"Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Дошло до того, что поздним вечером Бонзай Пятый в отчаянии вновь вернулся к схеме подглядывания и предложил:
– Дин, может, ты бы смог взять свой пистолет в зубы и пострелять тех шакалов с большей точностью? А потом еще раз, и еще…
Торговец хотел было огорченно отбросить и эту версию, как вдруг замер и надолго задумался. А потом резко вскочил и запрыгал от возбуждения:
– Ура! Придумал!
  
– Как стрелять зубами?
– Зачем стрелять? Это нонсенс! И все же зубы мне очень помогут. Но отнюдь не в стрельбе. – Дин показал свои белоснежные зубы, гордость любого дантиста. – Думаю, они выдержат.
Бонзай слегка отстранился:
– Уж не вздумал ли ты этим выродкам перегрызть горло, каждому по отдельности?
– Не хватало мне только заразиться! Короче, ты двигай наверх в башенку и готовься меня встречать. Заодно всех предупреди, чтобы не обращали внимания на повторный грохот и сотрясения. Думаю, два раза ради такого экстренного случая твой замок выдержит и не развалится. Я вернусь прямо в башенку через час, так что вполне успеем спасти того отчаянного барона Граните.
– Однако…
Но не успел молодой король высказать свои опасения, как Динозавр уже исчез – прямо из помещения архивов. Лучше бы он это не делал! Все внушительное здание затряслось как припадочное, а мечущийся по замковым коридорам грохот повалил на пол всех слуг и доблестную рыцарскую охрану. Половина стекол оказалась выбитой, треть хрустальных люстр со свечами рухнула вниз, да и добрая четверть чайных и столовых сервизов рассыпалась в мелкие черепки. Чего стоило Бонзаю Пятому восстановить спокойствие и навести порядок, знали лишь седые волосы, впервые появившиеся в его шевелюре после этого случая. А ведь еще пришлось сказать переполошенным подданным, что повторное возвращение шафика к нему в гости тоже состоится с подобными жутковатыми пертурбациями. Как они его послушались и добровольно покинули замок, он потом еще долго удивлялся. Удивлялся и тому, что сам бесстрашно взобрался в потрескавшуюся от предыдущего сотрясения башенку, задраил под ногами люк и со смиренным вздохом принялся ждать друга. Динозавр появился с не меньшим, а, как многим показалось, с еще большим грохотом и сотрясением. Но зато в руке он победно держал нечто вроде маленького баула с кожаной ручкой и радостно восклицал:
– Ну, теперь мы этих сатанинских идолопоклонников по стенам размажем! Готов?
Здание еще покачивалось, а отголоски грома только начинали затихать над столицей, поэтому самодержцу только и оставалось, как шепотом согласиться:
– Если сейчас не провалимся вниз… тогда готов…
  
