"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Извините, задание понял, иду выполнять, — сдержанно ответил я.
— Вот и иди, не нервируй меня! — бросил он и подошёл к следующему, стонущему от боли пациенту.
Наверное, он будет так меня мариновать, пока не убедится, что я подхожу. Ну что ж, чистить, так чистить. Наберёмся терпения и вперёд.
Жёлтый стикер был сегодня почти на всех, так что работы хватит намного дольше, чем моего запаса энергии. Я начал с первого попавшегося.
  
Это был здоровенный парень, косая сажень в плечах. Левая рука была замотана окровавленными бинтами и подвешена на косынке. Такая же кровавая повязка была и на ноге. Чем не шанс проявить себя и с другой стороны? Последствия воздействия ауры Аномалии были относительно небольшими и я с ними быстро справился.
Я не торопился менять стикер, пациент сидел спокойно и с благодарностью принимал мою помощь, поэтому я решил на свой страх и риск с ним продолжить. Я положил руку поверх кровавой повязки на его руке. Там оказалась немаленьких размеров рваная рана, словно кто-то пытался выгрызть оттуда кусок мяса. Направив в рану поток энергии, я занялся её заживлением. Когда всё уже практически закончилось, мне на плечо легла тяжёлая рука.
  
Глава 8
 
— И чем это ты занимаешься? — услышал я суровый голос Герасимова.
— Пытался заодно и рану на руке вылечить, — ответил я, ни на секунду не замешкавшись. Лучше сразу правду сказать, иначе только хуже будет. — От воздействия энергии Аномалии я его уже очистил.
— Вижу, — буркнул недовольно Анатолий Фёдорович. — Отойди, дай посмотрю.
Я послушно отошёл от раненого, целитель приблизился к нему и положил руку на повязку. Потом повернулся ко мне и посмотрел удивлённо.
— У тебя точно второй круг? — спросил вдруг он.
— Точно, — кивнул я. — Можете проверить, если хотите.
Герасимов встал, повернулся ко мне и положил ладонь мне на область сердца, где вращались сдвоенные круги. Интересно, а сдвоенность он увидит или это невозможно?
— В самом деле, второй, — пробурчал Герасимов. — Только какой-то немного странный. И, похоже, скоро третий будет. Ты ведь по идее никак не должен ещё уметь исцелять такие серьёзные раны, как такое возможно?
— Не знаю, Анатолий Фёдорович, — пожал я плечами. — Я очень старался и изучал все по книгам.
— Ясно, ладно, — нахмурившись, сказал он. — Давай так договоримся, мне нужен человек, который будет убирать последствия воздействия Аномалии, производить чистку энергоструктуры пациента. Больше никакой самодеятельности, ты понял?
Говорил он достаточно сурово, но уже без той резкой неприязни, как было сначала. Однако ослушаться его ещё раз не было никакого желания.
— Да, я всё понял, Анатолий Фёдорович, — кивнул я. — Буду заниматься только чисткой.
— Вот и хорошо. Пациентов тут тебе выше крыши хватит, а когда достигнешь третьего круга, будем решать, что дальше. В том числе и с твоими знаниями, криворучку я не допущу до людей.
Он снова присел возле пострадавшего и положил руку ему на бедро, где находилась вторая окровавленная повязка. Через пару минут он руку уже убрал. Вот это скорость!
— Всё, можете идти, — сказал Герасимов.
Боец пошевелил раненой рукой и ногой, убедился, что ничего не болит и всё нормально двигается, встал, поблагодарил нас за помощь и ушёл. Герасимов, больше не удостоив меня ни словом, пошёл дальше работать, выбирая самых тяжёлых. Ещё несколько лекарей так же суетились среди раненых и поражённых аурой.
Я не стал больше выпендриваться, а пошёл делать чистку всем подряд, у кого видел жёлтый стикер, меняя его потом на зелёный. Пробегавший периодически мимо Герасимов посматривал на меня, заглядывал зачем-то в глаза, потом бежал дальше.
Я разок проследил за его действиями. Он выбрал самого тяжелораненого и поражённого негативом Аномалии охотника, несколько минут поколдовал над ним и тот встал, отряхнулся и ушёл. Вот это уровень мастерства, вот это я понимаю. Мне до него ещё далеко.
