Год Собаки I. Среди Теней (СИ)

Пустошь — так называется место, где я сейчас нахожусь. Небольшое космическое плато. Мое пристанище.
Это место я открыл для себя очень давно, еще в самый первый раз. И сразу…
…нет, не то что бы полюбил, а привязался что-ли?
Будто встретил что-то знакомое и близкое, еле уловимый намек: не уходи, останься здесь. Будто и в самом деле — песочные часы опустели; и карма, оплаченная бездной лет одиночества, полностью покрыта; и все скитальцы возвращаются домой; и все при своих.
Так Пустошь стала моим домом.
Только ей было ведомо, как молчаливо мое движение от звезды к звезде, как чужды, открывающиеся зрению миры, как тяготит порой увиденное.
И что нигде нет мне покоя.
Я возвращаюсь полный впечатлений, растворяюсь в ней, закрываю глаза и проваливаюсь в безвременье.
Пространство вокруг меня спокойно, и словно в легком тумане. Все кого я любил когда-то остались так далеко, что когда я думаю о пропасти времени и расстояний, лежащих между нами, у меня кружится голова.
В этот раз я намеревался осмотреть звезду в нескольких световых годах, с ее хромосферой происходило что-то странное. Она пульсировала, будто подавала сигнал бедствия. Я уже был рядом с ней, когда ощутил, что мне надо срочно вернуться.
Что-то случилось.
Мгновенно переместился обратно в Пустошь и сразу понял, что это была уловка. Кто-то, желающий остаться неизвестным, оставил мне послание.
Прекрасный мерцающий куб, само совершенство.
Он висел, медленно вращаясь в пустоте. От загадочного предмета невозможно было отвести взгляд.
Едва я приблизился к кубу, как услышал в голове женский голос:
— Это приглашение. Согласны ли вы получить его?
— Да… — подумав, сказал я.
— Согласие получить сообщение означает согласие с правилами. Это согласие не знать правил, и все забыть по прочтении. Вы согласны?
— Да, — повторил я.
— Вы приглашены пройти Ритуал. Координаты пространства и времени в конце сообщения. Победители получат исполнение любого желания. Это шанс искупить вину. Вы согласны с условиями?
Я молчал.
Мерцающий куб по-прежнему медленно вращался в пустоте.
Мне доводилось слышать о подобных случаях. Иногда неведомые посыльные доставляли простые, но завораживающие объекты с размещенными внутри посланиями. Чаще всего многомерные геометрические фигуры.
Уведомления или приглашения.
Но никто и никогда не приглашал меня, не давал возможность исправить то, что исправить нельзя. Было ясно, что в этом скрыта ловушка. Но так же было ясно, что они меня в нее поймали, я знал, что соглашусь.
И вот сейчас это произойдет.
Я не знаю, в чем заключается моя вина, и что будет там — впереди.
И какая игра будет мне предложена. И какое наказание будет, если я не пойму в чем заключается моя вина, и не буду действовать верно.
Женский голос повторил:
— Вы согласны с условиями?
И я подтвердил последний раз:
— Да.
— Принято… — сказал женский голос.
Куб остановился и развернулся в плоскость, на которой словами общего языка был начертан договор.
Я стал читать его и тотчас же ощутил острый и холодный кинжал телепатического луча, направленный мне в мозг. По нему передавался другой текст, не связанный с договором. Фразы вспыхивали в уме.
Это был набор абстрактных утверждений:
— Здесь ничего нет. Вообще ничего.
— Настоящих ценностей не существует в природе.
— Эта игра не стоит выеденного яйца.
— Выиграть невозможно. Проиграть позорно.
Я дочитал договор и закрыл глаза.
Не открывая глаз, напрягся, словно настраивая внутри себя чувствительный радиоприемник, и через несколько мгновений знал подробности. Телепатически получил данные точки входа в Ритуал: координаты места и времени.
Итак, совсем скоро мне станут известны условия игры.
Вместе со мной прибывают еще двое. Но кто?
Ладно, с этим позже…
Я пройду и завершу Ритуал. Разберусь, как это устроено, и зачем. Обязательно выясню, кто эти «они», что хотят, и почему.
Плоскость с договором сложилась в куб, вращающийся в пустоте.
Куб взорвался.
Вспышка черноты.
 
