Кроме тебя (СИ)

Несколько мгновений, а может и минут, мы внимательно разглядываем друг друга, как будто пытаемся прочитать мысли, терзающие душу. Затем он говорит: 
— У каждого есть история из прошлого, которая не отпускает и не дает полноценно жить настоящим… 
И Артем замолкает и уходит в себя, опуская руки, отчего становится зябко. 
Его слова заставляют думать, что нас обоих объединяет нечто большее — прошлое. Одно слово из семи букв, но в нем столько боли… Я понимаю, насколько это трудно. 
Действительно понимаю. 
После затянувшегося молчания, когда я уже не ожидала  ничего услышать, он тихо попросил: 
— Пожалуйста, посиди со мной немного. 
Так мы и сидели на лавочке — два одиночества, объединенные прошлым, которое так не хочет отпускать… 
*** 
Было странно вот так вот просто сидеть рядом с Артемом — парнем, которого я толком и не знаю — и при этом вместо дискомфорта ощущать уют. Впервые за долгое время минуты не тянулись бесконечно, а молчание, царившее между нами, не напрягало — было только умиротворение. И лишь запись на лавочке чуть отвлекала — мои же пальцы бездумно проводили по ней, ощущая каждую неровность. Но присутствие Артема притупляло горечь. 
— Кир, — через некоторое время позвал он меня. — Спасибо тебе большое. 
— И тебе, — искренне отвечаю ему. Сидим так некоторое время, затем Артем спрашивает: 
— Тебя же тоже не отпускает прошлое? Из-за него ты в прошлый раз…? — замолкает он, не зная как закончить вопрос. 
— Да, — кратко отвечаю. — Как думаешь, — спрашиваю спустя некоторое время, повернувшись к нему и внимательно всматриваясь в его профиль, — это когда-нибудь пройдет? 
— Думаю, да, — через несколько минут уверенно отвечает он и разворачивается ко мне. — Кира! — испуганно восклицает он и поспешно встает. 
Я же недоумеваю. 
— Вот я дурак! — обругивает себя Артем, а я все также не понимаю, что происходит. Видимо, он видит немой вопрос в моих глазах, поэтому разъясняет: 
— Ты же вся дрожишь! Наверняка замерзла! Еще бы — зимой сидеть на лавочке. И все из-за меня! 
Только после его слов я начинаю ощущать, что мне действительно холодно. Ведь как-никак зима, а мы сидели на холодной лавочке уйму времени. Рук я и вовсе не чувствую. Просто не люблю перчатки, поэтому зачастую прячу руки в карманах — но не в этот раз. 
— Артем, не волнуйся. Мне почти не холодно. И вообще, я сама виновата, — не хочу, чтобы он чувствовал себя виноватым из-за того, что я так чувствительна к холоду. Да и не заставлял он меня делать то, что я сделала — это было моим желанием. 
— Пошли, — говорит парень и протягивает мне руку, которую я принимаю и тоже встаю. Он, как и в прошлый раз, берет обе мои онемевшие руки и пытается согреть в своих ладонях. В этот раз я отчего-то не сопротивляюсь. Затем он подносит их к лицу и начинает на них дуть, пытаясь согреть своим теплым дыханием. Мурашки покрывают все мое тело, и я надеюсь, что все дело в зимнем холоде. Затем он снимает с себя шарф и, судя по всему, хочет им укрыть мои руки. 
— Артем, не стоит, — пытаюсь как и в прошлый раз спрятать руки в карманы, но он не позволяет. 
— Стоит, — упрямо говорит он и заворачивает мои руки в шарф как в муфту. После берет меня под локоть и ведет за собой. 
— Ты простынешь без шарфа, — озабоченно рассматриваю его неприкрытую шею. — Простудишься, — продолжаю, а Артем молчит, как будто я разговариваю сама с собой. — Заболеешь, — пытаюсь до него достучаться. — И все из-за меня, — говорю то же, что и он несколько минут назад. 
— Беспокоишься обо мне? — усмехается Артем и изучающе вглядывается в лицо. 
— Вообще-то да, — отвечаю ему, хмурясь и не понимая, что его веселит. — Знаешь ли, не хочу стать причиной твоей болезни! 
— А если я заболею, ты будешь меня навещать? — хитро прищуривается он. 
— Конечно! — ляпнула, не подумав. 
— Тогда я буду надеяться, что заболею, — выдыхает он. 
— Ты дурак? — хочу ударить его, но мои завернутые руки не позволяют сделать этого. — Хочешь, чтобы я потом мучилась? 
— Как только ты меня навестишь, мне станет лучше, — улыбается он. — Вот мы и пришли! 
 
