал, а защищался. В отличие от предупреждений, которые я слышала о них, этот дикий фейри не ухватился за шанс нанести первый удар.
— Я пытаюсь предотвратить какой-то конфликт. Мне нужно поговорить с Кэролайн, — я пыталась не сглотнуть, чувствуя его когти так близко. — Если только ты ничего не знаешь об этом?
Он сделал паузу, принюхиваясь к воздуху между нами. Он резко повернул голову к Алану.
— Ты не при Дворе.
— Нет, — ответил Алан. — Пока нет.
— Почему подменыш не при Дворе? — он прищурился, глядя на меня. — И ты, ты тоже, но ты одна из них.
— Если под этим ты подразумеваешь, что я подменыш, но также и часть Двора, тогда да, — сказала я. — Ты можешь рассказать нам что-нибудь полезное? Кэролайн сказала, когда вернётся?
— Кэролайн здесь нет, и мне нечего сказать таким, как вы, — выплюнул он, опуская когтистую руку.
— Подожди! — Алан поймал дверь, когда она начала закрываться. — Ты можешь хотя бы рассказать нам, что ты знаешь о том, зачем фейри нужны подменыши?
Это заставило его остановиться.
— О чём, чёрт возьми, ты говоришь?
— Первоочередная причина появления подменышей, — медленно сказала я. — Разве это не низкий уровень рождаемости среди фейри за последние несколько столетий?
— Это то, что они вам говорят?
Он посмотрел на каждого из нас, его удивление было очевидным.
— Да, — сказала я, мельком взглянув на Алана.
Он уставился на меня, погружённый в свои мысли. Я слышала, как сердце Алана бьётся в такт напряжённости ситуации. Зимний холод у меня за спиной был приятным, заземляющим. Моя кожа зудела от нарастающего статического электричества, которое я до сих пор практически не контролировала.
— Что такого особенного в том, что они говорят нам это? — спросил Алан после долгого молчания.
— Истинный фейри не может лгать.
Дикий фейри открыл нам свою дверь.
— По крайней мере, не сознательно. Заходите, но здоровяк может оставить свою игрушку у двери.
Когда я обменялась взглядом с Аланом, он поставил своё ружье у двери, и мы вошли внутрь. В доме было пусто. Посреди гостиной стоял старый кожаный диван, потрескавшийся и потёртый от времени. Напротив него стояли два металлических складных стула и ящик из-под молока вместо журнального столика.
Мы сели на складные стулья, дикий фейри — на диван.
— Могу я узнать ваши имена? — спросил он, наклоняясь вперёд, с опасным блеском в глазах.
— Ты можешь называть меня Тея, — осторожно ответила я, — а его можешь называть Алан.
— Тея, — он моргнул и сел прямо, в его глазах была паника. — Если ты та, за кого я тебя принимаю, мне крышка. Дерьмо! Какого чёрта я тебя впустил? Мне нужно идти.
— Подожди! Девин не знает, что я здесь! — я встала, пытаясь успокоить его. — Я здесь для того, чтобы не допустить, чтобы случилось что-то плохое, пожалуйста.
— Откуда ты знаешь Кэролайн? С ней всё в порядке? Она мертва? Она в твоих подземельях?
— Она была в порядке, когда я видела её в последний раз, — спокойно сказала я. — Она нашла меня, а не наоборот. Она преследует меня, подкидывая непонятные загадки с тех пор, как началось моё изменение. Я видела её буквально на днях.
— Это… действительно похоже на неё, — он снова сел. — Чёрт. Ладно, хорошо, вероятно, я знаю, о чём она с тобой могла говорить. Я Киган. Я знаю Кэролайн со времени её изменения.
— За ней нелегко уследить, не так ли? — спросила я. — Было довольно трудно пытаться отследить её намеки.
— Не удивлен, — сказал Киган. — Что она тебе сказала?
— Она сказала, что будет война между подменышами и истинными фейри, — сказала я. — Затем она попросила меня найти зелёную книгу, что я и сделала.
— Какая зелёная книга?
Я вытащила книгу, о которой шла речь, из своей сумки и передала ему.
Он начал листать.
