Печать пожирателя 10

И тут в тумане под мостом что-то шевельнулось. Не тень и не эхо. Нечто огромное, бесформенное. Медленный, ленивый вихрь в толще чёрной пелены, пробежавший по ней, как судорога. Очертания на миг сложились во что-то чудовищное — клубок щупалец, пасть, глаз… и тут же рассыпались.
Это могла быть игра света и тени, скопление энергии… или нечто иное, что обитало в этой пропасти и теперь проявляло интерес к нарушителю своего покоя…
  
Я не стал ждать развития событий. Сделав глубокий вдох, ускорился и рванул вперёд, переставая следить за тишиной, громко топая по камню. Нет уж, сражаться с очередным титаном в месте, где и магией не подзарядишься, у меня не было никакого желания!
К счастью, никто из «канала» не вылез, никто не атаковал меня в спину. Я вылетел с моста на противоположную сторону, пробежал ещё немного и остановился.
Чёрный туман спокойно клубился, как ни в чём не бывало, и не думая преследовать меня дальше…
Вскоре улица вывела меня к арочному проёму в высокой стене. За ним открывался вид на то, что должно было быть садом — но это был сад словно из другого мира!
Очевидно, за пару тысячелетий в закрытой экосистеме, поддерживающейся особой магией, растения здесь эволюционировали особым образом. Деревья были низкими, приземистыми, с широкими, мясистыми листьями, накапливавшими скудный свет купола. Их стволы, покрытые биолюминесцентным лишайником, извивались в причудливых формах.
Цветы, огромные и бледные, напоминали глубоководные актинии, их лепестки медленно шевелились в неподвижном воздухе, улавливая невидимые токи энергии. Всё пахло сыростью и чем-то металлическим, а в воздухе висела сладковатая, одурманивающая пыльца.
В центре сада, в паре километров от меня, высился дворец — пирамидальное сооружение с острыми, устремлёнными в «небо» купола шпилями.
Сердце Гнева…
Я сверялся с картой Линь Шу. Если верить её исследованиям и пометкам, цветок должен был быть где-то в восточной части сада…
Я двинулся вперёд, обходя причудливые клумбы с пульсирующими растениями. Магическое зрение не показывало никаких угроз, лишь ровный, сонный гул жизни, приспособившейся к вечным магческим сумеркам.
То и дело приходилось сворачивать и обходить заросшие здоровенными плющами тропинки, но через час с небольшим я всё-таки вышел на небольшую круглую площадь, выложенную тёмным, почти чёрным камнем.
В её центре лежал идеальный круг из отполированных валунов, похожих на гигантские чёрные жемчужины. А в самом эпицентре этого круга рос он.
Цветок Кровавой Луны.
Он был невысоким, на тонком, почти чёрном стебле. Бутон, размером с кулак, был полураскрыт. Лепестки были абсолютно прозрачными, словно выточенными из самого чистого стекла, и сквозь них вились тончайшие, алые жилки, которые пульсировали ровным, медленным ритмом, как сердце.
От цветка исходило мягкое, тёплое, малиновое свечение и слабый, едва уловимый аромат — смесь медвяной сладости и острой, почти болезненной свежести, режущей ноздри.
Я обвёл местность взглядом, просканировал «магическим зрением» и, убедившись, что вокруг нет ничего, что могло бы мне угрожать, сделал первый шаг к каменному кругу — и тут же замер.
Воздух в саду дрогнул. Не физически, а магически. Та самая, сонная, фоновая энергия сада внезапно сжалась, сконцентрировалась и… ожила!
От стволов светящихся деревьев, из-за мясистых листьев гигантских цветов, прямо из плит мостовой начали подниматься фигуры. Они материализовались не из ничего, а словно вытекали из тени, из остатков света, из древней магии этого места.
Их тела были полупрозрачными, мерцающими, словно сотканными из пепла и тумана. Сквозь них можно было спокойно увидеть очертания сада… Одежды — струящиеся робы и доспехи древнего кроя — висели на фигурах призрачными лохмотьями. Лица были лишены всякой индивидуальности — лишь бледные маски с впадинами вместо глаз и ртов. Но в этих впадинах горел холодный, неумолимый свет — остаток той магии, что когда-то давала им жизнь и что теперь заставляла служить даже после смерти.
И самое ужасное — я не чувствовал их! Ни энергетического следа, ни запаха, ни звука. Моё сканирование, мои энергожгуты, всегда такие чуткие, молчали! Эти фигуры… Эти призраки словно были частью этого места, его душой, его дыханием.
И потому — невидимы для любого, кто пришёл извне.
Они возникали бесшумно, один за другим, медленно окружая каменный круг и меня. Десятки, сотни призрачных фигур с горящими пустотами глаз. Их движения были плавными, неестественными, уставшими — словно они только-только проснулись…
Фигуры не нападали. Они просто смыкали вокруг меня кольцо, беззвучно скользя над самой землёй. От них веяло леденящей пустотой, старым, древним временем и тихой, безразличной ко всему ненавистью.
Я медленно выдохнул, чувствуя, как по спине бегут ледяные мурашки.
Вот попал так попал… Ни о чём подобном долбаные сестрички-вампирши не предупреждали…
Я выпустил наружу энергожгуты — и зловещее изумрудное свечение озарило сад, и медленно сжимающееся кольцо из призрачных воинов…
  
