Мастер архивов. Том 3 (СИ)

— Спасибо, все хорошо, работаю.
— Конечно, — усмехнулся Соболев, но усмешка была не злой. — Ладно, не будем о политике. Я позвал тебя поговорить о деле. Провести, так сказать, разъяснительную беседу.
Он подошел к окну, посмотрел на серое небо.
— В Архиве неспокойно. Ты знаешь. Я фиксирую магические возмущения, которые не вписываются в норму. Ты должен быть в курсе.
— Только в рамках того, что нам рассказывают, — осторожно ответил я. — Возмущения фиксируются. Но их природа не ясна.
  
— Не ясна, — эхом повторил Соболев. — Это проблема. Я здесь для того, чтобы контролировать магическую безопасность. А если я не знаю, что именно угрожает — я не могу ее обеспечить.
Зачем он мне все это говорит? Странный тип.
Соболев повернулся ко мне.
— Если ты что-то знаешь — расскажи. Я здесь не враг.
Я выдержал паузу.
— Если я что-то узнаю, Аркадий Венедиктович, то обязательно сообщу. В соответствии с протоколом.
Соболев посмотрел на меня долгим взглядом.
Я старался держаться спокойно, но чувствовал — что-то не так. Вся эта беседа какая-то странная. И явно не просто так организованная.
Когда ощутил легкое покалывание в пальцах и мягкое давление на границы моего сознания, то все сразу же понял. Соболев прощупывал меня — осторожно, деликатно, но настойчиво. Магия текла от него тонкими, почти невидимыми нитями.
— Это похвально, что ты в своей работе придерживаешься официального протокола, — произнес Соболев, и в тот же миг давление усилилось. Он явно пытался заглянуть мне в душу.
Я промолчал. Не отодвинул щиты и не показал, что заметил. Только задался вопросом: зачем? Что он ищет? Мои слабые места? Или проверяет, кто я на самом деле такой? Не слишком ли много внимания простому архивариусу?
— Архив — место непростое, — продолжил Соболев. — Много магии, много артефактов. Трудно уследить за всем.
— У нас отличные специалисты, — ответил я.
— Специалисты — это хорошо, — усмехнулся он. — Но иногда нужно смотреть глубже.
Давление исчезло так же внезапно, как и появилось. Лицо архимага снова стало непроницаемым. Кажется, проверку я прошел.
— Ладно, Алексей, — сказал он. — Иди работай. Если что-то заметишь — докладывай.
Я встал, кивнул и вышел. В коридоре остановился, перевел дух.
Он проверял меня. Но зачем? Хотел убедиться, что я не маг? Или, наоборот, хотел выяснить, насколько силен? Черт, тут явно что-то не так. И интуиция подсказывает — вокруг меня затевается что-то нехорошее, тучи сгущаются. То слежка сегодня утром, то этот странный разговор с Соболевым… Кстати, неплохо бы узнать на чьей он стороне.
Я вспомнил, как он разговаривал с кронпринцем Каем. Как старые друзья — непринужденно, с легкой фамильярностью. Они заодно, это понятно. Но на чьей стороне сам Кай?
Вопросов больше, чем ответов.
Я вернулся в отдел, все еще прокручивая в голове разговор с Соболевым. Непонятный, тревожный осадок остался где-то под ложечкой. Не нравился мне этот московский инспектор. Слишком спокоен и слишком внимателен. А главное — слишком близок к кронпринцу, который, как мне кажется, еще пока черная лошадка. Что от него ждать непонятно. А опыт (тот самый, что помог вычислить слежку) говорит: если не знаешь, что ждать от человека — жди самого плохого.
— Алексей, — окликнул меня Непомнящий. — Зайди, пожалуйста, на минутку.
Я подошел.
— Поступила заявка, — сказал Семен Семенович, протягивая мне лист. — На выдачу книг.
Я взял заявку.
— Именная, — добавил Непомнящий. И совсем тихо произнес: — Лично для архимага Виктора Зарена.
Я глянул на бумагу. Верхний край с гербом Императорского Департамента, ниже — фамилия, должность, список литературы.
— Зарен? — переспросил я. — Давно мы его не видели.
— Вот и я думаю, — кивнул Непомнящий. — Впрочем, он имеет право. Формальности соблюдены.
Я спрятал заявку в карман и направился к выходу. В коридоре не удержался, замедлил шаг, прочитал что же именно хочет получить архимаг.
