Гаремник. Дилогия (СИ)

 Глава 4 
Из Львова я сразу ушёл в леса. Переодевшись в современный цифровой лестной камуфляж, лёгкий бронежилет, винтовочную пулю не удержит, но осколки и пистолетные легко, кевларовый шлем, камуфляжную накидку «Леший», и вот так бегал по лесам. И да, запасы формы, броников, обуви, у меня сделаны разных размеров, по три комплекта. А как стемнело поднялся на самолёте на километровую высоту и накручивая круги, изучал леса, высматривая костры. Да, вот так легко я в первую же ночь обнаружил стоянки двух банд. Ну костров хватало, но у двух сидели молодчики в гражданской и польской военной форме вперемешку. Вооружены. У остальных костров гражданские или наши. Да и не прятались они. И это я на небольшом пяточке обнаружил. А вообще послушал на вокзале, тут постреливали, и не слабо, то тут, то там. Однако и охрана тыла тоже работала. Так что запомнив местоположение первой группы, сел на лесной дороге. Ширины крыльев хватало сесть и не поломать, да и поверхность подходила. Ну и добежал. Сканер показывал где часовой, и два секрета. А вот мин или минных ловушек не было. Нет, я не стал доставать миномёт, хотя запас мин у финнов пополнил, или гранатомёт. У меня запас готовых самодельных «монок» был, делать нечего, пока службу нёс после реабилитации, наделал запас, всё что было в тротиле потратил, да набрал поражающего элемента. Механики этот бросовый металл мне ящиками отдавали. Так что изучил лагерь со всех сторон, обнаружив тропу, по которой эти двенадцать молодчика пришли, и задумался. Ну знаете жаба душит. Тут нет крупных соединений у националистов. В первой группе, где я сейчас работал двенадцать боевиков, один на часах и трое в секретах, остальные отдыхали и ждали похлебки из котла. Да второй отряд, он побольше. Два десятка. И на них тратить запасы «монок», да дефицитных электродетонаторов? Да ну на фиг. У меня конечно этих электродетонаторов с пять тысяч, но до конца войны может и не хватит. Итак, две сотни потратил на финнов. Хотя и не жалею, хорошие потери им нанёс.
  
Я сделал проще, в одну руку «ПБ», в другую «АПБ», два бесшумных пистолета позволили мне с предельной дистанции для них снять часового и секреты, и просто выйдя к костру, в быстром темпе перестрелять молодчиков. Только один успел вскочить, но схватившись за грудь впал в костёр, перевернув котёл. Сделав контроль, трое подранков, я осмотрелся и хмыкнул, сплюнув.
‑ Детский сад, штаны на лямках.
Да, тут есть такое. Не впечатлили меня молодчики. Впрочем, те явно серьёзно расслабились. Вытащив один труп из костра, вонял сильно жжёным мясом, да и одежда загорелась, изучил на предмет ценного. С сомнением осмотрел потёртый «ППД», с дисковым барабаном, к нему кстати один запасной был, оба заряжены и патронов в запасе с две сотни, в вещмешке. И всё же оставил, прибрал. А у меня таких «ППД» семь, с боезапасом, три с рожковыми магазинами, остальные с дисковыми барабанами. Набрал у финнов, а они у наших. Этот восьмой стал. Пригодиться. Остальное оружие интереса не представляло. Даже как музейные экспонаты. Было там пара старых винтовок. А в основном немецкие «маузеры», пара «мосинок» и ручной пулемёт «Браунинг», вот к нему десять запасных магазинов в чехлах. Подумал и его взял, да весь запас патронов. Кстати, пулемёт был под немецкий винтовочный патрон. Это хорошо проблем с боезапасом не будет. Припрячу, сделаю закладку, но в хранилище держать не буду, так что и часть винтовок для тех же целей забрал, и весь боезапас. С часового и секретов тоже. Там кстати второй пулемёт был, такой же «Браунинг», где магазин сверху вставлялся. После этого пробежался. Я был лёгок на ногу, тут всего километров двадцать и также с помощью тихого оружия уничтожив часовых, из двух «ППД» и второй отряд положил. Двадцать два их там было. Тут тоже набрал трофеев. Да так, что свободные шестьсот килограмм были заняты. Пришлось побегать, нашёл старый жилой схрон, давно тут никого не было, там оставил добычу, замаскировал след. Чтобы схрон не нашли. Ещё спецсредством от собак попрыскал. И добежав до дороги, пять километров по лесу пришлось сайгаком пробежать, и снова поднялся в небо, выискивая огни костров. Уже делал большие круги по округе. Причём, один раз приметил крупную банду, что шла, пересекая открытую местность, между двумя лесами. А так всего три банды обнаружил, но до утра уничтожил только ту банду, в тридцать рыл, что поле пересекала. Уж больно шли профессионально, их учили, это не деревенские, что впервые оружие взяли.
