"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Я быстро взял образцы почвы, растений, кусок мяса Спрутолиса и сложил всё в рюкзак. Взять образец воды не получилось, ни одной лужи поблизости. Значит, в другой раз. Зато образец воздуха есть в каждой открытой баночке, пусть анализируют.
Мы наконец вышли из Аномалии, хотя ещё только утро и Солнце неторопливо поднималось на небосвод. В это время некоторые только выходят на охоту, но сегодня кроме нас здесь никого больше не было.
  
— Давайте здесь привал сделаем, я вас подлечу, — предложил я всему отряду, когда мы находились на относительно ровной площадке посередине между КПП и входом в Аномалию.
— Ценю твою заботу, но давай лучше зайдём за ворота, — ответил Стас, остальные закивали, поддерживая его идею.
— Давайте так, мне всё равно, — пожал я плечами. — Хотел как лучше.
Проходя через ворота, мы ловили на себе удивлённые взгляды военных. Они о чём-то тихо переговаривались между собой. Я сначала не понял, что их больше удивило. То, что мы возвращались почти невредимыми, или что так рано. После отпущенного в нашу сторону комментария, всё встало на свои места.
— Что, ребятки, в штанишки наложили? — гаденьким голосом сказал один из военных и все, кто был рядом с ним, заржали.
— В твои, рекомендую проверить, — ответил за всех Пётр, не останавливаясь.
Смех позади временно стих, потом послышались удивлённые возгласы, и солдаты захохотали пуще прежнего.
— Эй ты, урод! — раздался сзади слегка истеричный голос того, что решил пошутить. — А ну, иди сюда!
Мы шли дальше, не оборачиваясь. Кричавший вслед солдат не решился покидать пост и вскоре угомонился.
— Прикольная штука — магия земли, — ухмыльнулся Пётр. — С каждым днём открываю для себя новые возможности применения. Тут главное — тонкий контроль и незаметность действий.
— Подселил ему в штаны инородное тело? — улыбнулся я.
— Ага, — кивнул он. — Сформировал там ком земли, пусть наслаждается.
Отойдя подальше от КПП, мы остановились под группой деревьев, и я наконец занялся лечением. По сравнению с тем, с чем я имел дело в госпитале в последние дни, здесь были детские игры. На каждого пострадавшего мне понадобилось порядка минуты, пару раз две. И то это с учётом времени на очищение организма от негативной энергии Аномалии. Меня почти не удивило, что даже небольшие царапины сопровождались изменением тканей, хорошо, что в малых объёмах и все не зашло слишком далеко.
Пока я занимался лечением, ребята делились между собой впечатлениями о недавнем бое, посмеялись над неудачно пошутившим военным. Никто не высказывал претензий, что ушли без добычи, хорошо, что все живы и почти без повреждений.
Хоть и относительно мелкие монстры нам попались, но их было невероятно много. Можно было бы неплохо поживиться, но я практически уверен, что нам бы не дали, битва бы продолжалась до полного изнеможения. Очень вовремя мы ушли. Перед ребятами получилось немного неудобно.
Тут же дело еще в чем — если добычи нет, то ты все равно был в Аномалии, а значит, частично ее энергия проникла в тебя. Пусть и не сразу, по крупицам, но это делает сильнее магов, да и на обычных людях сказывается — они становятся устойчивее к этой энергии. Так что каждый рейд в Аномалию нес хоть и небольшую пользу для тех, кто собирался и дальше ходить сюда. Но все равно без добычи многим грустно.
— У меня есть предложение, — сказал я, завершив лечение. — Так как поход в Аномалию был моей инициативой, а вам прибыли из этого никакой не вышло, приглашаю всех пообедать в трактире возле рынка за мой счёт.
Матвей на меня посмотрел немного странно исподлобья, но промолчал, решил не вмешиваться. Что ж, разумно. Остальные переглянулись и довольно закивали. Мы зашли домой к студентам, которые снимали жильё поблизости от северных ворот, чтобы умыться и оттереть с доспехов потроха и слизь тварей, потом дружной толпой двинулись до рынка. Меня немного тяготила мысль, что Герасимов ждёт меня с образцами, но я думаю, заслужил небольшой отдых и сытный обед. Тем более закончили раньше, чем планировалось.