«Основы магической механики», «Алхимические процессы в пространственной динамике», «Трактат о стабилизациях», «Усилители магического резонанса — практическое применение».
Странный набор. Похоже на подготовку к чему-то конкретному. Я вспомнил списки отходов из лаборатории Зарена, которые мы с Алиной изучали у Тамары Осиповны. Кажется, книги, которые он заказал, были частью его плана.
Я подошел к хранилищу, где лежали нужные издания. Старое, дальнее крыло, редко используемое. Внутри — высокие стеллажи до самого потолка, заставленные фолиантами в кожаных переплетах. Привычная тишина.
Достал нужное.
«Основы магической механики» оказался самым толстым томом с потускневшим золотым тиснением. «Алхимические процессы в пространственной динамике» напротив, поменьше, с металлическими уголками, явно не раз читанный. «Трактат» — самый тонкий, в потрепанном переплете, с закладкой-лентой, забытой кем-то из прошлых читателей.
И вновь победило любопытство. Открыл первую книгу. В глаза бросились чертежи. Сложные схемы, переплетения линий, обозначения, которых я не понимал. Текст сухой, академичный, с многочисленными сносками и ссылками на другие труды.
Вторая книга оказалась понятнее. Здесь были диаграммы алхимических реакций, формулы магического распада, таблицы совместимости ингредиентов. Я узнал некоторые названия — те, что мелькали в списках отходов из лаборатории архимага. Ртуть с магией хаоса, алхимическая сера — все это было здесь, на страницах, описанное как «катализаторы пространственной нестабильности». Владелец до меня явно изучал ее с карандашом в руке.
Я захлопнул книгу, убрал в стопку.
Зарен, как заноза в…
Воздух в центре хранилища дрогнул. Я пригляделся. Показалось? Нет, и в самом деле дрожит, едва заметно, как марево над раскаленным асфальтом. Потом сильнее. Опять магические выбросы от книг?
Что-то сухо щелкнуло и пространство начало скручиваться в тугую спираль.
Я не успел даже отскочить. Прямо передо мной вдруг возникла черная, маслянистая гладь.
Портал!
— Черт…
С таким же щелчком, с каким возник портал, в голове моей сложился и весь пазл.
Это была ловушка. Книги только приманка. А сам архимаг, используя свои знания, протестированные на сектантах, открыл портал прямо здесь, в Архиве. Там, где я должен был оказаться в нужное время.
Я попытался отойти, но ноги уже не слушались. Словно кто-то вцепился в меня невидимыми когтями, притягивая к этому черному провалу.
— Твою мать!
Я рванул, пытаясь ухватиться за стеллаж, но пальцы скользнули по металлу. Магия Зарена была сильнее.
Не дождешься!
Попытался призвать дар — пустота внутри отозвалась, но вяло, словно была заморожена. Портал гасил магию. Пил ее, как воду.
Последнее, что я увидел перед тем, как тьма сомкнулась надо мной — полки с книгами. Рядами уходящие вверх, к потолку. Лампы, гаснущие одна за другой. И черную гладь портала, которая втянула меня в себя, стоило мне потерять равновесие.
Ловушка захлопнулась.
* * *
Кабинет кронпринца Кая располагался в северном крыле Зимнего дворца — подальше от парадных залов, императорских покоев и, главное, от глаз матери. Здесь было тихо — кронпринц любил тишину. А еще за высокими окнами открывался вид на гранитную набережную и серую гладь Невы. Идеальное место чтобы погрузиться в свои думы.
А подумать было над чем.
Кай сидел в кресле у камина, сжимая в пальцах пустой бокал. Огонь догорал, отбрасывая красноватые отсветы на его бледное, усталое лицо. Кронпринц не спал вторую ночь — с того самого разговора в малой гостиной, когда мать произнесла те слова.
  
Рядом, на низком пуфике, расположился его советник — Владимир Сергеевич Ланской. Старый, седой, с умными, внимательными глазами. Он служил еще дедушке Кая, помнил старые интриги, пережил дворцовые перевороты. И остался. Верный, надежный, молчаливый. Единственный, кому Кай доверял безоговорочно.