Глава тринадцатая
 
ДИН ДОБИВАЕТСЯ УСПЕХА
 
Гость засиделся допоздна. Причем ни сама Александра, ни ее бабушка Катаржина не спешили спровадить интересного, обаятельного и веселого собеседника. Обеим было не просто приятно его присутствие, но и время убегало настолько незаметно, что хозяйки спохватились лишь после одиннадцати вечера. Бойко и молодо смотрящаяся в свои семьдесят пять лет пожилая женщина наверняка бы обиделась, если бы кто-то посмел ее обозвать старушенцией. Да и строгость в ее тоне и поведении сразу предостерегали любого собеседника от непослушания. Поэтому когда семидесятипятилетняя пани всплеснула ладошками и воскликнула: «Саша! Тебе ведь завтра рано на работу вставать!» – Дмитрий сразу понял: спорить и продолжать беседу бесполезно. Тем более что нужные номера телефонов уже были записаны, примерные планы на завтра определены, а знакомство окончательно переросло как минимум в крепкие дружеские отношения. День в этом отношении прошел очень насыщенно и плодотворно. Оставалось только радушным прощанием оставить о себе самые добрые впечатления. По крайней мере, у бабушки, потому что Александра и так сидела довольная и счастливая, а ее огромные глаза от полученных за сегодня впечатлений почти не закрывались.
В маленьком тесном коридорчике Светозаров вначале светски поцеловал ручку девушке, пообещав при этом: «Завтра обязательно тебе позвоню!» – а потом обернулся к бабушке:
– Пани Катаржина, очень рад, что удалось с вами познакомиться. И огромное спасибо за угощения.
– Да что вы, Димочка, – решила напомнить старушка. – Это ведь вы с тортом пришли!
– В хорошей компании и сухарики вкуснейшими кажутся.
– Вот именно! Благодаря вам у нас получился замечательный вечер, спасибо большое! – растрогалась хозяйка. Но в следующий момент поразилась еще больше, потому что гость на чистейшем польском языке ответил:
– Цала пшыемношть по моей строне! За весь вечер говорили о чем угодно, но только не о том периоде, когда Динозавр с семьей жил в Лодзи, и теперь добавочное положительное качество заставило старую польку пустить слезу умиления:
– Как приятно, прямо удивлена вашими знаниями, Димочка, – забормотала она на польском. – Но где вы так научились прекрасно говорить?
– Обязательно расскажу в следующий раз. Или вы согласны продолжить чаепитие?
Похоже, обе женщины были не против, но внутренняя дисциплина заставила их лишь вздохнуть в ответ на такое предложение. Бабушка решительно поджала губы:
– Действительно уже поздно. Но в следующий раз я обязательно напеку чего-нибудь вкусненького. Только пусть Саша заранее меня предупреждает.
– Все и так получилось замечательно, пани Катаржина!
– Всего вам доброго, до свидания! Плотно закрыв после ухода гостя дверь, старая полька еще некоторое время прислушивалась к удаляющемуся по внутреннему коридору подъезда звуку шагов и только потом повернулась к настороженной девушке:
– Ушел… Идем на кухню, перекурим это дело, а то невмоготу уже терпеть.
Несмотря на строгий запрет врачей, пожилая женщина так и не могла избавиться от укоренившейся привычки своей тяжелой молодости. Хотя и старалась делать это как можно реже. А тут еще вдобавок и по работе возможность подымить исключалась: Александра после тщательного изучения объекта и всех его склонностей категорически запретила курить как себе, так и своей подставной бабушке. Ибо, по нашим наблюдениям, Светозаров никогда не целовался с курящими женщинами. Не говоря уже о присутствии табачной вони в совместной постели. Следовательно, в их маленькой квартирке исключался даже малейший запах дыма, что нервировало старушку больше всего. Но уж сейчас выкурить сигаретку перед сном она вознамерилась при любых обстоятельствах. Да и Шурка соскучилась по сигаретному дымку.
Обе уселись за кухонным столом, возле открытого окна, выходящего во внутренний колодец двора, дружно закурили и приглушенными голосами приступили к обсуждению предпринятых за день действий. Хотя начала Катаржина с самого главного:
– Ну и как твое мнение: влип парень? Александра ответила не сразу, из чего стало понятно, что сомнения ее терзают немалые:
– Вроде как влип, и очень основательно, но… Слишком он дерганый, особенно когда на мою грудь поглядывает.
– Зачем тогда тонкую футболку на голое тело надела? Соски так и торчат.
– Вот именно поэтому, чтобы его кобелиную сущность проверить. И мне кажется, она в нем начинает преобладать над родственными и ностальгическими воспоминаниями. Чисто платонические чувства у него начинают вянуть. Этот самец вскоре перестанет думать головой, а будет все рассматривать только через призму своего либидо. Так что придется форсировать некоторые события.
– Будешь ему отдаваться?
Подобный вопрос, заданный внучке любящей бабушкой мог бы показаться верхом цинизма. Но женщины были на ответственной работе, где многие моральные стереотипы полностью нивелируются.
  
– Придется. Хотя вначале я планировала потянуть несколько дней.
– Шура, может, не стоит так спешить? Мне показалось, что он загорелся и будет хотеть только тебя.
– Да нет, ба. – Александра сделала особенно глубокую затяжку и стала рассуждать: – Такой ненасытный в сексуальном плане мужчина не может без женской ласки и дня. Привык за долгие годы к излишествам и считает их простой обыденностью. И скорее всего, даже измена любимой жене для него будет считаться вполне естественным и оправданным поступком. А в данный момент он и так на несколько дней выпал из нормального режима, и теперь ему сперма на мозги давит, как в перегретом паровом котле. По большому счету я даже очень боюсь, что он прямо от нас подастся к каким-нибудь девицам, чтобы успокоить страдания своего тела. А это может разрушить все мои планы.