В двух шагах до контакта (СИ)

— А вот и нет, — засмеялась она и побежала в проход. Я рванул за ней. Что это с ней, с чего такая эйфория на грани помешательства? Раньше она себя так беспечно не вела.
— Они совсем рядом, я уже разбираю отдельные слова!
Она выскочила в коридор чужой базы. Такой же, как ниже уровнем за стеклянными дверями.
— Идем же, — она повернулась ко мне, — Я должна вас познакомить!
За ее спиной повернулась потолочная турель какого-то дикого калибра. Я рванулся к Насте, отталкивая ее в сторону. У ствола мелькнул и погас огонек. А меня что-то ударило в грудь, сбивая с ног. Настя истошно завизжала, а на меня упала темнота.
Во рту пахло разбитым носом. Странное ощущение, правда? И сильно кружится голова. Ноет в груди. Но в ушах нет ритмичных толчков крови, как бывает когда на тренировке пропустишь тяжелый удар. А еще немного неудобно лежать.
На лицо что-то капнуло. Мокрое и теплое. Я потянулся вытереть рукой. И чуть не разбил себе нос, когда рука почти упала на лицо, израсходовав силы.
Теплая ладошка стерла капельку.
— Максим, ты меня слышишь? Ты тут?
Это Настин голос. Только почему он так странно звучит? Я попробовал открыть глаза. Со второй попытки мне удалось.
Настино лицо нависало надо мной. Растрепавшиеся волосы почти касались меня. Мордашка заплаканная.
— Привет, — больше прошептал чем сказал я, — Ты в пор. ядке?
— Да. А как ты себя чувствуешь? Дядя Ратмир сказал что ты должен скоро очнуться и мы еще успеем его догнать, если захочешь, — затараторила она.
— Ту. рель..
— Она еще немного поскрежетала и лопнула. Только в тебя уже попала. Я так испугалась. Ты упал и у тебя потекла кровь. Но потом пришел дядя Ратмир и сказал что тебя починит. И починил. — Настя торопилась и проглатывала окончания слов.
— Кто это?
— Дядя Ратмир, ну, почти такой же, как тот что со мной на астероиде жил какое-то время. Но у моего были фиолетовые вкрапления, а не лазурные, как у этого. Он еще потом ушел по делам, сказав, что позже вернется, как только я разберусь со своей памятью и наберу достаточно минералов чтобы стать совсем здоровой.
— Здесь?
— Ну, да. Я завизжала, когда увидела как ты падаешь, и он пришел. Он сказал, что починит тебя, и починил. И ты всегда будешь со мной. Ой, а как ты себя чувствуешь? Дядя Ратмир сказал что восстановил объем крови, но ты так долго не приходил в себя. А еще он отдал мне ту металлическую штуку что в тебя попала и твое сердце. Я ему говорила, что это фигурально руку и сердце отдают, он но сказал, что оно все равно слишком повреждено.
— Настя….
— Что?
— Я люблю тебя.
— Ой! — она замолчала, а потом я все-таки справился со своими руками и притянул ее к себе.
— Я тоже тебя люблю, — сказала она, когда я перестал ее целовать.
— Помоги мне встать, мы все-таки должны пройти эти твои два шага до контакта. До знакомства с твоими родственниками.
  
Интерлюдия и Эпилог
 
Браслет на руке пискнул, извещая что можно принять новую порцию стимуляторов.
— Собачки Павлова, в три бога душу вошь, — проворчал Савельев, запивая новую горсть таблеток водой, — По сигналу химию жрем.
— Внимание, предел вашей способности восстановления многократно превышен, требуется госпитализация, — выдала сообщение система контроля, от которой он отмахнулся привычным жестом. Потер лицо ладонями, мимоходом отметив, что хоть сегодня надо добраться до дома и наконец побриться. Тряхнул головой и поднял глаза, с полопавшимися капиллярами, на таких же помятых подчиненных.
— Что у нас нового?
— В целом или конкретно? — высказался какой-то шутник.
— Оба, — злобно ответил он.
— Команда добралась до Рассветного, распаковалась и подключилась. Инфоцентраль обещают восстановить через шесть часов. Много проблем с подключением, в нескольких точках спеклись кабели, — начал Василий Тимурович, зам начальника безопасности.
— Дальше.
— Восстановление работы поврежденного цеха планируется…
 
