"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Вы активно агитируете, взялись за подготовку и обучение… Зачем? — произнёс Пирс.
Я даже сперва не поверил своим ушам. Серьёзно?
— Э-э-э… Чтобы избавиться наконец от англичан? — произнёс я. — Что за глупости вы спрашиваете? Без подготовки, без агитации… Все это попросту обречено на провал! Я делаю то, что может хоть как-то помочь будущему восстанию и войне. Всё, что в моих силах.
  
— Как и мы все, — хмыкнул Кент.
— Вот только наше видение ситуации не совпадает с вашим, мистер О’Хара, — побарабанив аристократичными тонкими пальцами по столу, произнёс Джозеф Планкетт. — Именно поэтому вас пригласили сегодня сюда.
— Вот как? — хмыкнул я.
Планкетт набрал воздуха в грудь, чтобы толкнуть речь, но вместо этого закашлялся, прикрывая рот платочком.
— Прошу прощения… — выдавил он. — Кхм… Возможно, вы в курсе, но за военные операции отвечаю именно я. И самая оптимальная стратегия — оборона. Занять ключевые точки, парализовать управление британскими гарнизонами…
— Полная чушь, — фыркнул я. — Дерьмо, а не план.
— Что, простите? — произнёс Планкетт, по лицу которого поползли пятна от еле сдерживаемого гнева.
Все остальные тоже изрядно удивились. Только Коннолли усмехнулся в усы.
— Я говорю, дерьмо, а не план, — сказал я. — Поначалу да, британцы растеряются, но они быстро придут в себя. И восстание будет подавлено. Нет неприступных крепостей, слыхали про форт Дуомон? Самая большая крепость Вердена. Войны выигрываются только наступлением. А это будет война.
Лидеры и участники восстания, все семеро есть на фото.
  