Говорит Артем, а я вдруг вижу, что мы стоим у входа в кофейню. 
Пока я раздумываю над тем, зачем мы пришли сюда, он тащит меня за собой и быстрым шагом направляется внутрь. 
— Артем, зачем мы сюда пришли? Может, лучше по домам? 
— Ты хочешь, чтобы я чувствовал себя виноватым? — спрашивает он и одновременно усаживает меня за столик. 
— Нет, но при чем здесь это! 
— Надо чтобы ты согрелась. Я тебя угощаю, — спокойно поясняет и садится напротив. — Что будешь пить, есть? 
Я до последнего отнекивалась и говорила, что это лишнее. Но его упертость победила. Поэтому сейчас мы сидим и попиваем кофе. Точнее, он кофе, а я горячий шоколад. Зато его лицо озаряет сейчас поистине широкая улыбка, как будто бы он выиграл в лотерею. 
— А теперь, — с чувством выполненного долга произносит счастливый Артем, — когда ты приобрела цвет нормального человека, можем уйти. 
Хочется убить его взглядом за последние слова, но не могу на него сейчас злиться. 
Я подаю ему шарф, который сняла, как только мы сделали заказ, на что он смотрит на меня таким взглядом, что мне страшно. 
— Мне все равно чуть-чуть до дома осталось, возьми свой шарф. 
— Нет, — сказал, как отрезал. — Потом вернешь. 
Затем он просит мой телефон, забивает свой номер и как маленькой девочке разъясняет: 
— Чтобы отзвонилась мне вечером и сказала, как себя чувствуешь. 
Он провожает меня до дома, и чувство дежавю накрывает меня — мы снова встретились в парке, и он снова меня провожает. Если бы я верила в судьбу, то подумала бы, что это неслучайно. Но я потеряла свою веру и надежду вместе с любовью. 
Дойдя до дома, мы останавливаемся и неловко переглядываемся, не зная, как проститься. 
— Эм, — хочу что-то сказать, но в голове пустота. — Спасибо тебе и… — снова замолкаю. 
— Давай без спасибо, а то ощущение, что мы сегодня только и благодарили друг друга, — усмехается Артем. — Только не забудь мне сегодня позвонить, хорошо? 
— Хорошо. 
— Ну… тогда до звонка? — мнется он. 
— До звонка, — смеюсь я.
  
Глава 5
 
*** 
Два года назад. Конец декабря. За окном лежит белый слой снега. В светлой комнате на кровати расположились две девушки. 
— Забудь его, он тебя не стоит, — пытается достучаться до нее светловолосая девушка. 
— А вдруг с ним что-то случилось? Вдруг… — с трудом проговаривает темноволосая девушка и замолкает, не зная, что сказать. 
— Кир, — перебила ее подруга. — Он тебя бросил, смирись. Пока ты это не поймешь — не отпустишь. 
— Но может все-таки … 
— Знаю, тебе сейчас трудно, — вздыхает она и обнимает темноволосую девушку, чьи плечи подрагивают от начавшихся рыданий, и поглаживает по спине. 
*** 
В тот же вечер я позвонила Артему, как мы и договаривались, но скорее для того, чтобы убедиться, что он не простыл. 
Дозвониться, к сожалению, не получилось. Поэтому я отправила ему сообщение, где отчитывалась, что не болею и спрашивала о его состоянии. Он так ничего и не ответил, но сообщение значилось как прочитанное. Поэтому я решила позвонить ему на следующий день. 
Воскресным утром я (даже не задумываясь о том, что парень, скорее всего, спит) попробовала ему снова позвонить. На этот раз трубку взяли, хоть и совсем не с первого гудка. 
— Алло, — слышу хрипловатый голос Артема и понимаю, что наверняка разбудила парня. 
— Артем привет. Это Кира. Ты спишь? — хотелось дать себе в лоб — какой смысл спрашивать, если уже разбудила. 
— Кира? Нет, не сплю, — уже чуть бодрым голосом сообщает он. — Ты как? Не заболела? — слышу в голосе нотки беспокойства.