Босс с прицепом (СИ)

Я взяла мальчишку за руку, поймала его умоляющий взгляд. И у меня включился материнский инстинкт, который я вот уже пару месяцев пытаюсь отключить. 
Теперь я не могу просто отдать пацана этим придуркам. Я должна понять, что тут происходит. Почему здоровые мужики загоняют маленького мальчика, как псы на охоте. 
Меня накрыло чувство ответственности. И я успокоюсь только тогда, когда ребенок будет в безопасности. 
- Он сбежал! - пыхтит толстяк. - Мы должны поймать его и отвести к отцу. 
- А то он нас в асфальт закатает, - вторит очкарик. 
- Ладно, - киваю я. - Но я пойду с вами. 
Интересно, что там за отец такой? Посмотрим. 
  
2
 
Виктория 
Я - старшая дочь в многодетной семье. У меня три брата. Младших! 
Когда родился Ваня, мне едва исполнилось три. Когда на свет появились близнецы Саша и Паша, я уже пошла в первый класс. Мне было семь лет, и я была самостоятельной барышней, умеющей мыть посуду, подметать пол и, естественно, вытирать сопли младшему брату. 
Конечно, я надеялась, что мама родит сестренку. Даже имя ей придумала - Аленушка. Но мама снова родила пацанов. Двоих! 
Все детство я была нянькой. Всю жизнь жила в мальчишеском мире. Всегда чувствовала ответственность за младших. 
И вот, наконец, два месяца назад я съехала от родителей в миленькую девчачью квартирку. Сбросила с себя груз ответственности. Избавилась от материнского инстинкта. Думала: теперь я и близко не подойду к детям! А своих заведу не раньше, чем через десять лет, когда мне будет за тридцать. 
И что же? 
Я снова веду за руку сопливого мальчишку! Грудь снова сжимает тревога. И возмущение. Кто-то обижает ребенка! Я не могу пройти мимо.
Как же отключить этот дурацкий материнский инстинкт? 
Я хочу жить своей жизнью! Хочу побыть эгоисткой и, пока не заведу свою семью, успеть урвать немного беззаботной жизни.
Я крепко держу мальчишку за руку. Нас сопровождает конвой: долговязый парень впереди и запыхавшийся толстяк сзади. Пацан косится на них злыми глазами пойманного волчонка. 
- Как тебя зовут? - спрашиваю я. 
- Максим, - насупившись, отвечает он.
- Хочешь сбежать, Максим? - спрашиваю я. 
Он кивает. И смотрит на меня с надеждой. Как будто надеется, что я отвлеку конвоиров, пока он уходит огородами. 
Я, конечно, ему сочувствую. Но я взрослый ответственный человек! Такие поступки не в моем стиле. 
- А почему хочешь сбежать? - спрашиваю я. - Папа тебя обижает? 
Пацан снова поднимает на меня глаза, на этот раз они полны оценивающей задумчивости. Решает, стоит ли жаловаться на родителя. Просчитывает, что ему выгоднее. Я все его мысли насквозь вижу.
Нет, он вовсе не невинный ангелочек. Он тот еще чертенок. Но это не значит, что его надо загонять, как дичь!
Я уже подумываю о том, чтобы передать пацана парням и убежать на встречу. Но Максим спрашивает с надеждой:
- Ты не уйдешь?
- Уйду.
Он хмурится. 
- Но не сразу, - уточняю я. - Сначала посмотрю на твоего папу. Почему ты от него сбежал?
Мальчишка не успевает ответить. 
Долговязый очкарик распахивает дверь. И нашим глазам предстает живописная картина. 
Какой-то мужчина в костюме стоит спиной к нам. Перед письменным столом. А на столе, похоже, расположилась девица. Я вижу женские руки, обвивающие мужскую шею. Слышу томный голос с придыханием: 
- Арсений…
Хоть мужик в штанах, но у меня не остается сомнений в том, чем они там занимаются. 
- Папа! - слышу я голос Максима. 
И успеваю заметить, как он сердито сжимает губы и хмурит упрямый лоб.
- Арсений Михайлович, - смущенно произносит очкарик. 
Мужик оборачивается… блин! Это тот самый маньяк из лифта. Тип со взглядом дохлой рыбы. 
И как только эта девица не побоялась с ним связываться? У него же на лбу написано: извращенец. Большими горящими буквами. 
Судя по реакции мальчишки, эта раскрепощенная брюнетка явно не его мама.
 
