Гадкие, лживые фейри (ЛП)

— Непосредственное.
* * *
Мы вышли из кафе через чёрный ход и подошли к мотоциклу Хизер. Она сняла шлемы с байка и надела свой, пока я пялилась на пару — фейри — через дорогу. Розовая кожа, у одной крылья, а у другой невероятно длинные волосы, почти волочащиеся за ней по земле.
— Тея?
Хизер подошла, чтобы вручить мне запасной шлем, затем увидела, что моё внимание заблудилось на другой стороне улицы, когда я не потянулась за ним.
— Я тоже их вижу. Их двое, одна весенняя, а другая осенняя.
Расправив плечи, я взяла предложенный ею шлем. Довольно скоро мы уже петляли по улицам. Кульминацией поездки стало то, что в машине рядом с нами появились фейри. Я крепко вцепилась в спину Хизер. Она оглянулась и показала им неприличный жест, прежде чем наш светофор загорелся зелёным, и мы умчались.
Мы остановились перед маленьким симпатичным многоквартирным домом.
Хизер помогла мне слезть с мотоцикла и проводила до двери.
— Дом, милый дом.
Она открыла дверь и позволила мне войти первой. Помещение было маленьким, но уютным. Большая картина с изображением мотоцикла занимала большую часть стены над диваном. Кухня была тесной, но барные стулья выглядели винтажными и очень удобными, и пахло жареными кофейными зернами.
Хизер достала телефон и одновременно отправила сообщение, пока говорила. Закончив разговор, она положила телефон на стойку и повернулась ко мне.
— Присаживайся, дай мне получить ответ о Кэндис, и тогда я смогу рассказать тебе всё. Полагаю.
— Полагаешь?
— Указания, — сказала она и закончила своё сообщение. — Вот, давай устроим тебя поудобнее, пока я пару секунд подожду ответа.
Хизер потянула меня к дивану и завернула в мягкое голубое одеяло.
— С кем ты переписываешься? Знают ли они о фейри? Могут ли они знать, где Кэндис?
— Тсс, по одному вопросу за раз. Ты должна доверять мне, помнишь? Я определённо делаю всё, что в моих силах, пока мне не разрешат сказать больше.
Плотно укутав меня, она прошла по комнате и поставила пластинку на антикварный проигрыватель. Комната наполнилась мягкой, успокаивающей музыкой ушедших эпох. Когда её телефон завибрировал на стойке, она схватила его.
— Не могу поверить, что ты не поговорил с ней! — огрызнулась Хизер.
Зацикленная на телефонном звонке, я не могла оторвать глаз от выражения лица Хизер в поисках каких-либо признаков неприятностей. Мои костяшки пальцев побелели от того, как сильно я вцепилась в одеяло.
— Ты издеваешься надо мной? Она уже всё видит, а теперь Кэндис пропала, — пауза. Она закатила глаза. — Да, всё.
Хизер одарила меня нежной улыбкой, и тут же начала снова спорить по телефону.
— Это не может быть невозможным, это уже произошло. Послушай, она сейчас у меня дома. Дай мне разрешение поговорить с ней об этом.
Она прислонилась к стойке.
— Нет, пока нет, но если я буду продолжать так усердно напрягаться, я не смогу сделать это завтра на работе. У меня нет твоих запасов маг… э-э… я имею в виду… — Хизер наклонилась и заговорила тише. — Просто скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала.
Она кивнула, прислушиваясь, начала обходить столешницу и что-то делать в своих кухонных шкафчиках. Звон посуды и льющаяся вода были единственными звуками, которые я могла слышать, пока она прижимала телефон к уху плечом.
— Хорошо, мы сделаем это, по-твоему, но я всё ещё считаю этой ошибкой. Нет. Нет. Отлично. Да, я напишу тебе позже. Пока.
Хизер закончила разговор, затем опустилась на диван рядом со мной.
— Кто это был? — спросила я. — Он тоже что-то видит?
— Мой босс, и да, — сказала она, указывая на кружку горячего шоколада передо мной. — Извини, я не держу чай дома.
Я взяла кружку, позволяя теплу просочиться в мои пальцы.
— Спасибо. С Кэнди всё в порядке?
Хизер вздрогнула, нервно постукивая себя по коленям.
