"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— А-а, — девушка снова немного расслабилась. — Синий — это очищение, он нейтрализует негативную энергию Аномалии, которой были обильно заражены все эти раны. Не так как это сделал бы целитель, но все же это облегчает задачу. А зелёный — это тот самый ранозаживляющий, который ты просишь меня научить тебя делать.
— Теперь понятно, — кивнул я, вспоминая, как менялся вид тканей в ране, когда она капала туда синюю жидкость. — А синий можно использовать только так?
  
— Я поняла, что ты имеешь в виду, — сказала девушка. — Если немного увеличить концентрацию раствора и добавить ещё один компонент, то его можно принимать внутрь, чтобы очистить от негатива весь организм. Только дозировка очень строгая, надо не больше трёх капель нанести на хлеб или на сахар. Можно растворить в воде, но он очень плохо растворяется, это будет даже не раствор, а скорее, эмульсия.
— Так это, получается, что этот эликсир на жировой основе? — удивился я, окинув взглядом настои, отвары и продолжавшие тихо бурлить на спиртовках большие колбы. — Что-то у меня в голове не складывается.
— Так это же только первичные заготовки! — воскликнула девушка, хлопнула меня по плечу и рассмеялась.
Потом она резко спохватилась и засмущалась от собственного панибратского поведения. Но в тот момент мне показалось, что мы почти друзья. Видимо, она была ещё не готова к такому, просто временно поддалась эмоциям. А если поддалась, значит, не такая уж она и ледяная, какой хочет казаться и показалась с самого начала.
— Сейчас я продемострирую тебе на примере зелёного эликсира, который заживляет раны, — сказала Евгения тоном, как разговаривает учитель с учеником. — А ты смотри и запоминай.
Она поставила перед собой семь колбочек и пробирок с разными растворами, потом достала из шкафа бутыль с рапсовым маслом и осторожно налила в мерный стакан пятьдесят миллилитров.
— Это база для эликсиров, все нужные нам вещества растворятся там, а балласт уйдёт, — тем же поучительным тоном продолжила Евгения.
— Но ведь спирт эмульгирует жир, — возразил я.
— А кипячу я это всё для чего? — немного раздражённо спросила она, тыкая пальцем в булькающую на спиртовке колбу. — Просто благодаря хорошей вытяжке ты запаха спирта не почувствовал. Часть, конечно, попадёт в масло, но лишь немного увеличит его текучесть. Зато в итоге легче эмульгируется в воде при необходимости.
— Достаточно сложно, — улыбнулся я. — Но очень интересно. Продолжим.
Девушка начала колдовать с компонентами, по очереди наслаивая их поверх основы, осторожно вращая это всё стеклянной палочкой, потом также осторожно сливая верхний слой. Нижний после каждого этапа менял цвет. Причём порой очень неожиданно. Я как заворожённый наблюдал за процессом, а нейроинтерфейс старательно записывал каждый этап производства в базу данных.
Через четверть часа передо мной стояла колбочка, в которой покачивалось около ста миллилитров изумрудно-зелёного эликсира. Вспоминая, сколько она наносила его на раны, этого должно хватить на пару массовых поступлений пациентов.
— Это то, о чём я думаю? — спросил я на всякий случай.
— Да, — пожала она плечами и сдержанно улыбнулась. — Эликсир готов, можешь забирать, он твой.
— Отлично! — обрадовался я, потирая руки. Заткнул колбочку притёртой стеклянной пробкой и отставил в сторону. — Давай теперь я сам попробую сделать.
— Хочешь сказать, что ты всё понял и запомнил? — спросила она, надменно улыбаясь.
— Ну, я попробую, — настаивал я.
— Хм, хорошо, попробуй, — с ехидцей ответила она, сложила руки на груди и отодвинулась от стола. — Не буду мешать.
Я начал воспроизводить порядок её действий. Сначала отмерял масла, потом осторожно наслаивал настои и растворы. Иногда она дёргалась, чтобы меня поправить, но нейроинтерфейс на мою ошибку или неправильное решение указывал раньше, чем успевала вмешаться Евгения. Самостоятельно я провозился немного дольше, но вскоре на столе стояла ещё одна такая же колбочка.