Вот почему он сбежал! Его отец обжимается с посторонними тетями и отправляет на охоту за сыном своих сотрудников. Даже не прекратив обжиматься! 
Таким козлам точно нельзя иметь детей. 
- Поймали, - долговязый победно отчитывается перед боссом. 
- Максик! 
Папаша идет к мальчишке, на ходу поправляя воротник рубашки. Тот прячется за моей спиной. Я встаю между ними. 
Маньяк протягивает руку и молча отодвигает меня. Как будто я неодушевленный предмет! Мебель какая-нибудь.
- Максимка…
Он присаживается перед сыном. 
- Ты так меня напугал! Где ты был? 
- Гулял, - угрюмо бурчит тот. 
- А почему без разрешения?
Я тем временем смотрю на брюнетку. Она - на меня. Сканирует оценивающим взглядом. Как будто увидела конкурентку. 
Успокойся, дорогая. Мне твой озабоченный босс даром не нужен. 
А вот Максим все еще сжимает мою ладонь…
- Где ваша мама? - подаю я голос. 
Озабоченный выпрямляется. Смотрит на меня. Глаза темные, злые. Меня как будто снова окатило жутким подземельным холодом. Я не удержалась и зябко поежилась. 
Но меня просто так не запугать! Я даже взгляд не отвожу. 
Суровый босс обращается к своим сотрудникам, кивая на меня. 
- А это кто? 
- Да она… Это… На лестнице… Мы там Максима ловили, а она помогала. 
- Я не помогала! - возмущенно протестую я. 
- Она не хотела меня им отдавать, - выдает Максим. - Вдруг ты меня обижаешь. 
- Обижает? - спрашиваю я мальчишку. 
Тот одновременно пожимает плечами и отрицательно мотает головой. 
- Так где ваша мама? - спрашиваю я. 
Бросая многозначительный взгляд на брюнетку. Специально для нерадивого папаши. И он это замечает.
- Не ваше дело. 
Надо же, его величество ответило мне лично! Какая честь. 
- Максим, иди в мой кабинет, - командует маньяк. - Быстро. 
- Собираетесь его наказать?
- Это вас тоже не касается, - бросает он с ледяным спокойствием. 
- Я на вас завяление напишу, - в тон ему говорю я. - В органы опеки.
- Что?! 
- И журналистов позову. 
Сама не знаю, зачем я это ляпнула. Как подобная идея вообще пришла в мою дурную голову?! Просто он так по-хамски себя ведет… Взбесил. 
Мне удается увидеть, как с демонического Арсения Маньяковича слетает ледяное спокойствие. И в холодном синем мраке его глаз мелькают желтые языки пламени.
Жуткое зрелище, надо сказать… Но я продолжаю, пусть и с риском для жизни: 
- Вы явно не справляетесь с воспитанием ребенка. Ваши сотрудники охотятся на него, как будто он какой-то заяц. Загоняют, ловят. А вам вообще нет до него дела! Вы же понимаете, что он не просто так убегает… 
Долговязый и толстяк смотрят на меня с ужасом. Как будто не сомневаются, что их демонический босс сейчас сожрет меня без соли и без перца. 
Не успеет! Я уже ухожу. И так из-за них опоздала на важную встречу. 
Я сказала все, что хотела. Это было глупо и неосмотрительно. Но, может, горе-папаша хотя бы задумается? Тогда я буду считать, что все это было не зря. 
- Почитайте какую-нибудь книжку о воспитании детей, - выдаю я на прощанье. - А лучше сходите к психологу. 
Уверена, что психолог ему не поможет. Но мальчишка-то классный. Не повезло ему с папашей.
- Послушай, девочка, - грозно произносит маньяк. - Сейчас ты выйдешь отсюда. И постараешься больше никогда не попадаться мне на глаза. А если я тебя еще когда-нибудь увижу… Или услышу о тебе…
Блин, реально жутко! 
Он даже не сказал, что конкретно сделает, если я нарушу запрет. Но у меня от страха свело желудок и ослабли колени. 
Я выхожу из кабинета. 
Чувствую, что щеки пылают. От неловкости и злости. Этот маньяк обращался со мной, как с каким-то низшим существом! А я вела себя, как идиотка.