— Вась, я инженер или производственник? — саркастично прервал его отчет Савельев.
— Никак нет, товарищ полковник.
— Ну так какого ты мне эту лалу несешь? Что по людям?
— Максима обследовали, мозг не пострадал. Та хреновина, что у него теперь вместо сердца, работает лучше прежнего. Кровопотерю восстановили. На груди остался полупрозрачный синий шрам от вмешательства чужого. Других изменений не замечено, — поднял отчет заместитель.
— Что по Насте, нашли что нибудь еще? Хоть какие-то ответы?
— Настя?! Что опять с Настей? — дернулся до этого вырубившийся Ник. Поднял уроненную на руки голову и обвел дикими глазами собравшихся.
— Ник, тебе бы проспаться, блин, как и всем нам. Есть что сказать?
— А, да, сейчас, — он потер лицо, практически копируя жест начальника до этого, — Из того, что она наговорила вслух за последние несколько часов можно закрыть несколько вопросов.
Первое. Дяди Ратмиры — разные. На астероиде и тут. Но принадлежат к одной общности в составе их вида. Внешний облик — отражение их основной функции в составе группы. Они развивались по другим шаблонам, перейдя с многовидовой цивилизации ассоциативного типа на то что есть сейчас. Термина, как эту хрень называть, что у них творится, еще не придумали. Задачи особи меняются в зависимости от состава конечностей и органов. И в обратную сторону. Их организмы модульные. Что надо то и собрали. Сознание общее, частично распределенное.
— Так рой у них или что? — прозвучал вопрос с другой стороны стала. Савельев не понял кто именно это спросил, от усталости все начали звучать одинаково.
— Все. Индивидуальные сознания при необходимости сливаются в общую сеть и вычислительная мощность растет по экспоненте.
— Но это нам тоже не особо пляшет, — притормозил лекцию по ксенобиологии Савельев, — Как с ними взаимодействовать будем, чего можем им предложить и чего просить?
— Тут глухо, Николай Степанович, им ничего не надо. Жизненное пространство? Так у них весь космос под лапами, воздух не нужен, заменить воду в крови на антифриз им проблемы не составит. Если кровь вообще есть. Судя по видео материалам мы только краем их исследовательского полигона коснулись. Они изучали гидравлику с электроникой по нашим артефактам. Это и отчеты с астероида подтверждают. На весь гигантский тепличный комплекс ни одного насоса от вращения действующего. Не было у них колеса, но в космос вышли. И письменности тоже. Настю ее «дядя Ратмир» к ним водил. Показывал еще какую-то страхолюдлу с большими глазами и широким панцирем — Библиотеку. То есть биологическую замену нашей инфоцентрали.
— Да как этот «дядя Ратмир» хоть выглядит-то, а то одни разговоры, — возмутился кто-то из сидящих.
— На, полюбуйся, — Ник выудил их бумаг перед собой несколько распечатанных фото сунул возмутившемуся.
— Вы серьезно? Вот эта гусеница с рожей снулого моржа и есть гениальный хирург, способный на коленке заменить сердце после попаданий крупнокалиберной пули? — не унимался тот же товарищ.
— Полностью серьезно. Парня он починил быстрее, чем у того мозг разрушился. И фотками наслаждайся молча. Пока, по крайней мере. — прижал любопытного Савельев, — Хорошо еще, что Подгорельский хоть что-то через наш куцый огрызок связи сбросил. Но ничего, как приедут, получим полный отчет с самописцев скафандров. И видео самого контакта. Еще что-нибудь есть?
— Да. По оговоркам, у Насти есть симбионт или какой еще способ с ними общаться. Тот стакан она слопала, получается, именно для него, полученных минералов хватило для полноценного развертывания. Максиму тоже подсадили, теперь. Если по разговорам судить. Сканирование ничего не нашло. Так что у нас будет два зарегистрированных телепата в натуральную величину, правда общаться будут только между собой.
— У кого есть что добавить?
— Судя по всему, торговать с ними тоже не выйдет. Если судить по этим данным, у них царит самый что ни на есть первобытный коммунизм, со всеми вытекающими. Без денег и самой концепции товарооборота. Договариваться можно только на уровне индивидуумов, но никак не цивилизаций. Ты мне — я тебе. И баста.