"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Евгения собрала сразу несколько установок для производства эликсиров, в чём я ей усердно помогал, и всё как-то завертелось, закрутилось, заставив забыть о течении времени. Гармоничная суета и звон лабораторной посуды не прекращались, пока не открылась дверь лаборатории и не вошёл Анатолий Фёдорович.
— Ну, как успехи, молодёжь? — поинтересовался он, наблюдая за движением разноцветных жидкостей по змеевикам.
  
— Всё хорошо, Анатолий Фёдорович, — доложил я, подавая Евгении очередную порцию ингредиентов и убирая штатив с пробирками, в которых находился готовый эликсир в сторону. — Хотите нам помочь?
— Ну уж нет уж, — ухмыльнулся он, но в его глазах я увидел искренний интерес. — А вот вы точно хотите мне помочь.
— В чём? — поинтересовался я, убирая штатив с готовыми эликсирами в шкаф.
— Ты разве не чувствуешь давления негативной энергии Аномалии? — вскинул брови шеф.
— Так вот почему мне так нехорошо, — нахмурилась Евгения.
— Есть немного, — ответил я. — После вчерашнего похода в Аномалию, я даже не обратил особого внимания.
— Начинается следующая волна, — сухо констатировал Герасимов. — Да и на границе Аномалии засуетились.
После его слов, как после команды, где-то вдалеке взвыли сирены тревоги и загрохотали крупнокалиберные пулемёты в области северных ворот.
— Я же говорю, — усмехнулся Герасимов. — Так что готовьтесь как следует поработать. Возможно, домой сегодня никто не пойдёт.
— Мне нужно ещё пять минут, — сказала девушка, анализируя работу установок. — Тут уже заканчивается, а новую загрузку я тогда пока делать не буду.
— Пять минут, думаю, есть, — кивнул шеф. — Потом бери свой арсенал и на выход — твоя алхимия может нам пригодиться. А ты, Ваня иди за мной, я тебе книгу одну дам почитать, может, что успеешь. Надо твой четвёртый круг и его возможности осваивать по полной программе, скоро появится такая возможность.
— И что я успею прочитать за такое короткое время? — поинтересовался я, пока заведующий открывал дверь библиотеки.
— Много не успеешь, — улыбнулся он. — Но мне проще тебе показать, чем долго объяснять, что к чему.
Так быстро я в библиотеку ещё никогда не ходил, по коридору и лестнице на второй этаж мы чуть ли не бежали. Быстрым шагом мы прошли к стеллажу, к которому я раньше не подходил и Герасимов уверенным движением вытащил нужную книгу с полки.
— Смотри сюда, — сказал он, найдя нужную страницу. — Я этот этап уже прошёл, а тебе как раз это предстоит. С этой страницы и дальше, сколько успеешь. Потом будет время — продолжишь.
— Понял, — кивнул я и сразу же активировал нейроинтерфейс.
— Закроешь тогда за собой, — сказал шеф и ушёл, оставив меня в библиотеке одного.
Я быстро листал увесистый талмуд, запечатлевая каждый разворот в памяти системы, глупо не пользоваться такой возможностью, когда есть подходящие инструменты. Мог бы и раньше меня сюда привести наставник, а не когда уже приспичило, я смог бы всё это усвоить в спокойной обстановке, а не когда начинается цейтнот.
Усвоение материала я закончил, когда услышал приближающиеся к госпиталю сирены скорой помощи. Я вернул книгу на место, запомнив, где она стоит, выбежал из библиотеки и надёжно закрыл дверь.
В холле приёмного отделения уже начиналась суета. Женя была здесь со штативом разноцветных пробирок, который она поставила на стойку регистратуры, взяла то, что надо, и устремилась к первым пациентам. Как и все остальные, она чётко выполняла указания заведующего, который безошибочно определял, кому какого пациента поручить, а сам тем временем уже производил реанимационные мероприятия, упав на колени возле носилок с умирающим пациентом.
Первым мне достался боец с глубокой раной на правом бедре. Ему очень повезло, что нечто, похожее на копьё или огромное жало, прошло снаружи от бедренной кости, а не внутри. В противном случае был бы повреждён сосудисто-нервный пучок и тогда его вряд ли смогли довезти живым. Тут и жгут не наложишь — рана в самой верхней части бедра.
