Тафгай 4 (СИ)
— Ясно, — покраснела девушка и представилась, — меня зовут Варя, то есть Варвара Варшавская. Скажите, а что такое садовое мазо?
— Это вид массажа, очень жёсткий, запрещённый в Советском союзе, — шепнул я Варваре.
***
В автомобиль, в выданную мне на время чёрную «Волгу», уселись впятером. На переднее сиденье — товарищ Варшавская, на заднем уместились Ковин, Скворцов и «Малыш» Александров. Белая «Волга», которая принадлежала редакции газеты, покатила следом за нами.
— Познакомьтесь, Варвара, — я кивнул на заднее сиденье. — Это Трус, Балбес и Бывалый в юности, ещё до того как их стал снимать в кино Гайдай. И пока кто из них кто не ясно, я чтобы проще было запомнить зову их три «Бэ», то есть три Балбеса.
— Я смотрю у вас очень дружная команда, — тихо захихикала девушка.
— Очень, — поддакнул Боря Александров. — Сейчас на тренировке увидите, как мы друг друга уважаем уже четвёртый день подряд. Только борты трещат.
«Да, — грустно подумал я, выруливая из леса. — Как слух разлетелся, а затем и подтвердился, что часть команды уже по окончании сезона перебирается в Москву, так между парнями, словно чёрная кошка пробежала. Например, защитников Фёдорова с Куликовым, которые играли раньше в разных сочетаниях, теперь главный тренер Сева Бобров вынужден был поставить в одну пару. Чтоб поменьше было на льду ругани и споров. С тройкой нападения Саши Федотова лично я и мои пионеры чуть ли не каждое занятие бились в кровь. Хуже того, в «Торпедо» теперь появилось два капитана, Лёша Мишин командовал своими ребятами, «патриотами», а я руководил теми «предателями-гастролёрами», которые доигрывали последний сезон. Ими оказались вратарь Минеев, защитники Фёдоров и Куликов, и нападающие Александров и Свистухин, а так же примкнувшая к нам прогрессивная молодежь Скворцов, Ковин и Доброхотов. Хуже всех приходилось Коле Свистухину, ведь он в своей пятёрке остался один против четырёх «патриотов». И то игровое сочетание, которое отвечало за сдерживание сильнейших игроков команд соперников, можно сказать перестало существовать. Так как без взаимовыручки и подстраховки в хоккей играть невозможно. Лишь вратарь Витя Коноваленко держал в конфликте нейтралитет».
— Мальчики скажите, а почему в хоккее ворота такие маленькие, а в футболе большие? — Спросила Варвара всех, кто ехал в машине.
— Почему? — Улыбнулся я наивному вопросу. — Это потому, что в футбол играют люди с плохим зрением и заторможённой реакцией, они и в такие ворота редко попадают. В хоккее же всё наоборот.
— Да, у нас на льду еб, — запнулся на полуслове Александров. — То есть лицом щёлкать нельзя. Размажут в одно мгновенье. А в футболе пнул со всей силы по мячу и сиди отдыхай, набирайся сил.
***
Перед самой тренировкой, чтобы избежать нового кровопролития, Сева Бобров, второй тренер Игорь Чистовский, тренер вратарей Саша Котомкин, капитан команды Лёша Мишин и я закрылись в тренерской комнате.
— Слушаю ваши предложения, — угрюмо выдавил из себя Всеволод Михалыч. — Нам осталось провести в чемпионате всего одиннадцать игр, и вместо того, чтобы собраться и добиться заслуженных медалей, мы ломаем друг друга во время тренировочных занятий. Что предлагаете с этим делать?
— А ничего делать и не надо, — так же угрюмо произнес Лёша Мишин. — Гастролёры, — он кивнул в мою сторону, — играют своей пятёркой, мы своими двумя. Свистухина сажаем на лавку, а вместо него выпускаем Витю Доброхотова.
— В принципе я поддерживаю, — согласился второй тренер Чистовский, который уже готовился после Бобров принять горьковское «Торпедо».
— А я нет! — Громко сказал я. — Свистухин показал себя в играх против очень сильной Чехословакии, а мы его за то, что он уходит в конце сезона, на лавку сажаем «мариновать»?
— Какой ты видишь выход? — Спросил Сева Бобров.
— К Свистухину ставим на левый фланг Ковина, а направо Доброхотова. — Предложил я. — Ребята за три месяца заметно заматерели, килограмм восемь мышечной массы нарастили. И отыграют не хуже Смагина и Шигонцева.
— Ну, ты, Тафгай, молодец, только о себе «печёшься», — накинулся на меня Игорь Чистовский. — Вы отчалите, а у меня в команде, только одна наигранная пятёрка останется. Всеволод Михалыч, я тебя конечно уважаю, но так дело не пойдёт.