Глава 11
 
Затонувшее наследие. Часть 6
 
Мир вокруг меня взорвался хаосом. Призраки напали не просто молча — они атаковали с холодной и безжалостной тактикой, которой позавидовал бы любой армейский генерал Империи…
Первая волна была обманкой. Десяток призраков материализовался прямо передо мной, их полупрозрачные клинки взметнулись для удара. Я рванул энергожгутами, и изумрудные бичи, свистя и рассекая воздух, пронеслись сквозь призраков, превращая в клубы рассеивающегося пепла.
Легко.
Слишком легко…
И в этот миг со всех сторон — сверху, с боков, даже из-под земли — выросли багровые спирали сконцентрированной магии. Они не просто рванули ко мне — сплелись в сеть, в смертоносную паутину, мгновенно сужая пространство вокруг. Воздух затрещал от энергии и реальность поплыла фрагментами.
Я едва успел выбросить щит, заряженный Эфиром. Изумрудная сфера вспыхнула, приняв на себя удар. По её поверхности поползли трещины, а меня отбросило на пару шагов — пришлось оттолкнуться щупальцами от скользкого камня, чтобы не рухнуть.
— Что за… — я не договорил.
Пепел от первых уничтоженных призраков уже сгущался, и из него поднимались новые фигуры. Целые, неповреждённые.
Без единой, сука, царапины!
Я выкосил ещё два десятка, двигаясь как в кошмарном танце — парируя, уворачиваясь, отвечая на алую магию шквалом изумрудных молний. Мои энергожгуты гудели, рассекая воздух, сносили призрачным воинам головы, пронзали грудь.
Тела рассыпались… и через очередной удар сердца собирались обратно. Это было похоже на попытку вычерпать океан ложкой.
Бесполезно и изматывающе.
А они всё не останавливались! Атаки призраков с каждой секундой, с каждым мгновением становились всё изощрённее. Из пустых глазниц вырывались сгустки леденящего льда, сковывающего мои движения. Каменные плиты под моими ногами оживали и пытались схватить за лодыжки липкими щупальцами тени. Я чувствовал, как моя магия тает на глазах, а призраки будто черпали и черпали силу из этого проклятого места!
Внезапно трое призраков слились воедино, образовав гигантское копье из сгущенного мрака. Оно ринулось на меня со скоростью мысли — я едва успел среагировать, скрестив энергожгуты перед собой.
Удар был чудовищной силы.
Меня отшвырнуло назад, я врезался в ствол светящегося дерева, и оно с треском разломилось. Спину пронзила боль, в ушах зазвенело.
— Да что же вам нужно, дерьмо космочервей⁈ — прохрипел я, с трудом поднимаясь.
  
В ответ лишь новые фигуры поднялись из земли — безмолвные, неумолимые. В их пустых глазницах не было ни злобы, ни ярости — только холодная, безразличная решимость.
Несколько энергокристаллов были уже выпиты, и я инстинктивно, как привык, попытался ухватиться энергожгутом за ближайшего призрака, чтобы поглотить его магию, подпитаться. Но…