У девушки были такие удивлённые глаза, словно я только что голым пальцем из куска малахита сделал цветочек. Такой прыткости она от меня явно не ожидала. Её можно понять, если бы не встроенный в мою голову чип, я бы все эти действия с первого раза настолько точно не воспроизвёл.
— Ты этим раньше уже занимался? — спросила Евгения, снова внезапно превратившись в ледяную королеву.
— Конечно же, ты не поверишь, — спокойно улыбнулся я, открыто и прямо глядя ей в глаза, — но эликсир я сейчас сделал впервые в жизни.
— Не может такого быть! — сказала она, словно высыпала куски льда из ведра на стол. — Ты сейчас действовал, как алхимик. Движения немного неуверенные, как у начинающего, но ты ни разу нигде не ошибся. Такое невозможно сделать с первого раза!
— Я очень старательно запоминал, — ответил я, спокойно улыбаясь. — Я очень прилежный ученик.
Евгения медленно вздохнула и покачала головой, продолжая сомневаться в моей искренности.
— Ладно, давай продолжим, — сказала она, снова наливая масло в чистый мерный стакан.
В этот момент без стука распахнулась дверь, и на пороге материализовался взволнованный Василий Анатольевич.
— А ну, бегом в приёмное! — выпалил он и тут же исчез, оставив дверь распахнутой.
Мы подорвались с места, я хотел было схватить со стола одну из колбочек с зелёным эликсиром, но передумал и быстрым шагом покинул лабораторию. Женя взяла свои дежурные колбочки и поспешила вслед за мной.
В холле царило кровавое месиво. Настолько изуродованных солдат я ещё не видел ни разу. Одного уже констатировали. Санитары накрыли тело простынёй, которая тут же пропиталась кровью, и унесли. Ещё одного реанимировал Герасимов, пока что успешно. Двое ординаторов прыгали от пациента к пациенту, останавливая кровотечения.
Я уже понял, что ждать приказов не придётся, и выбирал себе пациента сам, ориентируясь на внешний вид и тяжесть состояния. Меня поразил характер ран у бойца, которого я решил лечить первым. Такое впечатление, что кто-то огромный зацепил его когтями за бок. На расстоянии десяти сантиметров друг от друга были четыре длинные рваные раны разной глубины. Словно по нему махнули небольшим ковшом экскаватора с заострёнными зубьями.
Попавшиеся на пути кости были раздроблены. Я пока ни разу не видел такого и не представляю, кто может нанести такие раны.
Мечтать и размышлять нет времени. Я остановил продолжающееся кровотечение и занялся восстановлением костных структур, а потом и мягких тканей. Кроме того, в ранах было адское количество негативной энергии Аномалии, значит, бойца всё же не экскаватор пропахал, а монстр.
Немало негатива распространилось и по всему организму. Я убрал его лишь наполовину и попросил бойца оставаться на месте, когда он сделал попытку встать, а сам перешёл к следующему.
Солдат стонал от боли, но на нём не было ни пятнышка крови, ни каких-либо повязок. Правда, руки и ноги лежали на носилках не совсем естественно, и дышал он очень часто и поверхностно.
Сканирование показало, что у него сломано больше половины костей, словно он упал плашмя на землю с высоты, но следов падения не было. Ещё одна загадка. Спросить у него пока тоже не получится, от полученных травм он был в полубредовом состоянии, странно, что вообще в сознании.
Я начал потихоньку восстанавливать кости, убирая смещение и прихватывая костные отломки мягкой костной мозолью для начала. В первую очередь — грудная клетка. Теперь парень хотя бы сможет нормально дышать.
Евгения вертелась поблизости, залечивая раны. От переломов её эликсиры не помогали, таких пациентов она оставляла нам. Надо учесть, что алхимия не всесильна, хоть и способна на многое. Впрочем, если предоставить ей больше ингредиентов, то возможно, ситуация изменится. Надо будет с ней поговорить потом, а пока необходимо работать дальше.
    
Глава 16
 
За жизнь раненых мы боролись около часа, когда работы столь много, то время становится весьма субъективным. Ещё одного солдата спасти, увы, не удалось, и его унесли санитары. Тяжесть нанесённых ему ран оказалась чрезмерной, но это не сразу заметили, так как все раненые были в очень плачевном состоянии.