Остановив кровотечение, я заметил невероятную концентрацию негативной энергии в ране, словно здесь побывал рог того самого Красного Медведя, что маловероятно. Скорее всего, новый пик активности Аномалии настолько насытил негативной энергией прорвавшихся оттуда существ. Все же для них эта энергия — неплохое усиление, когда для обычных людей всё ровно наоборот.
На очищение раны от негатива в этот раз у меня ушло слишком много сил. Я даже начал поглядывать на пробирку с синим эликсиром в штативе на стойке регистратуры. Надеюсь, Женя не обидится, если я возьму одну.
После очищения раны от энергии Аномалии, мне пришлось сначала восстановить начинавшие трансформироваться ткани и только потом перейти к заживлению раны. Тем временем пациенты всё прибывали, некоторых вносили на носилках.
Через некоторое время я, к своему удивлению, увидел во всеобщей суете других целителей госпиталя, в том числе и Михаила Ивановича. Вредного толстяка из пульмонологии видно не было, скорее всего, его решили лучше не звать — одобряю.
Наши с Евгенией руки неожиданно встретились у штатива с пробирками. Я вопросительно посмотрел на неё, коснувшись синей, она одобрительно кивнула, схватила зелёную и убежала к следующему пациенту.
Лечить и очищать всех собственными силами было бы очень полезно для личного опыта и укрепления четвёртого круга, но на такое количество пациентов никаких сил не хватит, а пузырёк Владимира Алексеевича я приберегу на всякий случай, сейчас точно не время.
Информация из только что прочитанной книги должна была мне сейчас помочь, но сложившаяся ситуация не располагала к экспериментам, займусь этим обязательно, просто не прямо сейчас, иначе можно допустить серьезные ошибки. Играть с жизнями людей я не собирался.
Синий эликсир существенно облегчил мне задачу. Когда запас энергии перестал уходить на очищение от негативной энергии, больше стало оставаться на лечение, и процесс пошёл быстрее, когда реже стала возникать необходимость медитировать и восстанавливаться от влияния энергии Аномалии.
Раненых было очень много. Мы вертелись буквально как белки в колесе. Благо, что мы работали в расширенном составе и очень спасали эликсиры. В итоге к их помощи прибегали почти все, кроме заведующего, тот с шестым кругом сам неплохо справлялся, хотя к концу мне показалось, что и он начал немного сдавать.
Двоих пациентов в конечном итоге всё же отвезли в реанимацию, но сегодня никого не потеряли. Это чудо произошло благодаря слаженным действиям нашего коллектива и вовремя пришедших на помощь целителей из других подразделений.
Когда пациенты закончились, все молча уселись на широкие ступеньки, что спускались из коридора в холл. Две санитарки перед нами оттирали с линолеума пятна крови и все, как заворожённые, тупо смотрели на этот бесхитростный процесс. До этого нельзя было давать волю эмоциям и осознание, что все наконец-то закончилось, приходило далеко не сразу.
— Спасибо, Михаил Иванович, — уставшим голосом произнёс Герасимов, пожав ему руку. — И всем спасибо, коллеги, вы очень помогли.
Целители потихоньку начали расходиться по своим отделениям, а мы все пятеро пошли в ординаторскую. Евгения в этот раз пошла с нами, а не улизнула к себе в лабораторию. Я увидел удивлённый взгляд Василия Анатольевича, больше никто никак не отреагировал.
Уже все свыклись с мыслью, что домой никто не идёт, и решили воспользоваться передышкой, чтобы перекусить и попить чая. На фоне звенящей тишины приёмного отделения были хорошо слышны пулемётные очереди и канонада, которые мы уже воспринимали, как фоновый шум. Человек вообще, в целом, ко всему привыкает.
  
Но такой «шум» не длился вечно. Когда мы входили в ординаторскую, прогремело несколько более мощных взрывов и задребезжали стёкла в окнах.
— Тяжёлая артиллерия подключилась, — бесцветным голосом произнёс Олег Валерьевич. — Сейчас будет весело.
И, словно по его команде, мощные взрывы стали звучать всё чаще, я даже начал переживать за наши окна, стёкла дребезжали нещадно. Сквозь грохот я услышал, как пролетело несколько вертолётов, теперь взрывы прогремели и где-то на востоке, потом на западе.