Магия предательства (ЛП)

— Просто скажи мне. — Её голос дрогнул, и слеза скатилась по щеке.
— Кам, Фишер и Кай… насколько я знаю, их чувства к тебе искренние. Когда я узнал о ваших отношениях и почувствовал, что подбираюсь всё ближе и ближе к своей цели, я отдал приказ, о котором сожалею. — Он поерзал в кресле, а зверь внутри меня был в двух секундах от того, чтобы напасть на него ради неё. — Я приказал Слоану вступить с тобой в отношения, — наконец тихо признался он.
  
Голди опустила голову, её волосы упали вперед, скрывая лицо.
— Он спорил со мной. Он не хотел, не хотел предавать своих братьев. Думаю, он знал, что они будут раздавлены, когда придет время уезжать, и он также не знал, что думать о той фотографии, которую нашел. Я не принимал отказов… он договорился со мной. Он хотел получить личное задание для Кама, чтобы они могли найти хоть какие-то ответы о том, что случилось с его семьей, и я согласился. Зная теперь, что ты моя… моя дочь, встретившись с тобой, я не могу смотреть на себя в зеркало.
— Хол, — прорычал я его имя, пока Голди беззвучно плакала рядом со мной.
— Мне так чертовски жаль, Сэйдж. Я пойму, если ты больше никогда не захочешь со мной разговаривать, но я не смог бы жить с собой, не рассказав тебе правду. Я дам тебе немного пространства. — Он встал и пересек комнату, направляясь к двери.
— Стой, — выдавила она, вскакивая с дивана и бросаясь за ним туда, где он стоял.
Он застыл так неподвижно, словно заледенел, а когда она врезалась в него и обхватила руками его талию, он посмотрел на меня с таким видом: и что мне, блядь, теперь делать? Затем он выдохнул и крепко прижал её к своему огромному телу, слезы заблестели в его зеленых глазах.
— Я еще не прощаю тебя, и я не знаю, к чему это приведет в будущем, — сказала ему Голди, прижавшись щекой к его груди. — Но я всегда задавалась вопросом, каково это — получить объятие от своего папы.
— Ох, милая девочка, — голос Хола сорвался, когда он обнял её крепче. — Я хотел обнять собственного ребенка больше ста лет. Я всё исправлю, обещаю. Увидимся за ужином.
Мгновение спустя Голди отстранилась, вытирая глаза, а Хол коротко кивнул, прежде чем исчезнуть из комнаты.
— Принцесса, ты в порядке? — спросил я, подходя к ней сзади и прижимая к себе.
— Буду.
Маленькая воительница.
— Да, будешь, — пообещал я.
Она повернулась ко мне лицом.
— Это довольно странно, но я чувствую себя спокойнее, чем с момента моего прибытия сюда. По какой-то причине получение ответов от него, знание того, что мои отношения с остальными не были просто частью работы… это помогает. Я всё еще расстроена, но я скучаю по ним, Брам, — она нахмурилась.
— Даже по Слоану? — Я изогнул бровь, и она издала смешок, похожий на вздох.
— Удивительно, но да. Хотя я всё еще зла на него на тридцать восьмом уровне. Эта цифра должна опуститься примерно до пятнадцати, прежде чем я смогу разговаривать с ним, не желая оторвать ему сиськи.
— Иисус, женщина. Не возбуждай меня сейчас. Нам нужно идти на ужин, — пошутил я, пытаясь разрядить обстановку, и она улыбнулась.
Обожаю, когда она мне улыбается.
Глава 22
Сэйдж
После ухода Хола я начала собираться на вечеринку. Я снова была в большой ванной, наслаждаясь просторной душевой кабиной, а Брам приводил себя в порядок в ванной поменьше.
Моя голова казалась переполненной всем тем, что я узнала за такое короткое время. У меня был отец — тот, с кем я могла бы познакомиться поближе, если бы захотела. Казалось, он искренне желал узнать меня, и это радовало. Когда я впервые встретила его, я была в ужасе. Он был таким… требовательным, пугающим и властным. Я хотела доверять ему, и, зная то, что знала о своей матери, его история не слишком меня удивила. Но почему она бросила его, и почему так прятала меня?
