Фаза Быстрого Сна (REM) (ЛП)

Но даже если механизм детонации был слишком стар и давно вышел из строя, последние мгновения Алисé и Нико всё равно настали. В этом она была уверена. Потому что стоило ей опустить рубильник, как Хелен превратилась в существо, способное, казалось, убивать одним своим видом.
Её тело раздулось, увеличилось вдвое, приобрело тёмно-фиолетовый оттенок и вытянулось вверх. Она была обнажена, и кожа её сочилась кровью из каждой поры.
  
Йорг тоже сбросил маску и обратился в то, чем являлся на самом деле, — в кровавый, бесформенный туман.
Кербер. Кровавая мгла!
Алисé зажмурилась, ожидая, что её вот-вот разорвут надвое или раздавят. И удивилась крепкому, но безболезненному рывку за левую руку. Её дёрнуло назад — так резко, что она споткнулась и полетела спиной вперёд.
Ей показалось, что падение длится целую вечность, ведь её давно должен был остановить Нико или хотя бы стенка лифта, — но она грохнулась на пол. Рухнула рядом с Нико.
И рядом с кроссовками человека, чьё присутствие здесь она не могла объяснить ни единой разумной причиной.
Марвин?!
Прошла ещё одна секунда — оглушительная, шоковая, — прежде чем Ализе осознала: мальчишка, очевидно, не сдержал слова. Каким-то немыслимым образом он умудрился запустить лифт. Тот самый, через распахнутые двери которого Нико только что втянул её внутрь.
А Марвин тем временем удерживал Хелен и Йорга на расстоянии — ловцом снов, — пока створки грузового лифта не сомкнулись вновь.
Пятьдесят одна секунда.
ГЛАВА 76.
— Зачем ты это сделал?! — закричала на него Алисé. Она была в такой ярости, что едва сдерживалась, чтобы не схватить Марвина за плечи и не встряхнуть.
Теперь всё напрасно.
Даже мальчишка не выживет.
— Пожалуйста, не стоит благодарности, — ответил Марвин. — Не за что!
Он перехватил ловец снов из правой руки в левую и оглядел обоих с нескрываемым отвращением.
— Вы что, в соплях купались?
— Что-то вроде того, — пробормотал Нико, обессиленно привалившись к стенке кабины.
Для него всё происходящее должно было выглядеть ещё более безумным. Он ведь не знал ни об айрах, ни о «родителях» Алисé, ни о Марвине.
Лифт дрогнул и поехал вверх.
Алисé смотрела на Нико. Он и правда только что признался ей? Значит, тогда, в бассейне, ей не померещилось. И все остальные разы, когда в его взгляде сквозило нечто большее, чем братская привязанность, — тоже.
Он чувствовал то же, что и она. И теперь, когда наконец пришла определённость, — им предстояло умереть?
— Алисé… — начал Нико, заметив её взгляд.
Она подошла к нему и взяла его ладонь в свою. Крепко сжала и улыбнулась. Он выглядел растерянным, но тоже подарил ей робкую улыбку.
Кабина раскачивалась и дрожала на пути наверх, словно её трепал штормовой ветер.
Буря, которая назревала в подвале под ними.
— Я активировала детонатор! — сообщила она Марвину.
Тот застонал, закатил глаза, а затем стиснул зубы так, что они заскрежетали.
Секунды истекали, и с каждой из них в Алисé крепла уверенность, что взрыв настигнет их прямо здесь, в лифте. Но потом раздалось «динь» — и они оказались на первом этаже.
— Держитесь рядом со мной! — скомандовал Марвин, перехватив ловец снов обеими руками.
Он и впрямь выставил его перед собой — точь-в-точь как священник держит распятие в фильме про вампиров, — когда двери разъехались в стороны.
— Что нас ждёт? — спросила Алисé с замирающим сердцем.
Марвин не ответил. Да и не требовалось.
Она уже видела этот ужас собственными глазами.
ГЛАВА 77.
Нико.
Нико не мог поверить в то, что разворачивалось перед его глазами. Клаус Тарин — вечная крадущаяся тень его прошлого — поджидал их в фойе. В его глазах плясали демонические огни, но не потому, что рвались из глубин его естества, — здесь действительно полыхал пожар!