— Да, о ней сейчас позаботятся, я обещаю. Она в безопасности от любого вреда.
Часть напряжения покинула мои плечи. Если Хизер сказала, что с Кэндис всё будет в порядке, я ей верила. Мне было бы лучше, если бы я увидела Кэнди, но я доверюсь Хизер.
 
— Теперь, фейри. Ты историк, верно? — тихо спросила Хизер.
— Давай посмотрим на это логически. Если бы ты каталогизировала неизвестный предмет, что бы ты сделала, чтобы узнать о нём больше? Рассмеши меня. Чем занимается археолог?
— Они могли бы начать с детализации характеристик объекта. Ты знаешь, записать его размер, вес, текстуру, материал… такого рода вещи.
— Отлично, давай начнём с этого. Если бы ты могла прикоснуться к одному из них, поговорить с ним, смогла бы ты сказать, что они настоящие? Если бы у тебя были каталогизированные доказательства?
— Думаю, в данных обстоятельствах мне пришлось бы.
— Я хочу сказать тебе несколько важных вещей, но мне нужно, чтобы ты была открыта к тому, что я хочу сказать.
Горячий шоколад, ставший новым центром притяжения, снова оказался у меня в руках. Хизер снова натянула одеяло на мои плечи, её движения всё ещё были немного напряжёнными.
— Ты хочешь поговорить с одним из них?
— Разве это хорошая идея? Разве они не жестокие?
— Об этом поведало тебе твоё исследование?
Прямо сейчас не было возможности ясно мыслить. Когда я взглянула на блокнот в своей сумке, Хизер поняла намёк и вытащила его для меня. Мои пальцы дрожали, когда я переворачивала страницы, но не так сильно, как раньше. Дойдя до страницы, на которой я написала свои самые сжатые мысли, я решила доверить свои ответы исследователя Теи, а не паникующей Теи.
— Есть злые, но есть и хорошие.
— Что, если бы я была фейри? Ты бы сочла меня жестокой? — спросила Хизер.
Мои руки замерли, и я посмотрел на неё.
— Ты была моей подругой в течение многих лет. Если бы ты была злой, я бы узнала об этом раньше. Я доверяю тебе.
Она расслабилась.
— Ты можешь пообещать сохранить такое отношение, если я сделаю что-то странное?
Кивнув, я поставила кружку на стол, боясь её уронить.
— Да.
Хизер глубоко вздохнула, затем потянулась к глазу. Она за что-то потянула. Она достала контактную линзу и положила её на стол, а когда снова повернулась ко мне — её глаз был золотым. Совершенно неестественно медово-золотым.
— Ты одна из них, — мой голос прозвучал сдавленным шепотом.
Она сняла другую линзу и положила её на стол.
— Нет. Не совсем. Я родилась человеком. Мне нужно было раздобыть линзы для… ну, ты знаешь. Мои глаза — самая трудная часть моего гламура, которую труднее всего поддерживать, и ты уже видела сквозь него.
Мой желудок сжался. На следующий день после вечеринки, когда она уронила кружки, а потом убежала.
Хизер потянулась ко мне, и я вздрогнула. Она отдёрнула руку, на её лице была очевидна боль. Она встала и отступила назад, сняла кожаную куртку и повесила её на крючок у двери. Она медленно выдохнула, и её кожа изменилась. Черты её лица заострились, уши заострились, и она приобрела мерцающий бронзовый оттенок.
В этот момент она больше походила на металлическую статую, чем на живого человека. Её ногти удлинились и стали походить на когти, а блестящие чёрные волосы замерцали, как и всё остальное в ней. Её золотистые глаза засияли ещё больше, придавая ей потусторонний вид.
— Как я уже сказала, я родилась человеком. Я выросла на ферме примерно в часе езды от города. У меня были нормальный человеческий папа, нормальная человеческая мама и нормальная человеческая сестра. Когда мне было около девятнадцати, меня выбрали подменышем.
Я запнулась, ужаснувшись.
— Разве это не украденные дети?
— Нет, больше нет. Когда-то давно, возможно, но не сейчас. Теперь они выбирают взрослых, и тщательно обдумывают жизнь, которая будет нарушена. Фейри могут уговорить человека измениться с нужным уровнем общности и превратить его в фейри. Это значит, что ко мне прикоснулись фейри, дали еду фейри…