Слова, которые он сказал о парнях, принесли мне некоторое успокоение. Я всем сердцем хотела верить, что наши отношения не были ложью. Они были такими пылкими со мной, и я просто не понимала, как кто-то мог такое подделать. Даже Слоана мне хотелось простить. Услышав о том, через что прошел Кам подростком, я не могла злиться на то, что Слоан хотел выбить для них свободное время, чтобы во всем разобраться. Отсутствие развязки в таком ужасном деле должно было брать свое.
Я знала, что мне нужно вернуться домой как можно скорее. Кто управляет лавкой? Разговаривают ли вообще парни друг с другом на данном этапе? Что произошло после того, как меня вытащили из той комнаты? Кам, должно быть, сходит с ума… И хотя я всё еще злилась на них за ложь, я очень старалась поставить себя на их место. К тому же, я ведь тоже лгала. Лицо Брайса вспыхнуло в моей памяти, то, как он угрожал убить их, и как я никому из них ничего не сказала, потому что не хотела, чтобы они пострадали.
Конечно, я бы, наверное, что-то сказала, если бы знала, что они — ебаные машины для убийства. От этой мысли у меня неприятно свело живот. Кого именно они убивали? Плохих парней? Это должны быть плохие парни или люди, которые этого заслуживают, потому что моральный кодекс у них всё-таки был.
Стук в дверь прервал дальнейшие размышления.
— Принцесса, я оставил для тебя платье на кровати. Я буду на кухне, найди меня, когда будешь готова, — сказал мне Брам через дверь.
— Хорошо, я почти закончила! — крикнула я в ответ и принялась наносить макияж. У Брама было всё, что мне нужно. Жидкая черная подводка, красная помада, тональный крем, идеально подходящий к моему тону кожи. Этот ублюдок, вероятно, покопался в моей ванной и изучил все мои вещи, но я даже не могла заставить себя разозлиться на это, потому что было приятно иметь под рукой хоть что-то из дома.
Я сделала смоки-айс, отчего мои зеленые глаза стали казаться ярче обычного. Бабочки запорхали в животе при мысли о том, что может произойти сегодня на этой вечеринке. Я еще не встречалась с королем ни в каком официальном качестве, и, судя по тому немногому, что я уже видела, а также по тому, что рассказывал Брам, я не была уверена, что хочу с ним знакомиться, но выбора у меня не было.
Накрасив губы помадой, я убедилась, что халат надежно завязан, и вышла из ванной, бросив взгляд на чехол для одежды, лежавший на матрасе. Я судорожно вздохнула, потянув молнию вниз и мельком увидев черный бисер, мерцающий в свете. Сняв чехол, я увидела, что у платья был лиф из телесной сетки с длинными рукавами, а замысловатая вышивка черным бисером закручивалась в цветочные узоры, благодаря которым казалось, будто они нарисованы прямо на коже. Черная фатиновая юбка расширялась от талии и струилась до самого пола. Это платье было великолепным. Безусловно, это самая красивая вещь, которую я когда-либо надевала в своей жизни.
Я с облегчением выдохнула, когда поняла, что в него встроен бюстгальтер, потому что я ни за что не позволила бы своим «девочкам» оставаться без поддержки там, где, возможно, придется танцевать. Оружие массового поражения необходимо сдерживать.
Брам выделил мне собственный комод, и мне нужны были трусики, поэтому я положила платье и пошла за ними. Я покачала головой, когда увидела пару, лежащую на комоде, с запиской: «Надень меня». Выбранная им пара была чертовски сексуальной и красной. Спереди — кружево, а по бокам — три ремешка, которые оборачивались вокруг и переходили на спине в тонкую полоску кружева, которой предстояло затеряться между моих ягодиц. Покраснев, я натянула их и посмотрела на себя в зеркало. Святые лунные шары. Я точно заберу их с собой домой. Моя задница выглядит потрясающе.
  
Затем я принялась надевать платье. Оно оказалось легче, чем я ожидала, несмотря на весь бисер и ткань. Надеюсь, это значит, что я не умру от жары и не буду выглядеть как жареная курица. Глядя в зеркало, я едва узнавала женщину, смотревшую на меня в ответ. Мои рога всё еще были на виду, и я поймала себя на мысли, что они мне даже нравятся. Крылья и хвост были спрятаны, хотя вырез на спине был таким глубоким, почти до копчика, что если бы я захотела выпустить крылья, они бы легко прошли.