— Ха! Это навевает воспоминания. Да, я понимаю. Всё это есть здесь, если знаешь, где искать. В старых Дворах обычно велись такого рода бухгалтерские книги.
 
— Что ты подразумеваешь под старыми Дворами? — заговорил Алан.
— Дворы постоянно возникают и исчезают, — Киган закрыл книгу и вернул её мне. — Создаются Дворы, другие фейри их свергают, затем уже они формируют Дворы, затем их свергают новые фейри. В конце концов, судьбы останавливаются на достаточно мощных Дворах, чтобы какое-то время оставаться на месте. Врата в Ирландии были безопасными на протяжении тысячелетий, например, в то время как врата в Бразилии представляли собой мешанину Дворов с вращающимися дверями4 с тех пор, как мы записываем нашу историю. Кэролайн знала больше, чем я; я отказался присоединиться. Что-то чувствовалось… не так. Это было неправильно.
— Что ты имеешь в виду? — я была сбита с толку. — Ты не присоединился, но мог бы присоединиться?
Он пожал плечами.
— Диким фейри может быть фейри, который хочет присоединиться ко Двору, но не делает этого. Они также могут быть фейри, которых вообще не тянет присоединяться ко Дворам врат. Дикий фейри — это просто фейри, который находится в дикой природе и никому не подчиняется.
— Но я думала, что все дикие фейри хотели иметь врата?
Киган покачал головой.
— Множество, но не все. И никакое желание оказаться у этих врат не могло тогда убедить меня присоединиться ко Дворам. От многих нежелательных фейри избавились, а не приняли их с распростёртыми объятиями.
— Это звучит ужасающе, — прошептала я. — Но вернёмся ко Дворам с вращающимися дверями: как насчёт двух Дворов с супружескими парами фейри?
— Два? Я понял только о твоей, — присвистнул Киган. — Я бы сказал, что двое других достаточно скоро наверстают упущенное. Это то, что сейчас происходит в городе?
— Будет скоро, — сказала я. — Что в книге говорится о рождаемости?
— Не останавливайтесь только на рождениях, смотрите и на смерти, — сказал Киган.
— Сложите эти числа друг с другом, и тогда вы увидите что-то, о чём стоит поговорить.
— Смерти? — мы с Аланом обменялись озадаченным взглядом. — Я думала, что фейри по большей части не умирают, пока их не убьют.
Киган пожал плечами.
— Просто посмотри. Возраст на момент смерти… это, по меньшей мере, интересно.
— Истинный фейри или с происхождением подменыша?
— Не имеет значения, — он откинулся назад. — Посмотри достаточно внимательно, и ты увидишь проблему. Кто-то хочет прогнать или убить как можно больше фейри.
— Кто? — спросила я.
— Не знаю, воспоминания об этом становятся размытыми. Что-то мешает. Не только у меня, у всех диких фейри.
— Но ты хочешь напасть на придворных фейри, — медленно добавил Алан.
— А ты нет?
Лицо Кигана помрачнело.
— Скажите мне, вы двое сейчас находитесь вдали от влияния врат, чувствуете ли вы желание вернуться к ним?
Мои губы приоткрылись от удивления, когда я посмотрела на Алана.
— Да, я чувствую. Это мягкая, более слабая версия нити судьбы.
— Ты не замечала этого, пока не поискала, верно? Эта сила, которая просачивается из врат, эта земля, и у неё какие-то свои желания. Если она хочет, чтобы ты была там, она хочет, чтобы ты была там. Взывает к тебе, как песня сирены. Сейчас она зовёт не слишком сильно, но дай ей несколько недель, и этот зов станет громче.
Снаружи раздался звук промчавшейся машины, и Киган практически подпрыгнул к окну. Он выглянул, затем плотно задёрнул шторы.
— Теперь представь себе, тебя призывают к вратам, верно? Но идти туда нельзя, потому что придворные ублюдки скорее убьют тебя на месте, чем позволят ступить на свою территорию. Через несколько месяцев этот зов начинает причинять очень сильную боль. Достаточную, чтобы свести тебя с ума. Ты должен добраться до этих врат, искупаться в их существовании, но ты не можешь сделать это, не рискуя подраться, если тебя поймают. Тебе лучше немедленно попытаться защитить себя или убежать, чем разговаривать с придворным фейри.