Нагибатор на танке (СИ)
- Там есть проход?
- Ручей есть, но походу неглубокий.
- Ясно. Заряжай кумулятивные. Распредели цели, бьем серией, первыми бей тех, которые сзади.
- Есть кумулятивные, серией, первыми задних.
- Мишка! Не мне тебя учить! Маневрируй, сбивай прицел.
- Понял, командир. Не боись! - очень так спокойно ответил Мишка, буквально источая собой уверенность. Хотя я точно знал, что в бою у него в душе кипит вулкан. Но такой это человек, что эмоции выпускает после, а не во время...
Снаряд уже был в стволе. Об этом сообщила Жанна. И теперь я знал, что каждые шесть секунд пушка нашего «Чапая» выстрелит сама и точно по захваченной цели. Всего в одной серии может быть как раз десяток захватов, но в реальности, когда пойдут дымы от горящих вражеских танков, компьютер часть целей потеряет. Не видит он задымленное. Поэтому-то и бить приходится так, чтобы дым мешал как можно меньше.
Бах!!! Раз, два, три, четыре, пять, шесть... Бах!!! Второй пошел! А в полутора километрах первый кумулятивный снаряд уже осыпал искрами один из танков шедших позади немецкого строя. Бах!!! Ушел третий!!! И... Второй увы просвистел мимо. И не потому что компьютер промазал, а потому что немецкий танк чуть нырнул в какую-то ложбинку. Вот и... Но третий угодил точно в башню «тройки» и та бахнула так уж бахнула! Бах!!! Через несколько секунд четвертый снаряд зажег еще один танк и, кажется, это была «четверка».
И тут же чуйка не то, что зазвенела, а замолотила не меньше, чем царскими колоколами. Дык когда несколько танков одновременно выцеливают, то какой она может быть? А вы все спрашиваете чего я из ВС ушел. А вот то и ушел. И тут, дурак, согласился. Но тут хотя бы свою землю защищать, свою страну, своих дедушек с бабушками и папу с мамой еще не родившихся в этом времени. Святое дело, как ни крути!!!
- Прекратить огонь серией! Ветер на нас! Бей прямой наводкой! Фугасами!!!
- Есть прямой фугасами!
Тем не менее, компьютер успел бахнуть пятым кумулятивным выстрелом и... Снаряд, даже с расстояния было видно, шоркнул по боковине башни немецкого танка и взорвался он без ущерба для того [4]. Так иногда бывает, хотя и очень-очень редко.
И тут немецкие танки встали. И, оставаясь неподвижными, открыли огонь едва ли не залпами. И не будь у Мишки наработанного боями мастерства вождения танка, то туго бы нам пришлось. Так что из шести по нам попал только один снаряд и пробить нашу броню не смог.
А Жанна, мигом понявшая замысел боя фугасками, садила их один за другим, создавая перед немцами буквально завесу из дыма и поднятой взрывами земли. Немцы, казалось даже снизили темп стрельбы, перед этим добившись еще двух попаданий по нам.
- Мишка! Гони к озеру! Судя по компу - неглубокое.
- Понял! На автомойке сэкономим, ай-я-я-я!!!
- Гони уже, экономист-любитель!!!
И наш танк, уже повернувшись к немцам боком, летел так, что немцы никак не могли взять упреждение. Ведь они действительно не привыкли к таким танковым скоростям и тренировались целиться по более медленным противникам. Тем не менее, они пытались. Били то перед, то позади, то выше... Один раз даже ниже и отрикошетившая от земли болванка ударила нам по башне. Наверняка выбила искру и я им даже включил дымовуху. Пусть уж порадуются, черт с ними.
Жанна безучастным наблюдателем не была и тоже пыталась отвечать. Даже один раз попала, но фугаска вражеский танк не зажгла, хотя немцев явно оглушило знатно.
- Командир! Шнорхель!!!
- От жидомасона слышу!!! - и я нажал кнопку привода воздухозаборника...
«Чапай» разогнавшись вылетел с метрового берега и всей своей массой ухнул в воду. Вот так вот буквально брюхом! Брызги-и-и!!! Щуки, караси, головастики - все в разные стороны! И почапал по дну озера... Почапал, почапал, почапал... Озерцо было небольшое, метров семьдесят шириной, но длинное, примерно с полкилометра. Пока они там по берегу объедут, а мы его уже форсируем.