Клубы дыма тянулись через вестибюль — от входа мимо стойки ресепшена к лестнице, поднимаясь до самого потолка. Треск стоял оглушительный.
— Этого не может быть… — пробормотал Нико, когда они с мальчишкой и Алисé приблизились к пылающей горе из брёвен, нагромождённой прямо перед выходом.
Пасхальный костёр.
Алисé дёрнула его за рукав.
— Нико, пойдём!
Но он не мог отвести взгляда от раскалённой, багрово светящейся фигуры, поднимавшейся перед ним из пепла.
— Это не она! — крикнула Алисé, однако Нико уже медленно двигался к горящей девочке.
— Пожалуйста, нам нужно выбираться! У нас нет времени!
— Мадлен, — прошептал Нико.
— Это не твоя сестра!!! — закричала Алисé, и на мгновение Нико оторвался от девочки и посмотрел на неё.
Алисé крепко обхватила ладонями его лицо.
— Нико, это не твоя Мадлен! Это айра. Паразит из твоих снов. Он хочет тебя убить! Он хочет убить нас всех!
Я видел их во сне. Всех до единого. В коконе!
Но сильнее всего притягивала фигура, стоявшая к нему спиной на краю пасхального костра. Убийца Мадлен. Человек без лица, который разжёг огонь, в котором его сестра мучительно сгорела заживо. Тот, чьё имя в терзающих кошмарах так и не было раскрыто ему ни разу.
— Я должен знать, кто он, — невнятно пробормотал Нико, вырвался из рук Алисé и двинулся к нему.
— Нико, стой! — услышал он крик Алисé за спиной.
Она, видимо, бросилась следом, потому что именно в тот миг, когда человек без лица обернулся, Алисé попыталась удержать Нико.
— Ты?! — потрясённо вскрикнул он, узнав стоящего перед ним.
А потом рухнул на колени и безудержно зарыдал.
ГЛАВА 78.
Алисé.
Кого бы ни изображало это существо, осознание, казалось, причиняло Нико невыносимую — и душевную, и физическую — боль. Алисé трясла его за плечо. Пылающая девочка надвигалась сзади, мужчина — спереди, когда вперёд выскочил Марвин с ловцом снов в руке.
— Вот!
«Слава богу», — хотела было сказать Алисé, но тут произошло немыслимое. Пасхальный костёр метнулся к ловцу снов, выхватил его из рук Марвина и сжёг их последнюю защиту.
Очевидно, огонь был невосприимчив к нему — или оказался сильнее единственного средства, которым они до сих пор располагали. Зажигалка в этой ситуации, разумеется, была совершенно бесполезна.
Нельзя бороться с огнём огнём!
Беззащитные, они стояли перед айрами. Перед пасхальным костром, Мадлен и мужчиной.
— Алисé! — голос Нико сорвался. — Это был дядя Ральф! Он тогда разжёг тот огонь.
Он всхлипывал.
Алисé сглотнула. Дядя Нико не мог иметь собственных детей, из-за чего жена его бросила. Дядя, которого Нико любил, а его сестра Мадлен — ненавидела.
Существо, принявшее облик дяди, подступало ближе, пламя взметалось всё выше, странный кроваво-туманный дым грозил задушить их — и тут Алисé услышала за спиной громкий крик:
— Сюда, быстро!
Они обернулись — лица, залитые почти таким же багровым свечением, как у призрачной девочки, — и увидели Казимира. В его инвалидном кресле.
— Здесь боковой выход, идёмте!
Алисé рванулась было бежать — айры подбирались всё ближе, — но Марвин схватил её за руку.
— А если он один из них?
Она замерла. Дыхание перехватило.
Конечно. Морок был настолько реален. Что, если человек в инвалидном кресле — тоже лишь галлюцинация, а настоящий Казимир уже лежит выпотрошенный и растерзанный в лаборатории сна?
  
— Не бойтесь меня! — крикнул он и закашлялся кровью.
Он указал на дверь у себя за спиной. Стеклянную. Тяжёлые капли дождя разбивались о стекло — Алисé сумела разглядеть это даже сквозь дым пасхального костра.