По ту сторону закона (СИ)

Пролог
Здравствуйте. Меня зовут Алиса и мне двадцать семь лет. Сейчас я счастлива, у меня есть ребёнок и любящий муж… Но так было не всегда. И сегодня я хочу рассказать вам историю, которая случилась три года назад, когда меня ещё звали иначе… Впрочем, началась она гораздо, гораздо раньше. В ночь, когда убили моих родителей.
Как сейчас помню — через неделю мы должны были отмечать моё шестнадцатилетие, планировался грандиозный праздник, и я, лёжа в кровати на втором этаже нашего загородного дома, никак не могла уснуть, прокручивая в голове всё, что ещё необходимо сделать… Как вдруг услышала внизу чьи-то голоса. Злые и незнакомые. Они на что-то сильно ругались, папа отвечал, а мама плакала. Не удержавшись, я вылезла из-под одеяла и в одной ночнушке спустилась на первый этаж. Тихо-тихо, чтобы меня никто не услышал, заглянула в гостиную, где горела настольная лампа и ходили какие-то тени… И именно в этот момент прогремел выстрел. Стоя спиной к двери, какой-то бугай приставил пистолет ко лбу моего отца и нажал на спусковой крючок, молча и хладнокровно выбив ему мозги. Мама закричала, вскочила на ноги — до этого она стояла на коленях перед чужаками рядом с папой — получила смачную пощёчину от всё того же мужчины — и завалилась набок, ударившись виском об угол стола. Насмерть.
Вот тогда завизжала уже я. Не помня себя от ужаса бросилась к матери — но была перехвачена каким-то подручным. Который, недолго думая, задрал подол моей ночной рубашки и…
Нда. Мне по-прежнему тяжело говорить об этом. Поэтому скажу кратко — в ту ночь меня изнасиловали. Четверо взрослых мужчин жестоко надругались над моим хрупким девичьим телом — и бросили подыхать. Но я не собиралась умирать и к утру, превозмогая боль и слёзы, всё-таки доползла до крыльца, где меня обнаружили соседи и вызвали полицию.
Затем была долгая реабилитация в больнице, сотни разговоров с разными психологами… И визит сотрудника правительственной организации, который радикально изменил мою жизнь, подарив ей цель.
Месть.
Да. Единственное, о чём я тогда мечтала — это отомстить. Но не насильникам — хотя и им тоже — а убийце. Его я жаждала найти в первую очередь… Одна проблема — моя память не сохранила лиц. Мне запомнилась лишь монохромная татуировка на предплечье главаря — в виде стилизованной змеи, обвившей и кусающей карающий её меч… Перед глазами она была почти как живая! Потому что много часов маячила на виду, пока её хозяин наблюдал за стараниями своих подчинённых.
Естественно, я не смогла отказаться от такого подарка — и вскоре уже числилась внештатным сотрудником этой полусекретной организации. О, куда меня только не отправляли! Я была и уборщицей у мафии, и посыльным наркоторговцев, и связным для контрабандистов, и поставщиком террористов… Всего и не упомнить. Единственное, чего я никогда не делала, это не раздвигала ноги. Просто не могла. Все мои внедрения проходили по иным схемам: через доверие, подстроенные случайности и никогда — через постель. Благо кураторы в организации знали о моей проблеме — и всегда шли мне навстречу, не давая невыполнимых заданий… Пока однажды я сама его не попросила.
В тот роковой вечер (или, вернее, ночь) меня отпустили с тренировки в центре позже обычного, и я решила сократить путь домой через пустырь — место мрачное и неприятное, давно облюбованное шпаной и хулиганами. Не скажу, что мне очень нравилось там ходить, провоцируя неблагополучные элементы общества своим беззащитно-вызывающим видом, однако особого страха я тоже не испытывала. И не в таких переделках бывала. Поэтому шла спокойно, за деревьями не пряталась, от шорохов не вздрагивала, не бежала и не медлила. Разве что старалась не шуметь, чтобы не привлекать лишнего внимания… И внезапно услышала голоса. Совсем как в детстве, только с небольшой разницей — эти люди ругались не громко, а наоборот — свистящим, немного раздражённым шёпотом… Что моментально меня насторожило. Ведь обычным людям таиться было незачем. А подростки так вообще собирались здесь исключительно для того, чтобы дать о себе знать.