Удар.
И мое сознание погасло.
#
  
День Первый. Сцены 1–3
 
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
#
1.
Я открыл глаза глубоко в черной воде.
Сквозь водную толщу где-то наверху светила полная луна. Я медленно поднимался на поверхность. Черная шелковистая вода струилась по лицу, по рукам и между пальцами.
Мне не требовался воздух, и я не дышал.
Когда мои глаза привыкли к темноте, я начал различать стены, сложенные из грубо отесанного камня, и понял, что это шахта круглого колодца, заполненного чистой черной водой.
И в колодце не было дна.
Я приближался к поверхности, все ближе и ближе, все так же, не отрывая взгляда от луны. Лунный круг преломлялся волнением водного зеркала, блики падали на стены, таяли в глубине.
Мое лицо появилось по ту сторону темноты, а затем и весь целиком я медленно пересек грань жизни и смерти.
Всплыл в лунных лучах под потолок с большим круглым окном. Одежда на мне сразу высохла. Я, не моргая, смотрел на Луну, она была точно такой же, как на Земле.
И сделал свой первый вдох.
И еще…
Сердце ударило в груди, начало свой ритм. Теперь оно стучит, пока у него будет оставаться для этого повод.
Это чудо.
Я снова дышу, и в моей груди бьется человеческое сердце.
А значит, я живу.
Память медленно возвращалась ко мне.
Я парил в воздухе под потолком в потоках лунного света. Стены помещения оказались сложены из такого же камня, что и колодец. Наверху они плавно изгибались, смыкаясь в свод с круглым окном. В окне среди ночного неба сияла полная луна.
Было очень тихо. Где-то медленно и неритмично падали капли.
Я перевернулся в воздухе лицом вниз.
Колодец виделся как на ладони. Он был куда больше, чем я думал. Его края поднимались над полом каменным бортом, на котором крепились железные перила, замыкая водный круг в кольцо. Внутри колодца к воде спускалась металлическая лестница и вместе с перилами уходила в глубину.
Капли падали все медленней, и я подлетел к водному зеркалу. Его черная поверхность еще дрожала после моего выхода из нее, отбрасывая лунные блики на стены широкого колодца, на мое лицо, на потолок.
Я внимательно смотрел в водную гладь, там клубилось что-то неопределенное, словно зеркало не могло понять, кто перед ним.
Постепенно вода успокоилась, и я увидел в бездонном зеркале мальчика в рубашке безрукавке, в джинсах, с кедами на босую ногу. Он был обычным подростком, какого можно встретить в любом дворе, в любом городе и через секунду не вспомнить его лица, взгляда внимательных серых глаз.
И понял, что выглядел так на первой Земле. Вода прочитала мою память, или то, каким я хотел себя помнить.
Лунные зайчики остановились.
Я смотрел на него, а он на меня, не отводя взгляд.
С левой стороны груди на его рубашке красным мерцала метка. Я вспомнил, как и почему она появилась, кто я, откуда пришел, и зачем здесь.
И осознал, что он и я — одно.
Вспомнил свое имя, что умею летать сквозь пространство и время. Что когда-то родился и жил на Земле. И с тех пор меня звали Летчик.
Сколько это было лет назад… Миллион?
Сто миллионов?
Я чувствовал, что память вернулась ко мне почти полностью.
Как и знание, что нас должно быть трое. Мы должны пройти Ритуал. Мы приглашены. И нас ждет или победа, или…
… или смерть?
Или что-то более страшное, чем смерть…
Что может быть страшнее?
Я всмотрелся внимательно сквозь черную поверхность водного зеркала в бездну. Кто-то еще появился в колодце. В полной темноте, глубоко под водой.
За гранью бытия.
Неподвижная вода была кристально прозрачна, лунные лучи пронизывали колодец на много метров вниз, подсвечивая каменную кладку стен. И я увидел, как в водной толще медленно поднимается к поверхности черный силуэт.