Какой, интересно, у него круг, пятый? Вполне возможно. По крайней мере, мощь его воздействия сильно отличается от того, что могу продемонстрировать я, даже если очень сильно постараюсь.
Следующая пациентка меня удивила. Это была обычная гражданская, возраст далеко за пятьдесят, насколько я мог судить по её внешнему виду. Ран нигде никаких не было, но состояние ближе к критическому. Она была бледная, как простыня, с желтоватым оттенком кожи и склер глаз. Такое бывает при проблемах с печенью, как мне подсказало моё второе внутреннее «я». Кроме того, кожа сухая и дряблая. Я собрал складку на предплечье и она медленно приняла прежнюю форму.
— А что с вами произошло? — спросил я.
Ясно ведь, что она никакой не охотник и не целитель. И уж точно не носильщик, комплекция не та, чтобы на себе мешки таскать или тварей потрошить в поисках ценных ресурсов.
— С каждым днём мне всё хуже, — слабым голосом промолвила женщина. — Слабость нарастает уже с полгода, за последние две недели прямо сильно. Да я не хотела никуда идти, сколько отведено, столько проживу. Это родственники уговорили обратиться в госпиталь.
— Понятно, — кивнул я и начал её осматривать более дотошно.
В организме крайне мало жидкости, отсюда и такая дряблость кожи. Печень увеличена и уплотнена, такое впечатление, что она почти не работает. Такие же изменения в селезёнке. Стенка желудка истончена и загрязнена чем-то непонятным. Присмотревшись, я понял, все её внутренние органы поражены энергией Аномалии, словно она там сидела до последнего и на последнем издыхании выползла, после чего её принесли сюда.
К сожалению, Аномалия создает слишком не структурированную и хаотичную энергию, чтобы не оказывать никакого воздействия на окружение. Более того, очищать ее могут только маги, направляя часть её на собственное развитие, и то много мусора выходит в процессе. Так что простецы, не обладающие магическими силами, вообще никак не могли противостоять такой беде.
— Насчёт самочувствия всё понятно, — сказал я. — На то есть причины. Так как вы там оказались? Что вы делали в Аномалии?
— Так я туда каждый день ходила, — сказала женщина и пожала плечами. — По самому краю, правда. Там знаете, какие там грибы? — посмотрела она на меня таким взглядом, что я сразу понял — фанатка этого дела и никакие доводы не будут для нее убедительными. — И больше гораздо, чем в тайге по другую сторону от города, и вкуснее. А ещё встречается немало таких, за которые в пунктах приёма платят хорошо. Это практически мой основной способ заработка был, а хорошую работу в нашем городке найти трудно.
— Теперь всё становится на свои места, — кивнул я. — Это хроническое долгосрочное воздействие Аномалии вас погубило. Сейчас попытаюсь это исправить.
Начну с жизненно важных органов. Сначала сердце, потом печень и селезёнка, дальше — почки, кишечник. Ещё про головной мозг надо не забыть, раз пациентка сама про него не помнит. Все внутренние органы были настолько сильно поражены, аура Аномалии пропитала буквально каждую клеточку.
Очистка каждого отдельного участка поддавалась с большим трудом. Я думал, что сердце окажется самым сложным объектом, поэтому решил с него начать, но, когда перешёл на печень, понял, что я ошибался. Здесь всё было гораздо хуже. Если на остальные органы Аномалия воздействовала напрямую, то на желудочно-кишечный тракт ещё и с помощью мутировавших грибов, которые эта бедолага собирала по окраине Аномалии.
Это просто жесть! И как можно настолько себя запустить? Если бы родственники не притащили её в госпиталь сегодня, то на днях отнесли бы на кладбище! Закончив с печенью, я решил перейти на желудок и кишечник, следующим этапом почки, до которых я так и не дошёл. На меня внезапно навалилась слабость, перед глазами начали кружиться мушки, расходящиеся тёмные круги. Я явно перестарался, недооценил свои ресурсы.
  
В этот момент мимо в очередной раз пробегал Герасимов. Он остановился возле меня и посмотрел мне в глаза. Я его глаза видел уже нечётко.