 
Не сумев подавить профессиональное любопытство, я свернула с тропинки, осторожно подкралась к полуразрушенным гаражам, выглянула из-за дерева, целиком спрятавшись в его тени… И замерла, не в силах отвести взгляд от до боли знакомой татуировки, мелькнувшей в свете одинокого фонаря.
К несчастью, сам мужчина стоял ко мне спиной, что не позволяло рассмотреть его лица — но я не сильно расстроилась. Мне было достаточно, что я нашла его. Своего кровного врага.
А тем временем мужчина закончил отчитывать собеседника какую-то оплошность, махнул рукой, вынудив несчастного сжаться в ожидании удара, и решительно направился в город, пробурчав что-то про никчёмных исполнителей, на которых нельзя положиться. Я же, недолго думая, направилась следом. Проводила своего врага до какого-то закрытого мужского клуба, куда его впустили, как к себе домой — то есть без задержек и лишних вопросов — и потопала на квартиру. Ждать утра и продумывать план действий.
В том, что он мне понадобится, я ни секунды не сомневалась.
1
— Ты хоть понимаешь, о чём просишь? — приподняв очки, строго вопросила Галина Викторовна.
По жизни, возможно, очень отзывчивая и внимательная женщина среднего возраста… Но не со мной. Взяв меня под опеку сразу после зачисления в штат (вернее, став моим официальным куратором), она всегда неукоснительно придерживалась правилам, придирчиво следя за каждым шагом вверенного ей агента. И потому на уступки рассчитывать не стоило… Что серьёзно усложняло мою задачу.
— Это же стриптиз-клуб и бордель в одном лице! — сверившись с документами на экране, припечатала она. — Кем ты собираешься там работать?!
— Кем получится, — я упрямо вздёрнула подбородок, даже мысленно не содрогнувшись от жутких перспектив, которые сулило второе направление работы мужского клуба…
И плевать, что эта информация оказалась для меня в новинку! Ради мести я была готова на всё.
— Нет, так не пойдёт, — в полной мере оценив мой энтузиазм, женщина устало покачала головой. — Так нельзя.
— Но это наша единственная зацепка! Похоже, он там частый гость…
— Если бы ты запомнила приметы его товарища — зацепок было бы больше! — справедливо парировала Галина Викторовна. — К тому же нельзя быть уверенной на сто процентов, что это он. Татуировки — вещь распространённая. Особенно такие стандартные, как змея с мечом.
— Это он. Я уверена. Тот же голос, та же фигура…
— Допустим. Хотя полагаться на детские воспоминания — последнее дело, — зачем-то уколола куратор — видимо, чтобы вывести меня из себя. — И всё же посылать именно тебя нецелесообразно. У нас есть девушки, которым такие задания подходят больше. У них и опыт, и умения…
— Только сейчас они все заняты.
— От нескольких месяцев ничего не изменится. Если он действительно туда ходит, то и через полгода вряд ли откажется от своих привычек. Да и время терять никто не собирается — параллельно с подготовкой мы установим постоянное наблюдение и считаем всех посетителей. Попробуем подключиться к камерам. Жучков запустим… А потом кто-нибудь освободится и проверит твою теорию. По татуировке его узнает любой.
И я пожалела, что не смогла его разглядеть… Впрочем, в таком случае девушкам к описанию татуировки добавили бы фоторобот — и спор упёрся бы в тот же тупик.
— А если за эти месяцы он всё-таки перестанет туда ходить? — предприняла новую попытку уговорить собеседницу.
— Тогда ему ничего не помешает сделать это уже сейчас! — отрезала Галина Викторовна. — Но если той же Стейси неудача ничем не грозит, то тебе — очень даже. Вот скажи, ты готова ложиться под всех подряд на протяжении… да пускай бы и года — впустую? Справишься?
— Да! — воскликнула с жаром.
— А я в этом сомневаюсь, — не уступила куратор. — Постель не твоя стезя. Ты хороша в других областях. Помни — у нас каждый занимается своим делом. Так что оставь этот вопрос профессионалам и продолжай готовиться к следующему внедрению.