Злодейка для принца (СИ)
Плохо я запоминала только то, что считала ненужным. Точнее, считало моё подсознание. В большинстве случаев сознание было согласно с подсознанием, но бывали и проблемы. И в итоге из памяти вылетали две трети билетов по истории, даже когда я пыталась уговорить себя, что это надо для экзамена. Подсознание считало, что не надо, сдам как-нибудь так. Ненавижу учёбу.
Я каждый вечер пыталась вспомнить роман, в который попала, но пока без результатов. Кроме мутной истории с проклятьем принца и масштабным катаклизмом в конце не вспоминалось ничего.
Наконец, за день до часа “Х”, когда я должна была отправиться на чаепитие и помешать планам бывшей хозяйки тела, Герцог пригласил экзаменатора. Очень опытная светская львица должна была вынести вердикт: готова ли я к выходу в свет.
Экзаменатор носила пенсне. И оно всё время падало.
— Летиция, это баронесса Эстель Гонна, — представил её мне герцог.
Я изобразила лёгкий поклон. Передо мной стояла сухонькая старушка в одежде нежных цветов, держалась она прямо и надменно, как будто проглотила палку и гордилась этим. Я и баронесса смерили друг друга оценивающими взглядами. Значит, надо произвести на неё впечатление.
— Миссис Гонна, прошу, садитесь, — я показала на свободный диванчик и присела туда же вместе с гостьей.
Дома было жарко. Комната предназначалась для дружеских дворянских посиделок: помимо дивана с креслами и журнального столика тут стояло пианино на небольшом помосте, в углу книжный шкаф с толстыми и, видимо, дорогими книгами. «Отец» попросил начинать, отошёл к шкафу и сделал вид, что читает обложки. Не хотел вмешиваться, но его присутствие уже влияло на атмосферу. Я попросила принести соки и фрукты. Пенсне баронессы упало, но она вернула его обратно.
— Вы провалили первое задание, мисс Оман, — поджала сухонькие губы баронесса.
— И почему же? — растерялась я.
— Гостю следовало предложить чай.
— В такую жару? — растерялась я ещё больше.
— Настоящая аристократка не обращает на такие неважные вещи внимание, — снисходительно ответила баронесса.
— Как хотите, — я пожала плечами. — Эшли, наша гостья желает чай. Скажи, чтобы принесли. А мне ещё лимон, стакан воды и кусочки льда.
— Будет сделано, госпожа, — раздалось, как обычно, где-то сбоку от меня.
Баронесса вздрогнула и снова уронила пенсне.
— Какая... незаметная служанка, — вернула себе надменный вид она.
— Я тоже никак не привыкну, — поделилась я.
— Что ж, начнём. Процитируйте стих о лете за авторством Жака Фэрра.
Разумеется, я его не помнила. А этого Жака запомнила только потому, что он, как кот Леопольд, предлагал жить дружно вместе с демонами. Демоны здесь были кровожадной варварской расой, питающейся местной магической энергией. Они пришли из другого мира, но их выгнали обратно, запечатав их портал. Именно первый император, Юстаф, догадался это сделать и даже практически сам, с небольшой помощью, накладывал магическую печать. Юстаф Третий, от которого за это время не было вестей, похоже, не перенял сообразительность предка…
Из-за того, что один из учителей в красках рассказывал о войне с демонами и пугал тем, что некоторые из них остались и скрываются под людской личиной, я впечатлилась и перепугалась. Подсознание сочло их опасными, и я легко запоминала всё, что связано с ними. Вот только как мне это поможет сейчас?
Экзамен, похоже, был провален, хотя даже не начался. От досады я тихонечко сжала под столом ткань платья.
— Молчите? Это же классика! О чём вы будете говорить с другими девушками на вечерах?
Чуть не ляпнула, что о шмотках и парнях, но вовремя перевела на дворянский:
— О моде и женихах?
— Да, но... Это всё пустое, вам, как будущей императрице не предстало так легкомысленно себя вести! В этих стихах жизнь, чувства, вечные темы. Это не просто красивые строчки и рифма, заведя разговор о творчестве Фэрра, вы затронете темы справедливости, милосердия, жизнеутверждающие…
Пока она читала лекцию, мой мозг нашёл лазейку. Если баронесса хочет видеть меня будущей императрицей, пусть получит политический ответ:
— Я в любом случае не собираюсь обсуждать стихи предателя, сочувствующего демонам, — твёрдо перебила я.
