Пленница Лютого (СИ)
Только откровенная честность с самой собой, чем я не занималась очень давно. Знакомый подогнал мне контакт неплохого психолога, которая была в курсе криминала, но молчала об этом. С Кирой можно быть честной, откровенной. Она больше молчала, чем говорила, давала высказать мне всё накипевшее.
И это было… неплохо.
Огненно на самом деле, когда можно выпить вино и обозвать Лютого мудаком. Мне нужен был человек, с которым можно просто поделиться, потому что я столько лет держала тайну сталкера в себе. Кира молчала, как я её просила, не лезла с советами, только поддакивала на мои оскорбления в сторону сталкера. И это именно то, в чём я нуждалась.
Высказаться и понять куда я хочу двигаться.
– Я точно стану толстой и меня бросят, - Аня супится, нижняя губа дрожит. – Не нужно было брать вафельный торт.
– Если тебя Давид бросит, то всегда Алан остается. У тебя два варианта, Анют, можно расслабиться.
– А у тебя?
– А у меня ни одного.
Телефон молчит, я почти не обращаю на него внимания, потому что Лютый из моей жизни исчез. Испарился, будто его никогда не было. Сначала было непривычно, а потом я смогла расслабиться, впервые за много лет.
Меня тянет написать Лютому сообщение, но я сдерживаюсь. Это… Это сложно, но обязательно. Лечение часто бывает неприятным, но всегда необходимо.
Я попросила у мужчины месяц, просто чтобы разобраться в себе. Долгий месяц, за который я хотела разложить всё по полочкам. Я на самом деле что-то чувствую к Лютому или это стокгольмский синдром.
Я хочу сталкера, который преследовал меня, или парня, который был лучшим другом брата? Я сейчас не готова к новым рискам, поэтому не хочу никого другого? Или мне в принципе не нужен другой мужчина, только Лютый?
Так много вопросов, над которыми я никогда не задумывалась. А теперь работаю, радуюсь, что всё становится понятным. Будто ты всю жизнь смотрел вокруг со зрением минус десять, а теперь тебе подарили очки.
– Как ты можешь оставаться такой худой, Тин? Я завидую тебе так сильно…
– Я не беременна. И после этого, - киваю на стол с десертами и молочными коктейлями. – Я пойду бегать километров десять.
– Я максимум до ванной бегаю. Или от своих мужчин, как когда. Давай пройдёмся? Впервые так солнечно.
– Тебе не влетит? Ты обещала здесь сидеть.
– Ну, я здесь сидела, а гуляла не здесь. Про гулять мы не обсуждали ничего.
Аня легко отмахивается, не переживает ни о чём. Она заполучила двух мужчин, которые привыкли всё держать под контролем, а теперь крутит их и нервы испытывает.
Я усмехаюсь, представляя, как пришла бы к Лютому с предложением завести тройничок. То, что другой мужчина не прожил бы дольше минуты, это понятно. А вот как бы долго сталкер истязал меня, не давая кончить, пока я не заслужу прощение?
Думаю об этом, покрываюсь румянцем. Привычная волна возбуждения поднимается внутри, и тут же исчезает. Было бы куда проще, если бы моя тяга к Лютому была обусловлена только обстоятельствами. Мне не дали выбора, мозг щелкнул, чтобы спастись.
Но нет.
Угрозы больше нет, а я каждый раз ощущаю трепет внутри, когда думаю о Лютом. Это пришлось принять как данность, мой маленький дефект, который сталкер рассмотрел раньше меня.
Мы с Аней направляемся в парк, действительно погода чудесная. Март только начался, а солнце уже греет. Ни следа снега, словно зима давно прошла. И я отмечаю, как пройденный этап в своей жизни.
Зима прошла, непонятные отношения с Лютым – тоже.
Теперь новый этап в жизни.
– Кристин, слушай, - Аня дергает меня за рукав плаща, разворачивает лицом к себе. – Ты только не пугайся, но там за нами машина едет. Уже несколько минут. Черный…
– Черный джип, две пятерки, две семерки. Я знаю.
– О. Ладно. Твой знакомый? Или мне Давиду позвонить?
– Знакомый.
Один наглый, невозможный знакомый. Лютый с самого утра объявился, превратился в настоящего сталкера. Не по телефону выслеживал, а просто катался за мной. Но не вмешивался, как и обещал. Интересно, а если бы я в метро спустилась – как он бы повёл себя? Старался затеряться среди общества пенсионеров с самого утра?