Глава 17 
 
Я выложил всё.
Естественно, я не рассказывал про то, что прибыл из будущего, но я живо описал и пересказал ход восстания и его подавления, точно как его описывал сотрудник музея. Начиная от того, что Макнил выпустит приказ об отмене выступления, и заканчивая военным положением и казнями.
Не поверили.
— Полная чушь, — повторил мои собственные слова Джозеф Планкетт.
— Нет, это всё вполне возможно, если всё пойдёт по самому худшему сценарию… — неуверенно произнёс Макдона.
— Очень маловероятно, но исключать такого исхода нельзя, — вздохнул Пирс. — Макнил и в самом деле может так поступить. Он категорически против восстания.
— Я тогда лично пристрелю этого книжного червя, — прорычал Кларк, сворачивая себе самокрутку.
Остальные присутствующие тут книжные черви неловко поёжились. Макнил многим был ближе, чем старый уголовник, пятнадцать лет просидевший за решёткой.
— Этот план может сработать. Но только в том случае, если всё пройдёт идеально, а в жизни так не бывает, — сказал я. — Нужно больше людей, больше оружия. Задержать прибытие британских войск, поднять всю страну на дыбы. Но так не произойдёт. Нужно быть реалистами, а не мечтателями.
Все присутствующие переглянулись между собой. Большинство из них было как раз мечтателями. К числу реалистов можно было отнести только Коннолли, да и то, с большой натяжкой. В конце концов, он планировал устроить социалистическую революцию гораздо меньшими силами, и его взяли в ИРБ только для того, чтобы он не опередил их с восстанием.
— Ну и что вы тогда предлагаете, мистер О’Хара, –процедил Планкетт. — Или вы можете только критиковать?
Я добродушно усмехнулся. Как говорится, критикуешь — предлагай, предлагаешь — делай. И мне было, что предложить.
— Есть у вас карта города? — спросил я.
— Найдётся, — сказал Кларк, грузно поднимаясь из-за стола.
Вскоре на столе передо мной лежала потёртая и заломанная на уголках карта Дублина с предместьями. Масштаб не самый удачный, но мне и не требовался подробный план с указанием всех домов и улиц. Хватит и этого.
И я принялся вещать, наглядно показывая, что концепция обороны ключевых точек обречена на провал. Гораздо лучше будет оборонять один только южный берег, постепенно расширяя зону своего присутствия. Заминировать мосты на подходах к Дублину, разобрать рельсы на железной дороге, захватить почту, вокзалы, телефон и телеграф. Всё по заветам дедушки Ленина, пусть он даже пока вовсе не дедушка, а молодой и энергичный лидер.
Поначалу Военный совет недоверчиво качал головами. Так воевать было не принято, но постепенно, один за другим, мне удавалось их переубедить. Всех, кроме Планкетта и Макдермотта.
— Есть одна проблема, — заявил Имон Кент. — Всё, что вы описываете, требует немного большего количества оружия и боеприпасов.
О своей осведомлённости насчёт немецких винтовок я предусмотрительно умолчал. Если я покажу ещё и это, меня точно пришьют, Кларк и без того поглядывал на меня с подозрением во взгляде.
— Значит, надо где-то их раздобыть. Может, в казармах… — начал отвечать я.
— В казармах столько нет, даже если мы вскроем оружейки по всему острову, — перебил меня Кларк.
— Кейсмент уже занимается этим вопросом, — сказал Пирс.
Кажется, я уже прошёл за своего, по крайней мере, в его глазах.
— Вы абсолютно не учитываете в своём плане народ Ирландии, — чуть поразмыслив, произнёс Макдермотт.
— Не понял, — сказал я.
— Народ тоже поднимется против англичан, когда мы выступим. Нужно будет взять под контроль стихийные выступления, нельзя оставлять всё на самотёк…
Я громко рассмеялся. Потрясающая наивность.
— Я сказал что-то смешное? — набычился Макдермотт, хватаясь за трость.
— Прошу прощения… — отсмеявшись, сказал я. — Но простому народу, в общем-то, плевать, кто рулит страной, пока у него есть крыша над головой, работа и кусок хлеба на столе.
— Вы недооцениваете патриотизм простых ирландцев! — вспылил Шон Макдермотт.
— А вы его переоцениваете, — сказал я. — Но я знаю, как сделать так, чтобы весь город вышел на улицу с факелами и вилами. Разобрать Дублинский замок по кирпичику.
— И как же? — фыркнул Планкетт.
— Перерезать поставки продовольствия в Дублин, — произнёс я.
Все семеро вмиг умолкли и уставились на меня.
— Вы — чудовище, О’Хара, — выплюнул Джозеф Планкетт.
Оскорбление я принял с улыбкой. Я знал, что они так отреагируют, иначе и быть не могло. Могло быть и хуже.
— Всего один день с пустыми прилавками в булочных, пустить слух, что британцы снова затеяли устроить Голод, и весь остров вспыхнет, как спичка, — продолжил я, словно ничего не произошло.
Коннолли хмыкнул в усы и покачал головой.
— Как это низко, — процедил он. — Но это сработает. Не может не сработать.
Все снова замолкли, то глядя на меня, то переглядываясь между собой. Похоже, этим своим предложением я нажил себе врагов, и не одного.
— Да уж, — хмыкнул Том Кларк, закуривая самодельную папиросу.
Планкетт немедленно отодвинулся от него подальше, чтобы не дышать табачным дымом.
— Это всего лишь гипотеза, — примирительно сказал я. — Которую я не хочу проверять на практике.
Вроде отлегло. А я всего лишь вспомнил Февральскую революцию в России, когда началом восстания послужил именно слух о надвигающемся голоде, умело вброшенный кем-то в толпу. Читал где-то, что вагоны с хлебом просто стояли на запасных путях, пока горожане созерцали пустые прилавки.
— Надеюсь, мы обойдёмся без этого, — задумчиво сказал Пирс. — Тем более, если мы измажемся в чём-то подобном, наши имена проклянут все ирландцы всех поколений.
Нельзя остаться чистеньким, делая революцию, но я благоразумно промолчал, хватит пока и того, что уже сказано. Но если бы планом восстания занимался единолично я, то наверняка воспользовался бы такой возможностью направить народный гнев в сторону британской администрации.
  
Однако зёрна сомнения в душах Военного совета ИРБ я всё-таки посеял. Каждый из них напряжённо думал, взвешивал плюсы и минусы. Минусов тоже хватало, восстание могло легко превратиться из политической акции в самый обычный бунт, бессмысленный и беспощадный. Неуправляемый. Да и риск для репутации и впрямь немалый. Даже если современники ни о чём не узнают, будущие историки и архивисты наверняка раскопают эту грязь.