Повисло молчание. Баронессе, видимо, нечего было сказать, потому что она в этот раз даже не подняла упавшее пенсне.
А что, хорошая тактика. Я плохо помню поэтов и философов, но зато история мира и страны хорошо врезалась в память. А демоны так уж тем более.
— Кхм, следующий вопрос, — наконец, собралась баронесса. — Теория Пэдро Роина...
— Есть теория, что теория Роина — бред, приснившийся с похмелья после проигрыша в кости, — очень удачно вспомнила я. — Вам точно её пересказать?
Дальше разговор пошёл примерно в том же ключе.
— Тогда Стефоний...
— Запретила бы все романы этого женоненавистника!
— Трактат Рауэрса…
— Чушь психически больного, — иногда я говорила наугад.
— А этот...
— Говорят, он их тех... ну, вы понимаете, — я многозначительно пошевелила бровями. — Этих.
— Так и знала! — всплеснула руками герцогиня. — Я догадывалась, но не хотела верить.
Наконец, двери открылись и вошла Энн с подносом. Я порадовалась возможности сделать перерыв. Горничная поставила на столик всё: сок, чай, лимон, закуски... нет, кое-чего не хватало.
— Энн, а где лёд?
— Я сказала Ролану, сейчас будет, — ответила она и ушла.
Почему Ролану? С другой стороны, какая разница? Я уже поняла, что почти любая просьба Летиции исполняется, и вовсю этим пользовалась. Зачем терпеть, должна же я получать хоть какие-то плюсы от своего положения? Главное, не переходить границы.
Всё, что относится к моему телу, его здоровью, чисто физическому комфорту — просить можно. Герцогу очень важно моё состояние: и физическое, и эмоциональное. Поняв это, я немного расслабилась. Надеюсь, позже не придётся платить за комфорт слишком высокую цену.
Баронесса дегустировала чай, а я кидала дольки лимона в стакан воды, довольная тем, как идут дела. Как вдруг знакомое ощущение опасности и нехорошее предчувствие заставили меня замереть и прислушаться. Звук тяжелых быстрых шагов и крики «молю, пощадите» приближались. Кто-то шёл по коридору, а кого-то, видимо, заставляли идти. Я до последнего надеялась, что это не к нам, но зря. Дверь открылась, и Ролан втащил упирающегося худого парня в балахоне с капюшоном. Маг?
— Госпожа, я принёс лёд, — и он кинул парня практически к моим ногам.
Глава 16
Я повертела головой (мало ли, вдруг не заметила), но так и не увидела льда.
— Сейчас всё будет. Ты. Колдуй, — и Ролан слегка пихнул трясущегося парня в балахоне.
Паренёк посмотрел на меня несчастным взглядом, икнул, и что-то начал выводить руками. Серебристо-голубая дымка появилась вокруг него, а затем полетела на столик. Там этот дымок стал клубиться, всё увеличиваясь в размерах. Воздух заметно охладился.
— Этого достаточно, — я сообразила, что лёд получится примерно размером с этот сгусток.
Так и вышло: маг закончил, дымка рассеялась, а на столе теперь лежал треугольник льда размером с волейбольный мяч. Что ж, пойдёт. Я поблагодарила Ролана и мага, и они вышли. Взяла ножик и отколола пару кусочков льда, кинула в стакан с лимоном. Ещё можно добавить немного сахара…
— Как так можно?! Что у вас тут творится? — голос баронессы дрожал.
Я присмотрелась к ней, и поняла, что мы немного переборщили. Она была возмущена. Руки были сжаты в кулаки, взгляд горел гневом. Так она не только заявит, что экзамен не пройден, но и пойдёт разносить по светским кругам сплетни, усилив мой образ злодейки.
— Миссис Гонна, для начала, успокойтесь. Вот, попробуйте, — я протянула ей свой стакан с самодельным лимонадом.
— Я… я… я ухожу! — она встала. — Вы просто не должны появляться в приличном обществе.
— Почему же? — я действительно не понимала. А понять надо было, чтобы не вляпаться в историю, когда всё же придётся выйти в свет. — Где я ошиблась?