Я не собираюсь подходить первой, не-а. У меня ещё впереди полторы недели спокойствия. Потому что, если Лютый вернётся в мою жизнь – всё снова будет на грани. Я знаю.
Мы с Аней прощаемся, договариваясь встретиться на следующей недели. Я не ожидала, что смогу подружиться с ней. Девушка младше меня на несколько лет, намного мягче и невиннее. Но мы как-то встретились, разговорились и… Оказалось, что неплохо иметь подругу, которая не только о мужиках думает.
И которая не сдает тебя матери. Валя разозлилась, что я не хочу дело заканчивать. Не посадила Лютого, подставила её «Масика» своим твердым отказом. Вот и позвонила моей маме, рассказав всё, что знала обо мне. Правду, конечно, но я такой подставы не ожидала.
Ничего, маму уже давно переключилась на новую тему. Теперь я снова одинокая дочь, которую нужно скорее куда-то пристроить, а то помру старой девой.
Я возвращаюсь в квартиру только ради того, чтобы переодеться в спортивный костюм. Я не шутила, когда говорила подруге, что буду отрабатывать свой праздник живота.
К тому же бег не хуже лыж очищает мысли. Ветер в лицо, выброс адреналина, эндорфинов в кровь. Всё очень похоже. А ещё когда лёгкие пытаешься выплюнуть и задыхаешься – как-то не очень страдаешь от одиночества.
У меня всё хорошо.
У меня всё идеально без него.
Только почему-то я делаю круг вокруг дома, чтобы время от времен видеть черную машину. Хотя обычно бегаю на стадионе в километре от апартаментов.
Но это мелочи, естественно.
А ещё скорость уменьшаю, когда появляюсь из-за угла. Просто у меня интервальный бег, а волосы нужно поправлять по новым правилам федерации спорта.
Я упираюсь ладошками в колени, часто дышу. Пот стекает по лицу, заливает глаза. Выгляжу наверняка ужасно. Я не собираюсь из-за Лютого менять свои привычки. Но какого черта он именно сегодня решил приехать?
Я вчера на курсы ходила, вся красивая была. С укладкой и макияжем, в платье и на каблуках даже. Сама собой любовалась, не опасаясь того, что какому-то сталкеру наряд не понравится. А сейчас я страшилище. А он приперся.
До этого не преследовал же! Я знаю, я смотрела по сторонам, проверяла. Искренне считала, что Лютый намного раньше ворвётся в мою квартиру и потянет меня обратно. Но нет.
И это хорошо.
На самом деле хорошо.
То, как было раньше – это ненормально, даже по нашим меркам. И продолжать так всю жизнь было бы глупостью. Самой большой глупостью, которую можно было придумать.
Я машу ладонями, стараясь согнать красноту с кожи, а затем отправляюсь домой. Интересно, а Лютый до вечера будет сидеть в машине? Или ждёт удобного случая напасть?
– Привет.
Я просто моргнула, честно. Держала в руках ключи от подъезда, закрыла глаза, а уже сижу в машине Лютого. Только дверцу тяну, закрывая за собой. Совершенно не понимаю, что творю.
Судя по тому, как на меня смотрит мужчина – он тоже этого не ожидал. Сюрприз для нас двоих.
– Привет, - произносит медленно, наклоняет голову. На его лице расцветает знакомая улыбка, от которой так легко становится. – Не ожидал тебя увидеть.
– Случайно рядом оказался?
– Совершенно.
Я киваю, мол верю каждому слову. Но улыбаюсь так широко, что начинает сводить скулы. Я ещё в прошлом месяце приняла то, что у меня что-то неправильно в голове. И это не вина Лютого, он просто это показал.
Хочу себя корить за то, что рада встрече, но не могу. Я смотрю на мужчину и мне легче становится. И нет никаких сомнений внутри, которые раньше сжирали. Не отталкиваю свои желания, не бегу от них.
Я пробралась под кожу Лютому.
Он сделал со мной тоже.
Это можно принять, жить с этим, не страдать.
И необязательно быть вместе, чтобы просто подпитываться этой дикой энергией, что теплится внутри. Адской смесью чувств, от которых иногда мозги отключает.