Сева Бобров посмотрел на меня. Я же снова почесал затылок и внёс новое предложение, которое могло устроить всех:
— Хорошо! В мою пятёрку вместо Сашки Скворцова переходит Коля Свистухин. Атакующая мощь у нас снизится, зато в обороне будет без пожаров. А в третью пятёрку собираем молодежь. Ковин — направо, Доброхотов — в центр и Скворцов на свой любимый левый фланг. И когда мы отчалим, — я мстительно посмотрел на второго тренера Чистовского, — в «Торпедо» останутся две наигранные хорошие пятёрки. Ваша, ветеранская, и перспективная молодёжная.
***
На живом хоккее Варя Варшавская оказалась в первый раз в жизни. Когда её младший брат-школьник и папа, главный бухгалтер «Кондитерской фабрики 1 Мая», кричали перед телевизором: «Шайбу! Шайбу!», это было не в счёт. На катке всё совсем по-другому. Первое — ледяное поле обозревалось целиком, второе — видно эту маленькую и юркую шайбу, третье — чувствуется нерв игры. Особенно волнительным было наблюдать, когда хоккеисты, сталкиваясь друг с другом и матерясь, грохались на лёд. А Иван Тафгаев, который просто притягивал взгляд, носился по полю как гора и колотил обидчиков игроков своей пятёрки. Сам же первым никогда никого не трогал.
— Здравствуйте девушка, — к Варваре, которая почти в одиночестве сидела на центральной трибуне, подсел невысокий мужчина. — Меня зовут Иосиф Львович Шапиро. Я начальник этой команды. Статью будете о нас писать? Или просто интервью запишите с Всеволодом Михалычем?
— Там видно будет, но главред требует большой развёрнутый материал, — пожала плечиками девушка. — Сами понимаете, Новый год только что отпраздновали, писать пока особо не о чём.
— Понимаю, понимаю, — задумался Иосиф Львович. — Просьба у меня к вам большая, вы не пишите, что в команде не здоровая атмосфера.
В подтверждении его слов на льду прямо в десяти метрах от тех мест, где сидели начальник команды и журналистка, вспыхнула драка. Тафгаев один бил двоих, а третьему кричал, чтоб тот не лез, если жизнь дорога. Наконец, главный тренер Всеволод Бобров дунул в свисток, и хоккеисты разъехались на разные половины площадки.
— Дааа, — тяжело вздохнул товарищ Шапиро. — Я сейчас всё объясню, некоторые игроки по окончании сезона переходят в московские команды, а другим ребятам обидно. А так парни хорошие, и команда отличная, а это всё скоро утрясётся. У нас 6-го игра, 9-го опять игра, а 12-го с самим ЦСКА будем биться в Москве. Не до распрей станет мальчишкам, помирятся.
— Мы тоже иногда с младшим братом соримся, — улыбнулась Варвара. — Бывает. А ответьте мне на такой вопрос — зачем у вас на базе живут коты и кошки? Вы даже домики для них какие-то построили.
— Ну, коты, — важно заметил Иосиф Львович. — Как говорили древние египтяне: «Глазами кошки смотрит Бог». Ещё наши предки в новый дом первой запускали кошку, на удачу. Вот и у нас коты живут для спортивной удачи. Вон, Ивана идея. — На этих словах пятёрка Ивана Тафгаева, разыграв красивую размашистую комбинацию, забросила шайбу в ворота. — Смех смехом, суеверия суевериями, а «Торпедо» идёт на первом месте — это раз. Девочка наша фигуристка из школы олимпийского резерва Женя Соколова выиграла чемпионат СССР и отобралась на Олимпиаду в Саппоро — это два. А какой тренер к нам приехал, мировая легенда, Всеволод Бобров — это три.
— Интересно, — протянула Варя Варшавская, поглядывая украдкой на самого большого хоккеиста на площадке.
***
«Смешно с журналисткой получилось, — усмехнулся я про себя, когда присел на лавку на минутный перекур. — Чуть её в интересную позу сразу же около дверей не поставил. Всё, пора завязывать шашни с женской сборной по лыжным гонкам. Вот чем могут закончиться для одинокого и холостого мужчины новогодние танцы шмансы и последующие в своей отдельной комнате обжимансы. Сначала одной безобразнице сделал «массаж», а она взяла и на следующий день показала лучшее время на трассе, затем потянулись её подруги. Ведь все хотят в основной состав пробиться. А я что? Мне свободному мужчине не жалко. Только во всём должен быть порядок, график работы, выходные дни, часы отдыха. Но теперь всё. Впереди «Динамо», ЦСКА и японская Олимпиада. А эта новенькая Варвара ничего так, красивая. Волосы длинные и золотистые, глаза большие, нос прямой. Если бы сейчас снимали сериалы, то она вполне бы могла сыграть отличницу, которая закончив ВУЗ, пришла на первую свою работу».