И тут...
------
[1] Просто аллюзия к немецкому драматургу Герхарту Иоганну Роберту Гауптману (1862-1946). Лауреат Нобелевской премии по литературе за 1912 год. Известность Гауптману принесла пьеса «Перед восходом солнца», написанная в 1889 году. Крупнейшим достижением драматурга стала социально-историческая драма «Ткачи. Пьеса из сороковых годов» (1892), основанная на документальном материале о восстании силезских ткачей в 1844 году.
[2] Действие происходит 29 июня 1941 года, а днем раньше немцы уже оккупировали Минск.
[3] Существует такая весьма красноречивая фотография, где Путин на какой-то международной встрече, как на какого-то слугу, смотрит на тогдашнего президента Украины Порошенко, который на голову выше Путина ростом. Впрочем, и Порошенко на этом фото в позе типа «Чего изволите?». Суперская фотография!!! Классика!!! :))
[4] Рикошет бронепрожигающего, т.е. кумулятивного снаряда без ущерба для танка возможен. Для этого снаряд должен попасть по броне под очень острым углом и во время подобного «бокового» удара наблюдается сильное деформирование облицовки воронки снаряда, а так же смещение и деформация заряда взрывчатки. Так как удар боковой частью в этом случае идет первым, а уже после него удар взрывателя о броню, то деформация конструкции снаряда очень сильно влияет на процесс образования кумулятивной струи. Она, если и получится, то весьма неопределенной формы, которая не обязательно способна прожечь броню танка. Хотя взрыв и произойдет непосредственно у самой поверхности брони.
Глава 15. Неожиданный отдых и ожидаемые мысли в голове
Свет в танке погас... Вот так вот - раз и все!!! Одновременно наступила тишина, погасли экраны наблюдения и информирования о состоянии систем танка, перестал работать двигатель «Чапая», не стало слышно плеска воды снаружи и выстрелов пушек вражеских танков. Ну, и взрывов их снарядов, соответственно. Мы словно оглохли, а Жанна аж взвизгнула! И чуйка утихла в момент! И как это так?
- Шо это? Кина не будет? - это Мишка
- Ага... Кажись кинщик заболел... - недоуменно ответил я - Всем оставаться на местах. Включаю аварийное питание...
И тут раздался до боли знакомый голос...
- Ой, таки не нажимайте эту кнопку, молодой человек! Сейчас все будет, ви поберегите свои нервы, они у вас и так расшатаны, но, говорю я вам, что пригодятся снова. Уж поверьте мне, старому Моисею.
- Мойша, мля!!! - это уже рявкнул я, поняв, что мы вернулись в лабораторию «ВТР»
- И вовсе зря вы так говорите, я очень даже заботливый до вас, молодые люди! Еще секундочку...
- Время пошло!!!
- Сейчас... Вот... Есть!
И тут же свет включился и мы обнаружили себя сидящими в креслах внутри того самого стеклянного танкового «исходника». Снаружи угадывался Лифшиц с горящими, как у любого ученого глазами, и обязательный Полосин, пока до сих пор молчавший, но ясно, что все это до поры. Мрачный он какой-то... Вот, думаю, вылезем и начнется...
- Может не будем вылезать? - это Мишка, тоже узревший настрой генерал-майора.
- Он и тут достанет... - со знанием дела прокомментировала Жанна.
- Тогда полезли, что ли... Мишаня вперед!
- Чей-та я-то? Ты давай! Ты командир! - ну, совсем распустились...
- Дверь с твоей стороны, балда!
- А...
И пришлось первому выходить Мишке. Следом за ним я и уже за мной, приняв заботливо предложенную мной руку, из стеклянного «исходника» выбралась Жанна. И мы построились возле Объекта. Пахло, кстати, недавним то ли ремонтом, то ли чем-то таким. И то, что вероятнее всего ремонтировалось, угадывалось в свежем пятне покраски на потолке. Причем, пятно было таким внушительным. Хм... Что-то тут такое было, да...