Ребята ни в чём себе не отказывали, но и особо дорогих блюд не брали, всё по уму. Когда Матвей увидел счёт, его брови поползли на лоб. Согласен, по карману ударит, но уже не так фатально, как месяц назад, материально я уже гораздо лучше обеспечен. Да и сам мой напарник теперь при деньгах, сам недавно говорил, что никогда столько в руках не держал.
* * *
— О, наш боец вернулся! — воскликнул Герасимов, который только что потягивался и зевал. — А мы тут уже совсем заскучали. Три бабульки за половину рабочего дня. Что-то ты больно хорошо выглядишь, никуда не пошёл, что ли?
Я поставил протазан в угол и принялся рассказывать про наш странный бой, из которого мы вышли не без труда, попутно стягивая с себя доспехи и надевая халат. В завершение рассказа я поставил перед ним баночки с образцами.
— Так с этого и надо было начинать, Вань! — оживился Анатолий Фёдорович, сгрёб со стола баночки в пакет и бодро поднялся со стула. — Пошли со мной.
— Я? — переспросил я на всякий случай.
— Нет, цепочка от буя, пошли! — он подхватил меня под локоть и мы под насмешливые взгляды сидевших в расслабленных позах коллег вышли из ординаторской и направились в лабораторию.
Шеф поставил баночки на стол и начал суетливо доставать реактивы и другое оборудование из шкафа. Всё, что возможно из новых образцов, было помещено на предметные стёкла, а кусок мяса Спрутолиса он залил формалином и отставил в сторону.
— Когда созреет, наделаем срезов микротомом, а пока посмотрим то, что есть, — отчитался он о своих действиях, чтобы ввести меня в курс дела, но мне об этом и так уже выдал пояснения и инструкции нейроинтерфейс.
Герасимов сначала сам рассмотрел под разным увеличением все образцы, среди которых была и капля крови, которую он умудрился выдавить из куска мяса. Потом он достал несколько коробок с другими заготовками и начал сравнивать, поставив рядом два микроскопа. Достал из стола журнал, читая там более ранние записи. Я стоял рядом молча, чтобы не мешать процессу.
— М-да, — произнёс Анатолий Фёдорович, барабаня пальцами по столу. — Жаль, что одновременно невозможно посмотреть ещё живые образцы во время «волн» и в период затишья. Записи выручают. Но кое-что уже можно понять. Иди глянь на образцы тканей. На тёмные флюиды не обращай внимания.
Он освободил мне место перед микроскопами, и я сел на его стул, припав к окулярам. Я вообще такого раньше не видел, очень выручили пояснения наставника и нейроинтерфейса, хотя семейная база данных такой информацией вовсе не изобиловала, зато пригодились учебники, которые мне удалось прочитать в библиотеке.
— Из того, что видно сразу — значительные изменения клеток крови, — сказал Герасимов, обращая моё внимание. — Посмотри на мышечные волокна, они тоже чувствительно отличаются. И состояние соединительной ткани.
Я видел, что что-то не так, но мне явно не хватало определённых знаний, чтобы оценить разницу по достоинству. Надо будет подтянуть гистологию и патологическую анатомию конкретно по фауне Аномалии. Неплохо было бы снова попасть в библиотеку на втором этаже, намекну об этом наставнику чуть позже.
— Ну, разглядел? — спросил Герасимов, когда я отстранился от микроскопа. — Судя по выражению лица, ты кое-что увидел, но не совсем всё понял, правильно?
Я неохотно кивнул, скрывать такое не стоит, тем более, когда могут дать ответы на возникшие вопросы.
— Ладно, не печалься, — махнул он рукой. — Если завтра утро будет относительно спокойным, отведу тебя в библиотеку, подскажу какие книги посмотреть, потом ещё раз посмотришь, договорились?
  
Теперь я охотно закивал, он просто мои мысли читает.
— Это было бы замечательно, — сказал я, улыбаясь. — Чтобы приносить больше пользы, надо в полной мере понимать, что происходит.
— Верно подметил, студент, — похлопал он меня по плечу. — Нам бы ещё твой четвёртый круг полноценно освоить и тебя натаскать на новые задачи. Вот как будет новое поступление раненых, покажу на деле, а завтра, пожалуй, при любом раскладе пойдёшь в библиотеку. Не выпущу, пока всё не прочитаешь из списка, который предоставлю позже. А сейчас поможешь мне с подготовкой и консервацией препаратов, потом отправим их учёным в Новосибирск. Подай мне вон тот штатив с реактивами.