"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— А аристократка-то наша покрепче оказалась, — ухмыльнулся Герасимов. — Ну что, ребята, наберитесь терпения, будем потихоньку обкатывать. Помощь нам не помешает.
  
Глава 12
 
До конца рабочего дня я нашу новенькую блондинку больше не видел. Герасимов отправил меня домой даже чуть раньше, чтобы отоспался как следует. Когда пришёл домой, Матвея ещё не было. В холодильнике я нашёл очень даже неплохие щи, надо поздравить слугу с удачным дебютом в приготовлении первых блюд. А нет, он как-то борщ варил, значит, не впервой.
  
В любом случае, когда еда есть — это хорошо. Определенно хорошо.
Я разогрел себе щи в железной миске и сел за стол, стараясь не заснуть, пока ем. Именно за пищевой медитацией и застал меня Матвей.
— Во, ты уже дома! — сказал он, вваливаясь в грязных доспехах в комнату. — Я уж начинал думать, что ты теперь надолго завяз там с военными.
— Не, — помотал я головой, — это была разовая акция. Под утро меня привезли обратно в госпиталь. А ты откуда такой грязный? Решил покувыркаться в полном обмундировании по чьим-то грядкам? На крота охотился?
— Ага, — усмехнулся Матвей. — На Крабокрота и всякую прочую нечисть.
— Ну а если серьёзно? — спросил я, сонливость уже как рукой сняло, разбирало любопытство.
— Ребята позвали на зачистку, — сказал Матвей, стаскивая с себя доспехи и роняя на пол комья грязи. — Часть волны монстров проскочила между расположением наших военных и приезжими. Было бы там что-то крупное, они бы не пропустили, а всякая мелкая гадость начала нападать на сёла в окрестности. Стас позвонил, сказал, что нужны добровольцы. Ну мы и студентов тоже позвали, предложив лёгкую охоту.
— Лёгкую? — усмехнулся я, представив, как он кувыркался в обнимку с Туманным ежом, и только сейчас я заметил бинтовую повязку на правой голени и левом предплечье. — А это что?
— Да в принципе пустяки, — сказал Матвей и собрался выйти на улицу, чтобы почистить доспехи. — Думал, что тебя снова дома нет, а я сниму доспехи и схожу в госпиталь.
— Положи пока свои доспехи, давай я тебе раны обработаю — не дело это так оставлять, — сказал я и потянулся за рюкзаком, где у меня лежала походная аптечка.
Под повязкой на голени оказалась неглубокая, но длинная ссадина словно провели с нажимом корявым камнем. Кровь уже не текла. Я промыл рану перекисью и приложил ладонь, которая засветилась мягким светом.
— Кто это тебя так? — спросил я.
— Не поверишь, Спрутолис! — усмехнулся Матвей. — Мы с полчаса ходили искали, где всё это прячется, потом нас внезапно окружила целая стая. Я даже не подозревал, что их может быть так много.
— Чем-то напоминает массовую миграцию Кошачьих Василисков, на которых мы тогда наткнулись, — сказал я, убедившись, что рана зажила полностью. — Влад же сказал, что никогда столько не видел. С рыжими, наверное, происходит такая же ситуация. Давай теперь руку посмотрю.
— Да там то же самое, — небрежно бросил Матвей, но руку всё же протянул.
— Что-то я не совсем понимаю, чем он тебя так поранил? — спросил я, размотав бинт и увидев похожую рану. — Я бы не удивился, увидев укусы.
— Не, это от щупалец, — почесав затылок свободной рукой, ответил Матвей. — Мне теперь одежду латать придётся, вдрызг разодрал. Представляешь, у них на щупальцах оказывается тысяча мелких крючьев, которыми они, наверное, удерживают добычу, чтобы не выскользнула.
— Они там тебя распяли, что ли? — спросил я, нахмурившись. Фантазия рисовала печальную картину.
— Ну почти, — усмехнулся Матвей. — Стас вовремя подоспел и поотрубал им головы. Да расслабься ты, всё нормально же! Ну, подумаешь, пара царапин.
— Это не просто пара царапин, — возразил я. — Из-за активизации Аномалии все подобные раны ведут себя намного хуже, чем если бы ты о гвоздь кожу разодрал, много негативной энергии в рану попадает и ткани быстро начинают изменяться. Сам понимаешь, чем это в итоге может обернуться.
— Ох ты ж! — выдохнул Матвей, озабоченно глядя на свежие едва заметные рубцы. — Как же мне повезло, что мой господин такой талантливый целитель. А я уже думал, вообще завтра в госпиталь пойти, а то сегодня уже что-то уже подустал.