Да, использовал «ВСС», с глушителем и работал с разных сторон. Те только когда пятое тело повалилось, видимо вскрик был, поняли, что их убивают. Да и до этого прислушивались, видимо чавкающие звуки попаданий пуль в тела, привлекли внимание. Вроде и бежали, дышали наверняка громко, но услышали. А вот тут продолжал быстро работать, перенося огонь с цели на цель. Работа по сути как в домашней обстановке, я в укрытии, накрыт маскировочной накидкой, вспышки моих выстрелов те увидеть не могли, глушитель больше пламя глушил, хотя и звук до них вряд ли долетал, хотя работал с трёхсот метров, в зоне работы сканера. А те в рассыпную, ведя огонь в разные стороны. Сразу шумно стало, вот и отстреливал тех. Когда некоторые вышли за дальность стрельбы из «Винтореза» и сканера, сменил оружие, на «СВД», и вёл огонь из него. Ночь мне не помеха. Опция ночного виденья, напомню. И с прицелом также свободно работал. Всё, никто не ушёл. Поглядев в сторону горизонта, там свет фар мелькал, нашумели мы, из ближайшего армейского военного лагеря на шум явно усиленный патруль вышел, поэтому сменив оружие, я перекатами стал сближаться с боевиками, когда те попадали в зону работы сканера, проводил контроль. Порядок, никто не ушёл. Чётко сработал. Но начало светать, пришлось уходить. И знаете, мне понравилось. Убежал я далеко, по пути отлетев на самолёте километров на пятьдесят. Там в лесу, убедившись, что рядом никого, уторился в автодоме, душ, и вскоре спал в отличной кровати. Порядок. В общем, с почином меня. Вырубило сразу, хорошо потрудился.
А вот что по поводу довольства сделанным, то есть такое. Я когда Караваевым был, в отпуске ну что я успею? Губы помазать, тем более тут парабол пять дней, переместился в Румынию, там неделю, потом в Финляндию. Мелочь, на самом деле губы помазал, а в рот не попало. А тут у меня целое лето, занимайся охотой как и сколько хочешь. А я это так называю. Охота на нелюдей, очищаю мир от скверны. И делал я это даже с некоторым удовольствием. Не просто как работу. К которой привык, в данном случае работу такую нужно любить, чтобы она не надоела. А будучи в теле врача Караваева, для меня вот это всё как глоток свежего горного воздуха в затхлой обычной жизни. А я ведь старался, жил в системе, как все, мне было интересно попробовать, да и сыновей не хотел подводить. Они в таких охотах участвовали с двенадцати лет старший, и с тринадцати младший. А видел, что потянут, выдержит характер, вот и брал. Поначалу просто помощниками, сами не работали, а потом уже сами, сначала снайперами, потом осваивали и другое оружие. Так что с такими бандитами мы и до конца пятидесятых работали. Дальше те по сути ушли из леса. А пошли во власть, внедряя своих людей. Им так хозяева приказали из‑за границы. И чем больше я сейчас этих молодчиков уничтожу, тем меньше будет убито наших гражданских, женщин и детей. Не передать сколько крови на них было бы в будущем, когда те были бы в расстрельных командах при лагерях военнопленных или занимались зачистками деревень. Да и вообще нелюди те ещё. Потому и засыпал со спокойной улыбкой от сделанной правильной работы. Я нашёл себя, и до осени, наверное, даже до ноября, эти области не покину, вот такие дела. Охота идёт, не на волков, как в песне Высоцкого, на шакалов. Даже шакалов можно оскорбить, называя ими украинских националистов. В мире нет таких животных что можно поставить им вровень. Я так считаю. Ну для меня они идейные противники. Враги, из натуральных. Я их, румын и финнов даже больше немцев не люблю. Там только СС и Люфтваффе, и всё.