— Так не пойдёт, — покачал я головой. — Надо как можно быстрее с этим бороться.
— Да я уж понял, — сказал Матвей, опуская разорванную штанину и бросив взгляд на мой ужин. — Как, кстати, щи получились, нормально?
— Очень даже, — ответил я, возвращаясь к ужину.
— Пожалуй, я и себе погрею, есть хочу, как Спрутолис, — произнёс мой слуга и напарник, открывая холодильник. — Тут ещё миска холодца есть, будешь? Вчера купил, тебе специально оставил.
— Давай, — кивнул я. — Я тоже голоден не меньше Спрутолиса, который решил отхватить себе такой лакомый кусок, как ты.
— Да уж, — ухмыльнулся Матвей. — Кусок бы им достался немаленький. Только всё равно на всех бы не хватило. Их там было реально много. Они выскочили буквально рыжей рекой из травы и бросились на нас. И откуда только столько взялось…
— Ребят много пострадало? — спросил я, остановив ложку с холодцом прямо перед ртом.
— Все пострадали в разной степени, — грустно улыбнулся Матвей, ставя миску разогретых щей на стол. — Хорошо хоть тяжёлых не было. Всё равно пришлось скорую на себя вызывать. Я, правда, от них смотался, когда мимо дома проезжали, а ребят в госпиталь повезли.
— В смысле, мимо дома проезжали? — спросил я, удивлённо вскинув брови. — А вы откуда вообще ехали?
— Со стороны южных ворот, друг, — улыбнулся Матвей. — Да-да, они уже настолько далеко забрались. Так что железные ставни у нас стоят не зря, вполне могут прийти гости ночью.
— Да уж, — буркнул я, качая головой. — Если такое вдруг ещё раз повторится, езжай сразу в госпиталь, а то вдруг меня дома не будет.
— Понял, — кивнул Матвей, усиленно налегая на щи.
После ужина я лёг на кровать и взял в руки книгу, сделав вид, что читаю, а на самом деле я изучал материалы, обработанные нейроинтерфейсом. И больше всего меня по понятным причинам интересовала военно-полевая медицина — все же как бы я сильно ни был погружен в эту тему, многие нюансы мне еще незнакомы, поэтому и требовалось изучать новое. На этом увлекательном занятии я и отрубился.
Даже приблизительно не готов сказать, во сколько я заснул, зато утром проснулся настолько бодрым и полным сил, что готов был не только горы свернуть, но и намотать Спрутолиса на руку.
Матвей ещё спал, пуская пузыри изо рта, я старался собираться максимально тихо, чтобы его не разбудить. Однако, выходя из душа, где вдоволь наплескался под бодрящими струями воды, увидел напарника стоящим у плиты и мешающим ложкой в кастрюльке какое-то варево, в ноздри потянулся знакомый запах.
— Овсянка, сэр! — торжественно объявил Матвей, выливая кашу в тарелку. — Я вон там яблоко покрошил, советую высыпать прямо в кашу, очень вкусно будет!
— И когда ты успел всё это сделать? — удивился я, добавляя в кашу рекомендованный фруктовый компонент.
— Да ты так долго мылся под душем, — усмехнулся напарник. — Я думал, что ты уже кожу смываешь. Ешь давай, не возмущайся, а я, пожалуй, ещё немного вздремну. А то я вчера пока доспехи отчистил, пока штаны залатал. Умаялся.
Он снова рухнул на кровать и залез под одеяло, довольно быстро засопел. Я ему даже немного позавидовал в скорости засыпания, хотя и сам уже почти так же научился.
Стараясь производить как можно меньше шума, я надел доспехи, накинул рюкзак, взял протазан и отправился на работу.
Никогда бы не подумал раньше, что буду ходить на работу в госпиталь, как на войну, в полном снаряжении. Точнее, почти в полном, забыл спросить у Матвея, что там у нас с куртками из жабьей кожи. Такую Спрутолис своим щупальцем разодрать не должен. Теперь вечером спрошу.
  
Подходя к госпиталю, я обомлел. Передо мной входила наша аристократичная блондинка, но сегодня её было не узнать. Вчера на ней было элегантное платье, а сейчас она напоминала натуральную валькирию. Блестящие доспехи полностью закрывали тело, руки и ноги. За спиной висел узкий меч-полуторник, по размерам мало уступавший оружию Матвея, но был намного изящнее. Видимо, ей тоже сказали вооружиться, поэтому сегодня пришла при полном параде. И стоит сказать, снаряжение это явно было мастерское.